В субботу за завтраком Франц спросил маму:

– А нам в аптеке ничего не нужно?

– В аптеке? – удивилась мама.

– Хочешь пойти в аптеку? – переспросил папа.

Франц кивнул.

– Зачем? – спросила мама.

– Просто так, – пробормотал Франц.

– Наверно, хочет купить таблетки для роста, – съехидничал Йозеф.

– А ну, цыц! – осадил его папа.

– Можно купить набор красок для яиц, – сказала мама. – Скоро ведь Пасха.

Франц запихнул в рот остатки печенья и встал из-за стола.

Но мама его остановила.

– Аптека открывается только в девять, – сказала она.

Франц снова сел и стал смотреть на часы. На секундную стрелку. Ему казалось, что она двигается страшно медленно. Когда до девяти ей оставалось ещё три круга, Франц сорвался с места и побежал.

Открывая дверь магазинчика, Франц чувствовал, как сильно бьётся у него сердце.

На этот раз внутри горел свет и было не так темно. За прилавком стоял какой-то человек. Для папы Эльфи он был слишком стар. «Наверно, это её дедушка», – подумал Франц.

– Чем могу служить, молодой человек? – спросил старик.

– Набор красок для пасхальных яиц, пожалуйста, – пискнул Франц.

– Говори громче, – попросил старик. – Я немного туговат на ухо.

Франц откашлялся. Иногда это помогает против писклявого голоса.

Откашливаться Францу пришлось довольно долго. Наконец он смог прокряхтеть:

– Можно краски для яиц?

– Как, как? – переспросил старик. – Корм для птиц?

Он наклонился к Францу.

– Кра-аски для пасха-альных яи-иц! – прохрипел Франц прямо ему в ухо.

Наконец старик всё понял и спросил:

– Какой цвет ты хочешь? Красный? Синий? Жёлтый?

Тут из двери между полками вышла Эльфи с блокнотом в руках. Бейсболка всё так же сползала ей на уши, а козырёк – на нос. Она подошла к старику и протянула ему блокнот. Там было написано: «Краски для яиц закончились!»

Старик посмотрел на Эльфи, потом на блокнот, наморщил лоб и громко сказал:

– Прекрати ерундить и веди себя по-нормальному!

От ужаса Франц перестал дышать. Он никогда бы не подумал, что дедушка может так грубо разговаривать со своей маленькой немой внучкой!

Но Эльфи вроде бы не возражала. Как ни в чём не бывало она взобралась на прилавок и принялась что-то писать в блокноте.

Но старик выхватил у неё блокнот, бросил его на прилавок и рявкнул:

– Такую дурочку, как ты, ещё поискать! Брекеты носят миллионы детей, и никто не сходит из-за этого с ума!

Франц сделал глубокий вдох. Один, второй, третий… Теперь он был уверен, что сможет говорить нормально. Только вот не знал, что́ сказать.

– Вчера мы ходили к зубному, – сказал старик Францу. – И с тех пор она вообще рта не открывает!

– Даже поесть? – крикнул Франц ему в ухо.

– Она ест под столом! – ответил старик. – Ума не приложу, что делать с этим ребёнком! А моя дочь приедет только завтра. Может, ты придумаешь, как вразумить девчонку. Я для таких фокусов слишком стар!

И он ушёл через дверь между полками, ворча себе под нос.

Франц подсел к Эльфи на прилавок.

– Здо́рово, что на самом деле ты не немая, – сказал он.

Эльфи взяла блокнот. Вырвала исписанную страницу и написала на новой: «Я больше не могу!»

Франц понятия не имел, что это значит. Но согласно кивнул.

Эльфи снова вырвала страницу и собралась уже писать дальше, но Франц сказал:

– Писать слишком долго. Лучше просто повернись ко мне спиной. Тогда я не буду видеть твоё лицо, и ты сможешь говорить.

Эльфи кивнула и отвернулась от Франца.

– Чего ты больше не можешь? – спросил Франц.

Эльфи молчала.

Франц подумал: «Наседать бесполезно, тут нужно терпение».

Терпения Францу понадобилось довольно много. Эльфи долго не решалась заговорить. Но начав, уже не могла остановиться.

– Я со всем смирилась! – сказала она. – И с тем, что я всегда и везде самая маленькая. И что левое ухо у меня торчит, как ручка у кастрюли. И что один глаз у меня карий, а другой зелёный. Но брекеты – это уже выше крыши! Ну не могу я их носить!!!

Эльфи сдёрнула бейсболку и повернулась к Францу. Глаза у неё действительно были разные – один зелёный, другой карий. И левое ухо оттопыривалось.

У Франца есть много знакомых мальчиков и девочек с оттопыренными ушами. Но он никогда ещё не видел кого-нибудь только с одним оттопыренным ухом. И с разноцветными глазами тоже.

– Но ты всё равно очень красивая, – сказал Франц. И сказал честно!

– И теперь тоже красивая?

Эльфи открыла рот и оскалила зубы. Как бойцовая собака, которая собирается укусить.

Франц посмотрел на брекеты. Они были совершенно роскошными – с крошечными синими цветочками, по одному на каждом зубе!

– Вот это да! – сказал Франц. – Брекеты у тебя – красивей не придумаешь!

– С ума сошёл? – фыркнула Эльфи. – Красивых брекетов не бывает!

– Это ты сошла с ума! – сказал Франц. – Вот бусы – они же могут быть красивыми? И заколки для волос, и обручи. Значит, и брекеты тоже могут.

– Это один ты так говоришь… – сказала Эльфи.

– А откуда ты знаешь? – спросил Франц. – Ты их кому-нибудь показывала, кроме меня?

Эльфи принялась покусывать нижнюю губу. И кусала её довольно долго.

Потом сказала:

– Ладно, давай попробуем. Пойдём в парк и спросим кого-нибудь.

И она собралась опять надеть свою огромную бейсболку. Франц осторожно взял её у Эльфи из рук.

– Без неё ты гораздо симпатичнее! – сказал он.

– Без неё все увидят моё ухо и дурацкие глаза, – возразила Эльфи.

– Всё равно ты без неё гораздо симпатичнее! – настаивал Франц.

– Ну, раз ты так считаешь…

Эльфи спрыгнула с прилавка и крикнула в проход между полками:

– Дедушка, мы пойдём в парк! Ненадолго!

Старик вышел к ним и сказал Францу:

– Спасибо, дружок. Ты не ребёнок, а просто золото!