Сержант полночи и всё утро плёлся в хвосте Прошина и его напарника. Делал всё, как велел начальник — держаться на расстоянии, чтобы эмпат его не засёк. То и дело приходилось останавливаться и выжидать, в то же время стараясь не потерять из виду автомобиль, в котором передвигались по городу двое его подопечных.

Егор ничего не понимал. Какова его роль? Следить за ними? Но ему это казалось надуманной причиной. В сердце закралось подозрение, что роль его не в этом. Что-то задумал генерал, этот таракан усатый. А что именно, Шах понять не мог. Но становилось понятно, что начальство преследует какие-то другие цели, желает не просто остановить Странника, похоже, что добивается каких-то своих целей. «Или же боится ответственности, — подумал Егор. — Если что-то произойдёт, то отвечать придётся ему».

В голову прилетела мысль, — если эмпат не знает о том, что за ним следят, то, может быть, его напарник тоже ведёт какую-то свою игру. И даже вполне возможно, и за ним, за Шахом, тоже кто-то следит. Бред, конечно, но с Таракана станется. Но всё это очень похоже на паранойю.

Что происходило в церкви, он не знал и мог только догадываться. Но когда наблюдал в бинокль (предусмотрительно оставленный генералом в салоне), то заметил, что паранорм был в крови. Их навороченный «Муромец» как раз выезжал с церковного двора и на повороте притормозил — тут-то сержант и разглядел, что лицо Сергея красном, а рыжие волосы слиплись от крови.

Что случилось в церкви, остаётся только гадать. Но через пару часов по радио поведали, что в этой самой церкви сбежавший из дурки маньяк убил нескольких попов. То, что никакого маньяка не существует, и ежу понятно. Шах уверен, что лейтенант не стал бы убивать батюшку. Значит, это сделал его напарник. Возможно, Прошин пытался помешать, потому и кровь на его лице. Видимо, помощничек долбанул его по кумполу, чтобы не мешался. А приказал расстрелять священников, конечно же, Таракан. Ведь незадолго до них там находился майор Глыба. Значит, генерал решил убирать всех, кто мог контактировать с майором.

Знать бы ещё, о чём таракан Носов разговаривает со своим подчинённым. Но там наверняка тоже шифрованный канал, не подслушать. Хотя…

Егор вспомнил старого товарища, с которым учился в университете ещё до того, как решил пойти в ОсОБ. У них была дружная компания, три друга не разлей вода. Егор Шахназаров, Иван Давыдов, и Георг Акопян. Ваня сейчас трудится в каком-то московском НИИ, а вот Георг должен быть в городе. Он рассказывал, что ещё в школе баловался всякими микрофонами и скрытыми видеокамерами, и даже один раз попался, когда устанавливал камеру в раздевалке для девочек. В университете уже не попадался, да и познания его уже стали более обширными. А потом, как слышал Егор, Георг открыл свою фирму и, говорили, весьма успешное дело затеял — те же микрофоны, камеры, электронная слежка, детективное агентство, в общем.

Шах порылся в памяти и выудил оттуда телефон Акопяна — вообще славился хорошей памятью.

— Слушаю, — послышалось в трубке.

Голос товарища нисколько не изменился.

— Георг, это ты?

— Ну я, а кто же ещё? Кто это?

— Жорик, привет, не узнал что ли?

— Нет. Я вам не угадывальщик по голосам. Говорите, кто звонит.

— Надеюсь, что долго жить буду. Это я, Шахназаров.

— Вах, Гошка! Не признал, дружище, — взорвалась трубка радостным криком. — Ты откуда вообще? Вроде ребята говорили, что воякой стал. В безопасники записался.

— Так и есть. С Марса недавно прилетел. Слушай, у меня к тебе дело. Ты всё так же увлекаешься всякими устройствами? Ну, ты понял, о чём я говорю. Говорили, что ты по этому же профилю работаешь.

— И ещё детективное агентство, — подтвердил Георг.

— Не поможешь одногруппнику в одном дельце?

— Для старых друзей всё, что угодно, — пообещал товарищ. — Что именно нужно?

— Это не по телефону.

— Ты где сейчас? На какой машине? Какой номер, цвет?

Сержант глянул на навигатор. Он ехал по Октябрьской улице. Георг сообщил, что подкатит через пятнадцать минут, и велел быть на связи.

«Всё-таки правильно говорят, что старый друг лучше новых двух, — подумал Шах. — Да что там двух, одного Георга и десяток новых друзей не заменит!»

В груди теплился приятный огонёк — когда есть люди, готовые придти на помощь по первому зову — это чертовски хорошо. Впрочем, Шах тоже не раз помогал Георгу — на то она и дружба. Однажды на студента Акопяна наехала местная шпана. Георг был умный мальчик и почти ботаник. Драться не умел абсолютно. Зато Егор хорошо дрался и даже любил это дело — к своим двадцати годам успел заработать несколько медалей на всероссийских олимпиадах по нескольким видам боевых искусств. Шпана к их общежитию больше не приближалась.