Четверо мужчин просидели в гостиной еще около часа. Наверх они поднялись все вместе. Роджерс видел их из столовой, где накрывал стол к завтраку. И слышал, как они задержались на площадке лестницы.

Тут раздался голос судьи:

– Думаю, джентльмены, мне нет нужды напоминать вам о необходимости запираться.

– И не только запереться, но и цепочку сквозь ручку пропустить, – кивнул Блор. – Замок ведь можно открыть снаружи.

– Любезный Блор, – буркнул Ломбард, – ваша беда в том, что вы слишком много знаете!

– Доброй ночи, джентльмены, – серьезно произнес судья. – Дай нам Бог встретиться опять завтра утром!

Роджерс неслышно вышел из столовой и тихо скользнул вверх по лестнице. Добравшись до середины, он встал, прислушиваясь к тому, как закрывались четыре двери, щелкали замки, звенели цепочки.

– Вот это правильно, – покивав, прошептал он и вернулся в столовую.

Для утренней трапезы все было готово. Взгляд дворецкого на миг задержался на зеркальном блюде посреди стола и фарфоровых фигурках на нем.

Вдруг Роджерс ухмыльнулся и прошептал:

– Пригляжу-ка я за тем, чтобы сегодня ночью все обошлось без фокусов.

Он пересек комнату и закрыл на ключ дверь в буфетную. Затем вышел в холл, запер дверь столовой, а ключ опустил в карман. После, погасив везде свет, заспешил наверх, в свою новую спальню.

Там было лишь одно место, где мог кто-нибудь спрятаться – гардероб, – и Роджерс сразу в него заглянул. Потом, заперев дверь на ключ и цепочку, стал готовиться ко сну. При этом он приговаривал:

– Все, хватит с меня этих штук с фарфоровыми игрушками. Поиграли, и будет…