Прошло несколько дней, и дело сдвинулось с места. Первый перевод на счета министерства обороны сделан, сразу завертелись ржавые колёса этой огромной машины. Посыпались распоряжения, стали оплачиваться оборонные заказы, задействовали несколько фабрик. Для армии начали шить новую униформу, заготавливать провиант. Расконсервировали три оборонных завода и одно конструкторское бюро.

Казалось бы, всё хорошо, император успокоился, понадеявшись, что раз работа налажена, то уже все, осталось только ждать результата. Но иногда результат оказывается со знаком минус.

В один из дней вдруг исчез министр обороны. Должен прийти на утреннее совещание, но не явился. Ждать не стали и провели совещание без него. Забеспокоились к концу дня, когда не смогли с ним связаться.

Поздним вечером тело Бена Крона обнаружили в его собственном доме. Труп лежал в холле на спине, раскинув руки. Убили министра ранним утром, когда он собирался выйти из дома. Судя по тому, что Крон не сопротивлялся, и даже испугаться не успел, убил его кто-то, кого он хорошо знал. Расследование ничего не дало. Выяснили только, что сам открыл дверь гостю, впустил, и тут же был убит тремя выстрелами. Стреляных гильз не осталось, убийца за собой убрал, даже отпечатков и следов не нашли. Оружие, из которого убили министра, тоже найти не удалось. В доме ничего не пропало, так что версию об ограблении отбросили сразу — убили не за деньги. Криминалисты, работающие над этим делом, обещали, что постараются сделать всё возможное, но было понятно, что их возможности ограничены — не нашлось ни одной зацепки.

— Кому на руку эта смерть?, — спросил Клай, когда они сидели с наставником в креслах и курили табак.

— В первую очередь жрецам, — учитель выпустил струю сизого дыма в потолок. — Сейчас им выгодна слабая армия. Но слишком уж наглое убийство, не их метод. Они бы устроили аварию или ещё что-нибудь. А если это сделали они, то значит, дела храма совсем плохи и приходится торопиться.

Император откинулся в кресле и положил ноги на стол.

— И что же мне делать?, — Увидев осуждающий взгляд наставника, Клай спустил ноги на пол.

— Даже не знаю, — произнёс Стил Дорт. — Наверное, лучшим вариантом будет арестовать всех жрецов. Немедленно, пока они не опередили нас.

— Всех жрецов?, — император приподнял голову. — По всей империи?

Старик хищно улыбнулся.

— Хорошо бы. Но не обязательно. Хотя бы несколько важных персон. Отца Васидо и его окружение. Но для этого нужны веские причины, а не наши предположения. Даже для императора. Вы не можете просто так взять и засадить верховного жреца.

Клай нахмурился.

— Вы считаете это необходимым?

— Да, — ответил наставник. — Но сделать это и остаться в правовом поле не выйдет. Действовать нужно жёстко.

Император порывисто вскочил на ноги.

— И что обо мне скажут граждане?

Стил Дорт прищурился.

— Они будут говорить о тебе всякое. Одни назовут тираном, а другие спасителем империи. Но я убеждён, что империя будет спасена. И династия сохранена. Иногда правителю полезно быть жёстким. Но можно наткнуться на непонимание.

Клай слушал наставника, а сам думал, надо это ему или нет. Ведь это нарушение всех законов. Когда глава государства идёт на такой шаг, он должен понимать, каковы будут последствия.

И едва только император решил сделать то, о чём говорил наставник, дверь в кабинет распахнулась. Клай онемел от дерзости — кто это посмел войти без разрешения?

В кабинет вкатился отец Васидо в сопровождении начальника охраны и нескольких стражников. Стил Дорт при их виде помрачнел.

— Отец Васидо?, — с нарастающим, клокочущим внутри гневом спросил Клай. — Почему вы без разрешения?

— Господин император, нам необходимо поговорить о важных делах, да хранит всех нас великий Азнур, — кротким голосом проговорил жрец, приложив руки к сердцу.

— Что всё это значит?, — выкрикнул император.

Стражники стояли по обе стороны от жреца, словно каменные изваяния.

— Господин император, я прошу вас пройти со мной в храм Азнура, — тон жреца был всё таким же сладким, но Клай понимал, что это не просьба, а, скорее, приказ.

— Вы не посмеете!, — император отступил вглубь кабинета.

Он оглянулся на наставника и понял, что тот тоже растерян.

— Посмею, господин император. — Жрец указал пальцем на Стила Дорта. — Ваш наставник может остаться здесь.

— Вы понимаете, что творите? Едва только народ узнает, вас разорвут…

Жрец оглянулся, оправил сутану, расправил плечи и мягким голосом ответил:

— Народ не узнает, господин император. — Отец Васидо оглянулся на стражников. — Проводите господина императора в храм.

— Пройдёмте, пожалуйста, — начальник стражи не привык говорить императору таких слов и немного растерялся.

— Это бунт?, — выпалил Клай.

Жрец улыбнулся.

— Нет, что вы, господин император. Просто вам пора подумать о душе. А храм для этого самое подходящее место. О наставнике не беспокойтесь, с Дортом ничего не случится.

Император хмуро попрощался с наставником, тот отсалютовал дымящейся трубкой. Оба понимали, что это, скорее всего, конец. Особенно для Стила Дорта.

Клая отвели на посадочную площадку и вежливо усадили в ультралёт. Под полом завибрировали мощные ультразвуковые генераторы, и машина взмыла в небо. Императорский ультралёт не чета обычным гражданским бортам. Генераторы в нём такие же мощные, как и в военных транспортах. Если гражданские ультралёты способны летать на небольшой высоте, то у этих потолок намного выше. С высоты в несколько километров город был как на ладони. Если бы не ситуация, то Клай бы сказал, что Инсвар красив, но сейчас не до этого.

На ультралётной площадке в главном храме Азнура императора вывели из транспорта и под конвоем (хоть и называли это почётным караулом) сопроводили до двери в комнату, где и заперли.

Клая поместили в роскошной комнате, стены которой украшены фресками, отделанными драгоценными камнями. На каждой из них изображены различные этапы становления религии. Вот к поверженному Рагилу приходит сам Азнур и вручает лук со стрелой. Вот Рагил уже великий император, гроза соседних звёздных систем, потрясает луком и грозит новой войной.

Это императорская молельня, здесь правители могли уединиться и спокойно помолиться Азнуру, когда проходили ежегодные праздники в день Обретения Стрелы. Но Клай попал сюда по иной причине. Молиться уже бесполезно.

Император осмотрелся, выглянул в зарешечённое окно. За стеклом светило осеннее солнце, ещё не холодное, но уже и не тёплое.

Дверь отворилась, отец Васидо, как обычно, мягко улыбаясь, прошёл в комнату. За ним проследовал молодой послушник с подносом. Поставив вино и курительные принадлежности на столик, юный жрец удалился.

— Чего вам от меня нужно?, — зло спросил Клай. — Какую цель преследуете?

Священник, подобрав мантию, сел в кресло.

— Господин император, единственное, что нам нужно, это сильная империя.

Император вперил взгляд в жреца.

— Тогда почему вы требовали немедленно развязать войну? Вы не понимали, что это может привести к бунту? Или намеренно хотели подтолкнуть к этому народ?

Жрец выдержал взгляд Клая и не отвернулся. Играть со жрецами в гляделки не самая лучшая идея. Первым не выдержал император.

— Это вам ваш наставник сказал?, — мёд так и тёк из уст священника. — Или министр обороны? Это неверная информация. Если не сказать — лживая.

— А поняв, что с этим у вас не выйдет, вы в открытую начали бунт, — продолжал Клай, глядя в зарешечённое небо. — Ведь так?

— Нет, господин император, не так, — всё так же вежливо ответил отец Васидо. — Это не бунт, а спасение империи.

— Спасать империю?, — усомнился Клай. — От кого? От законного императора?

И тут жрец, наконец, открыл свою настоящую цель.

— Господин император, вокруг храма выставлена охрана. Нам нужен доступ к Стреле Азнура.

Император оторвался от созерцания неба за окном и повернулся к священнику.

— Вы с ума сошли?

— Пока нет.

— Так в чём дело?

Глаза жреца заблестели.

— Нам нужно это оружие. Для спасения империи.

— Нет!, — отрезал Клай. — Вы его не получите.

По лицу отца Васидо пробежала тень. На мгновение императору почудилось, что под маской благочестия промелькнуло что-то тёмное и страшное.

— Мы продержим вас здесь столько, сколько потребуется. Из завтрашних новостей народ узнает, что император уединился в храме, денно и нощно молится за будущее империи. А если вы будете упорствовать и дальше, то…, — Жрец развёл руками. — Что ж… здоровье императора пошатнулось, и его приняли праотцы. Наследников у вас нет, так что империей будет править совет жрецов. До тех пор, пока не найдётся достойный трона человек. Думаю, что это буду я, ведь в моих жилах тоже течёт кровь древних императоров.

— А что будет с моим наставником?, — осведомился Клай.

— Старцу тоже следует помолиться Азнуру, — ответил священник.

— Вы дадите мне с ним поговорить?

— Не сейчас. А пока, господин император, вам следует отдохнуть, и пусть Азнур даст вам сил. Встретимся завтра.

И жрец оставил императора одного в этой роскошно убранной комнате. Клай подёргал дверную ручку — заперто. Пленник. Пленник жрецов. Узник бунтовщиков.

Ночью он не спал, ждал рассвета. Когда в окне забрезжил бледный свет, забылся коротким и тяжёлыми сном. А потом заявился отец Васидо.

— Господин император, вы уже готовы передать нам доступ к Стреле Азнура?, — поинтересовался верховный жрец. — После инсталляции она принадлежит вам, и только вы сможете ею распорядиться. Или использовать в качестве оружия, или передать мне.

— Ни за что!, — категорично ответил Клай. — Вы, видно, не представляете, какую опасность таит в себе эта штука? Вы весь мир ею угробить можете.

Священник терпеливо выслушал тираду императора и сказал:

— Прекрасно представляю, господин император. И умею ею пользоваться. Чисто теоретически, конечно. На практике применять не приходилось.

— Зачем вам это нужно?, — разозлился Клай. — Чего вы хотите? Власти?

Отец Васидо продолжил уговаривать императора.

— Я хочу спасти империю. Для этого мне необходимо овладеть Стрелой. Вы ведь отказываетесь начать войну?

— Отказываюсь, — решительно сказал Клай. — И уже объяснял причины отказа.

— Если император отказывается спасать империю, то мы вынуждены взвалить это на свои плечи.

— Вы должны отпустить меня, — заявил император. — Никто не поверит, что я уединился в храме ради молитв. Я никогда не отличался набожностью, это знают все мои друзья. Они поднимут шум.

— Бросьте, господин император! Мы объявим, что вы приболели. И молитесь вместе с нами о собственном выздоровлении. Народ будет каждый день приходить к храму и молиться о вашем здоровье. А друзья… Что друзья? Сегодня они друзья, а завтра нет.

Клай мысленно усмехнулся. «Ну да, — подумал он. — Друзья — они всегда друзья. Эти, если надо, всю империю на уши поднимут». Но вслух ничего не сказал, не стал разубеждать священника.

— Надеюсь, пытать вы меня не станете?, — спросил император.

Жрец округлил глаза.

— Ну что вы, господин император. Мы ведь не в Страшные Времена живём. Пытать мы вас не будет. Но в то же время сделаем всё, чтобы получить доступ к Стреле. Империи нужна свежая кровь.

— Свежая кровь?, — мрачно повторил за ним Клай. — Собственная или чужая?

— И собственная тоже, господин император, если понадобится её пролить, — убеждённо отчеканил священник. — Но империи необходима новая кровь. Династия Рагила себя давно изжила. Не родятся среди потомков первого императора сильные духом.

— И кем вы хотите меня заменить? Уж не собой ли?, — спросил Клай и напрягся в ожидании ответа.

Отец Васидо глухо рассмеялся.

— Ну что вы, господин император! Разве жрецам положено становиться во главе империи? Нет и ещё раз нет. Но ведь править можно и за спиной венценосной особы. В этом случае я даже могу вернуть вас на трон. Как вам эта сделка?

Император задрожал от переполнявших его чувств.

— Стать вашей марионеткой? Передать вам доступ к Стреле и молчать о перевороте? Ни за что!

— Тогда боюсь, что я вас огорчу, — так же кротко проговорил отец Васидо. — Император Клай никогда не выйдет из этого храма.

— Вы убьёте меня? О, вы на многое способны!

— Ну что вы, господин император! Мы объявим, что вы серьёзно больны и ваше состояние требует постоянно присмотра. И в один прекрасный момент — император умер! Да здравствует император. Я вам даю ещё один день, господин император. Подумайте над моим предложением.

Отец Васидо оставил императора. Клай в бессильном бешенстве сжимал кулаки и шептал проклятия, вонзив горящий взгляд в портрет Свена Мудрого на противоположной стене. Как же отец не разглядел в этом жреце предателя? Нужно было казнить его ещё двадцать лет назад! Но сейчас уже поздно.

Императора, если и не убьют, то никогда не выпустят из храма. А что сделают с наставником, об этом и подумать страшно. Ведь если император священникам ещё может пригодиться, то от Стила Дорта они избавятся при первой возможности. Если уже не избавились.