Когда Ивен и майор Глыба вышли, Столин сказал:

— А мы сейчас отправимся в терминал Памяти, ы-ы-ы.

Столин всё больше напоминал умственно отсталого, разве что слюней не пускал. Он вывел подопечных в широкий коридор, уходящий куда-то вдаль.

— По большому счёту вы останетесь живы, — сообщил он. — Тело останется, а сознание будет подавлено. Не вытеснено полностью, а подавлено — в любой момент его можно вернуть.

Несмотря на то, что не казался особо умным, был намного сильнее эмпата. Прошин, как ни пытался заглянуть в его чувства, так ничего и не обнаружил, кроме мощного экрана.

— И зачем всё это нужно?, — поинтересовался паранорм.

— Чтобы вместить в ваши мозги наших мёртвых.

— Вот ещё, кладбище из моей головы делать?, — воскликнул Егор.

Обезьяноподобный ухмыльнулся, и Сергею снова показалось, что они разговаривают с дебилом. Однако говорил тот вполне здраво.

— Ы-ы-ы-ы! Они умерли давно, и цифровые личности, занесённые в главный компьютер терминала, ждут поступления новых тел. Ваших тел! Новые тела — очень большая редкость. Разве что кто-нибудь решит уйти из жизни, то он предоставляет своё тело другому. Но случаи суицида очень редки. Не хотят Разрушители расставаться с жизнью. Очередь на новые тела растянута на века, а тут три хороших экземпляра.

— А я думал, что вы цивилизованная раса, — бросил лейтенант.

— Конечно, цивилизованная. Наша раса правила миром, когда вашей ещё и в помине не было. Одна из самых древних во Вселенной.

— Выродилась ваша раса, если все мыслят, как ты, — мрачно произнёс эмпат.

Собеседник засопел, как ребёнок, коричневая шерсть за голове затопорщилась, он что-то неслышно пробормотал. Потом жестом остановил пленников. В стене, беззвучно скользнув в сторону, открылась дверь.

— Проходите. Тут у нас располагается личностный банк Памяти. Сейчас я вами займусь. Сейчас я вытряхну ваши жалкие умишки и замещу их личностями Разрушителей, ы-ы-ы-ы… Располагайтесь, а я пока аппаратуру запущу.

Они вошли в помещение, похожее на лабораторию сумасшедшего учёного. Отовсюду, как паутина, свисали разноцветные провода, вдоль стен протянулось оборудование непонятного назначения. В дальней стороне стояли два кресла с высокими спинками и мощными подлокотниками, похожие на стилизованные троны. Сергей занял одно, а Шахназаров второе. Обезьяноподобный повернулся к длинному пульту у стены и стал над ним колдовать. Под его толстыми волосатыми пальцами оживали клавиши, по ним пробегали всполохи огоньков.

— Вы что же, прямо сейчас нас убивать станете?, — спросил сержант.

— Мы против!, — воскликнул Егор. — Мы не хотим. Это… Это бесчеловечно!

Столин закончил с пультом и перешёл к высокому, до потолка, шкафу со множеством закрытых ячеек.

— Мы никогда не страдали излишним гуманизмом. Так что все эти слова напрасны. Всё, что на пользу нашей цивилизации — благо, ы-ы-ы-ы-ы-ы.

Он потянул одну ячейку на себя, и вытащил небольшой ящичек.

— А вот и наши личности. Ждут не дождутся новых тел. — Вынул из глубины чёрный, матово поблёскивающий шар. — Учёные… Инженеры… Великие умы. Вы можете гордиться, в ваших телах поселятся гениальные личности прошлого, ы-ы-ы-ы.

И Прошин, и Шах узнали этот шар. Ни с чем нельзя его спутать. Точно такие же преследовали людей на Марсе. Такой же убил генерала Носова.

— Жучки. Жучки Беглеца!, — вырвалось у эмпата.

Сержант молча кивнул, не в силах оторвать взгляда от чёрного шара в руках Столина.

— Это ты Шебу Беглецом называешь?, — обезьяноподобный посмотрел на Сергея. — Да, когда наши его изгнали, он взял с собой несколько собственных личностных копий. И, как я понял, воспользовался этими копиями с пользой.

— Да уж…, — пробормотал лейтенант. — На всю катушку воспользовался.

Столин вынул из ящика второй шар, взвесил на руке, будто хотел сказать «Бедный Йорик». Затем подошёл с ними к стене, положил оба шара на небольшой столик и пробежался пальцами по сенсорному пульту. Стена распахнулась. Внутри находилась странная машина, вертикально расположенное ребристое веретено. Несколько раз оно крутанулось и остановилось. Из его чрева вылезла тонкая штанга, на конце которой находилось гнездо, куда как раз и поместился один «жучок». Штанга втянула шар внутрь веретена, и оно ещё несколько раз прокрутилось. Вылезла ещё одно гнездо, куда Разрушитель поместил второй шар. Веретено с тихим гудением закрутилось, всё быстрее и быстрее.

— Сидите, не рыпайтесь!, — громила, захлопнув дверцу, повернулся к пленникам. — Я сейчас подключу вас к банку памяти. Это не больно. Две минуты, и вы станете совершенно другими существами. Разумными, не то что сейчас.

— Меня это совершенно не успокаивает, — завопил Шахназаров. — Я не хочу становиться разумным, как вы. Я хочу остаться человеком.

Разрушитель схватил Егора за запястья. Как тот ни старался вырваться, гориллоподобный инопланетник пристегнул его к подлокотникам. Эмпат хотел было подняться и помочь товарищу, но им овладела странная апатия. Может быть, это существо было и не шибко умным среди своих, но эмпатической силой Столин превосходил Сергея во много раз.

— Эй, а что это у тебя? Ну-ка, дай сюда…, — Столин забрал у пленника подаренный Георгом глушитель эмпатии.

— Занятная вещица, ы-ы-ы-ы! А я-то думаю, чего это от тебя сигнал идёт такой блеклый. Деактивирую-ка я эту штуку, чтобы не мешала.

Повертев глушилку перед глазами, нашёл, где у неё кнопка и выключил, а само устройство положил в карман.

— А теперь вернёмся к нашим цифровым личностям.

Прошин лихорадочно прокручивал все варианты спасения. Если сейчас не попытается что-то предпринять, то они погибнут. Навсегда забудут Землю, своих друзей и самих себя. Но очень хотелось жить, и не просто жить, а остаться собой. Становиться носителем для, пусть даже и гениального учёного из другой галактики ему совсем не улыбалось.

— Потерпите, маленькие глупые земляне, ы-ы-ы-ы, — говорил Столин. — скоро ваши тела станут вместилищем великих умов. Это огромная честь для вас.

«Нужно что-то делать…, — думал Сергей. — А если отвлечь?.. Если Шах его отвлечёт, то я могу попытаться…»

— Осталось совсем немного. Попрощайтесь друг с другом, вы больше никогда не увидитесь!

Лейтенант попытался связаться с сержантом, и тот вдруг услышал его мысли и вопросительно-удивлённо уставился на товарища. Шах никогда раньше не общался с другими людьми силой мысли и был ошарашен. Однако Сергей быстро привёл его в чувство и попросил отвлечь гориллоподобного инопланетянина. К счастью, тот был занят работой и не заметил, что за его спиной ведутся переговоры.

Сержант, недолго думая, принялся импровизировать.

— Эй, обезьяна! Долго там ещё?, — громко сказал он, обращаясь к Столину.

— Ы-ы-ы-ы, не терпится расстаться с прежней жизнью?

— Ты сам-то сидел в этих креслах?, — продолжал Егор. — Сколиоз заработать можно! Мне б хоть позу переменить?

— Скоро переменишь. И позу, и имя, и мировоззрение. Потерпи ещё немного.

Эмпат, пользуясь моментом, перехватил сознание чужака и мысленно приказал: «Отключи машину!»

Столин дёрнулся.

— Это что ещё такое? Ты мной командовать вздумал, что ли, эмпат?

Прошин замотал головой.

— Нет, что ты! Вам показалось! У меня и в мыслях ничего подобного!

— И не пытайся, надорвёшься, ы-ы-ы!

Лейтенант закрыл глаза. «Что ж, по крайней мере, я уже смог проникнуть ему в голову, — подумал он. — Можно попытаться ещё разок».

Шахназаров решил кочевряжиться дальше, понимая замысел друга.

— Ваши действия противоречат всем законам!, — орал он. — Как вы смеете называть себя разумными? Да вы же просто дикари! Вот лично ты, думаешь, что лучше нас? Умнее? Сильнее? Мы вашего Шебу сделали, как школьника. Ни черта вы не сильнее нас!

— Заткнись!, — взбесился обезьяноподобный и, подскочив к пленнику, закричал тому в лицо: — Мой интеллект многократно превосходит ваш! Я… умнее! Я сильнее! Я…

И тут Прошин подловил его, взломал защиту и взял под контроль.

— Выключи машину, — приказал эмпат.

Глаза Разрушителя остекленели. Походкой неисправного робота он подошёл к пульту и медленно стал нажимать на клавиши. Что-то щёлкнуло, гул из шкафа прекратился и веретено перестало вертеться.

— А теперь освободи моего товарища.

Зомбированный на негнущихся ногах подошёл к Егору и отстегнул от кресла.

— Здорово вы! Я верил в вас!, — восторженно закричал Шах, вскакивая на ноги.

Крик вывел инопланетянина из транса. Тот удивлённо оглянулся.

— Что это было? Эй, ты почему не в кресле?

Одним ударом он сбил Шахназарова с ног. Тот отлетел к стене и, ударившись о неё головой, сполз на пол.

— А ты, эмпат, оказался сильнее, чем я думал, — поднимая бездвижное тело и помещая его в кресло, произнёс Столин. — Недооценил я тебя! Но я всё равно сделаю своё дело! Даже как-то жалко с тобой расставаться. Ты мне даже понравился.

— Ну вот…, — огорчённо пробормотал Сергей. — Ничего не вышло. Всё пропало.

Столин вернулся к пульту, и вскоре веретено с жучками снова стало раскручиваться с монотонным гудением. Гул всё усиливался и усиливался, и для обоих землян он был похоронным маршем. И в тот момент, когда лейтенант решил, что уже всё, конец, открылась дверь, и в проёме показался Ивен.

— Немедленно отключай!, — закричал он, врываясь в помещение.

Веретено, не успев раскрутиться как следует, снова остановилось.

— Что случилось? Судя по твоему виду — конец света наступил.

— Наступит, если мы не успеем кое-что сделать, — резко бросил Ивен. — Пленники ещё целы?

— Я ещё не успел завершить.

— У тебя осталось восемь минут на то, чтобы привести их в порядок и сопроводить к стартовой площадке.

— Да что случилось-то?

— Флот Месса прилетел за архивом Силы. И мы вынуждены подчиниться. Действуй! Я возвращаюсь к Гроссу.

Ивен вышел. Столин отключил землян от банка памяти и велел следовать за ним. Прошин всё ещё не мог поверить в удачу — ведь были на волосок от гибели.

В коридоре сержант сказал:

— У вас же тут воздух, того… неправильный. Мы задохнёмся!

Обезьяноподобный промолчал и лишь у шлюзовой камеры открыл нишу в стене и вынул оттуда две дыхательные маски.

— Наденьте маски.

Шахназаров и Прошин натянули на лица маски, подтянули ремешки.

— А сам?, — спросил эмпат, голос его под маской звучал глухо.

— Мы, Разрушители, давно адаптировались к загрязнённой атмосфере. А маски, так, пережиток прошлого, уже никто из нас не пользуется. Но, как видите, пригодились.

Открылся шлюз, вышли на поверхность планеты. В сотне метрах от выхода, на бетонной площадке, обожжённой сотнями двигателей, стоял потрёпанный космический корабль, упирающийся шпилем в серое небо. Едва только подошли к опущенному трапу, как из здания выкатился Ивен с майором. Командир был жив-здоров, и это радовало.

— Здорово, бойцы!, — радостно выкрикнул он, подойдя к товарищам. — Сто лет не виделись! Рад, что с вами всё в порядке!

— А уж как мы рады, — Егор улыбнулся, но его улыбку под маской никто не увидел.

Ивен подтолкнул пленника и приказал напарнику:

— Проводи их и проследи, чтобы попали на борт Миры в целости и сохранности.

Едва друзья поднялись на борт и разместились в креслах, взвыли двигатели.

— Зачем вам этот проклятый архив?, — спросил Глыба, когда прекратились перегрузки.

— Долгая история, ы-ы-ы-ы, — ответил Столин. — Это наша история и часть нашей жизни. Когда-то очень давно Сила Вселенной принадлежала нам.

— А я слышал, что Стрела Азнура принадлежала императорам Сеная, — вставил Андрей.

— Верно. Сначала ею владели сенайцы. Но эти олухи потеряли всё — и власть, и земли, и Силу Вселенной. Последний император Сеная спрятал Стрелу и её долго никто не мог найти. После гибели Сенайской империи мы, то есть наши предки, энхаты, создали новую империю. Но пришло время, и несколько народов, объединившись, затеяли смуту. Началась гражданская война. И тут-то в руках нашего правителя, Стариана Великого, оказался архив Силы. Он воспользовался разрушительной силой. За одни сутки погибло несколько звёздных систем. Правитель не выдержал тяжкого бремени, и ум его омрачился. Стариан больше не мог править миром. На великом совете он решил избавиться от Силы Вселенной. Спрятал её на одной из отдалённых планет, надёжно заархивировав. Тайну местонахождения не открыл никому, унеся с собой в могилу. Спустя много лет потеря нашлась. Кто-то нашёл архив и передал одному из Мессов. К этому времени наша раса уже утратила былую значимость, и Мессы заняли наше место. Наш мир превратился в небольшую периферийную звёздную систему. И когда мы узнали о находке, то решили исправить ошибку Стариана. Мы много думали о том, как это сделать, обсуждали и строили планы, а решился только изгой по имени Шеба. Его изгнали из общины за то, что не чтил наших традиций. Наверное, он хотел восстановить своё доброе имя. В общем-то, своего добился. Хоть Силы вселенной у нас сейчас нет, а сам Шеба погиб — имя его на слуху. Он теперь герой.

На орбите Прошин почувствовал Миру. Она показалась взволнованной.

— Ну вот всё!, — обрадовано выкрикнул сержант. — Надеюсь, больше никогда не увидимся с тобой, обезьяна.

— Я думаю, что увидимся, ы-ы-ы-ы, — засмеялся Столин.

В этот момент корабль слегка тряхнуло, он состыковался со Мирой.