Он привык, что женщины в него влюбляются. И совсем не привык, что женщина гордо поворачивается и уходит.

Он обозрел беспорядок на столе, оставшийся после занятий любовью. Поднял хрустальный бокал. Взгляд упал на файлы и снимки потенциальных невест.

Фелиша тоже видела их.

Их секс был яростным, неукротимым, бешеным. Теперь он, возможно, немного больше понимал почему. Хотя она сразу знала, что ему надо жениться, и вроде ничуть не возражала. Возможно, делала вид.

Кеда едва не поддался искушению потребовать самолет короля, чтобы прибыть в Лондон почти одновременно с Фелишей. Нужно поговорить с ней, узнать причину слез.

Ему вдруг стало душно, и он пошел вдоль берега по девственно-белому песку. Все неожиданно изменилось. Он всегда хотел быть королем, знал, что трон могут отнять, и старался защититься. Сейчас неприятные события близки, нужно полностью сосредоточиться, посвятить мысли предстоящей битве, а он смотрит на небо, в котором растворился самолет, уносящий Фелишу.

Кеда сделал мудрый выбор. Он всегда защищал людей, которых любил. Завтра в прессе появятся статьи, слуги будут трястись от страха, а он постарается, чтобы в его бизнесе разбирались лучшие из лучших. Досконально.

Фелиша способна справиться с этим кризисом. Последние месяцы она прокралась в его сердце, заняла там важное место. И лишь ее отъезд помог окончательно это понять. А судя по ее слезам, можно поверить, что она его тоже любит.

Что делать?

Омар думал о презентации, показанной старшим сыном. Увидел его, в одиночестве бредущего по берегу, как всегда величественного и красивого. Кеда остановился и долго смотрел на небо и океан.

Король не повернул головы, когда дверь открылась и вошла Рина, по-прежнему наблюдая за старшим сыном, невеселым и задумчивым, чуть сгорбленным, словно от невидимой тяжести.

Кеда – законный наследный принц. Омар это знал. Однако было бы куда легче, если бы он пошел на поводу у старейшин и выбрал младшего сына, путь это и неверное решение.

Рина встала рядом с мужем, наблюдая за сыном, одиноким и гордым наследным принцем.

– Фелиша улетела, – вздохнула она.

– Фелиша?

– Кеда говорит, она его секретарь, но я уверена, что не только.

– Ничего из этого не выйдет. Вокруг множество более подходящих невест.

– Я уверена, немало людей скажут то же самое обо мне, поскольку не считают меня достойной женой.

Они редко касались давно минувших тяжких времен.

– Ты великолепная королева.

– Теперь да.

Омар снова взглянул на сына, вспоминая, как ворвался в его офис, размахивая списком потенциальных невест. Оставалось надеяться, что Фелиша не поняла, что он сказал сыну.

– Кеда показывал мне свою презентацию. Прекрасная работа. Напоминает о моих мечтах и планах на Зазинию. У него настоящий дар.

– Как и у тебя.

– Возможно, я не сумел обрисовать мои планы так, чтобы отец понял. Конечно, тогда не было средств для подобной презентации.

– Твоего отца ничто бы не поколебало. Помнишь, как ты пытался? А потом оставил попытки.

– Я попробовал сосредоточиться на вещах, которые мог изменить, хотел, чтобы моя невеста была счастлива. А ты не была счастлива.

– Зато счастлива сейчас. И стала гораздо сильнее благодаря твоей любви.

Рина стала храбрее. Гораздо храбрее, чем раньше.

– Всегда, – заверил он.

Но и сейчас они не могли обсуждать ее неверность. Не из-за гордости или возможного позора. Просто у стен есть уши, слухи поползут с новой силой.

– Поговори со старшим сыном, Омар. Пока еще не слишком поздно. Предложи ему полную поддержку.

Рина долго стояла на месте после ухода Омара, слезы струились по ее лицу. О, она знала, муж и старший сын защищали ее, и пора прежде всего думать об интересах народа. Она не лгала, говоря, что стала сильнее благодаря любви короля. И этого никто не отнимет. Даже если закон повелит Омару опозорить ее и развестись, его любовь по-прежнему будет принадлежать ей.

– Кеда! – Омар догнал сына. – Можно пройтись с тобой?

– Конечно.

– Твоя презентация лишила меня дара речи. Я и не догадался сделать фрески на стенах, выходящих на восток. Зрелище будет поразительным.

– На них будет изображена история страны. Потребуются строительные леса, чтобы отгородить берег.

– Но сейчас мы не воюем. Эти правила были введены, когда дворцу угрожало вторжение. Я говорил это отцу много лет назад. Ты мое зеркальное отражение. Видеть твою презентацию – все равно что смотреть на собственные проекты.

Кеда удивленно уставился на отца:

– Между нами нет ничего общего.

– Да, мы не похожи. Внешне. А думаем одинаково.

Кеда не верил ушам. Он ведь считал отца ретроградом.

– Ты был прав, бросив мне вызов. Когда я изучал архитектуру с Хуссейном, у нас были великие планы! Отец пообещал, как только я женюсь, прислушаться к моим идеям. Я вернулся из свадеб ного путешествия погруженный в планы и мечты. Твоя мать уже была беременна тобой. Помню, мы гуляли по берегу, разговаривая о школах и больницах, которые скоро будут построены. Твоя мать, истинная женщина, больше думала об отелях и магазинах. Это были такие волнующие времена! Надежды носились в воздухе. Люди думали о будущем. Но к тому времени, как родился ты, эти мечты умерли.

– Почему?

– Мой отец предпочел собственные правила.

Они на секунду остановились. Хотя старый король умер, беседа была почти запретной.

– Он твердил, что, когда я женюсь и официально стану наследным принцем, смогу действовать самостоятельно. Вот я и женился. Выбрал невесту из прогрессивной страны.

– Только по этой причине?

– Отец все тянул и тянул время. Когда ты родился, я уже понимал, что он не станет прислушиваться ко мне. Это было трудное время. Я был молод, горд и многое обещал матери. В ее стране иные порядки, и я хотел того же самого для нашей. Хотел, чтобы народ процветал и не только мы были богаты. Но у меня были связаны руки. Мною овладели горечь и разочарование. Я все время пытался убедить отца прислушаться к моим идеям. Путешествовал с ним. Показывал, насколько прогрессивны другие страны. Твоя мать оставалась на чужой земле с новорожденным, а у меня не было времени ни для нее, ни для тебя.

Они долго шли молча. Омар вспоминал трудную поездку и возвращение в мрачный дворец к расстроенной, измученной жене.

А потом последовала ее исповедь.

По мере того как Омар вспоминал прошлое, Кеда лучше понимал родителей, только теперь узнав, как был оскорблен и обижен отец, когда у него выбивали почву из-под ног. На секунду он представил, что чувствовал бы, привезя Фелишу сюда.

– Но теперь у вас хороший брак.

– Мы много и упорно работали, чтобы достичь этого. Я был так занят собственными бедами и неприятностями, что забыл, каково твоей матери: одна, в новой для нее стране, и рядом никого, с кем можно обсудить проблемы, кроме…

Кроме Абдала.

– Когда ты понял, что любишь ее?

Этот вопрос вырвался из сердца. Кеда вдруг понял, что не видит будущего без Фелиши. Их разговоры, смех, редкие ссоры, как он будет делить это с кем-то другим.

– Когда? – Омар вспоминал тот день, когда Рина призналась во всем, и свою реакцию на исповедь. – В тот момент, когда понял, что могу ее потерять. Тогда и понял, что влюблен. Твой дед недолюбливал Рину. Он, похоже, думал, что я ошибся в выборе невесты.

Ничего не было сказано прямо, никаких имен не упоминалось, но оба догадались наконец, от кого исходили слухи. Теперь Кеда осознал, как все происходило, и, возможно, лучше понял мать. Как и тот факт, что не его прощения она искала. Прощения человека, который сейчас шел рядом с ним.

– Я не только не хотел терять ее, а боялся за нее.

Кеда молча смотрел на отца, твердо зная, что он действительно его сын.

Они разделяли страх за живую, прекрасную, своевольную женщину.

Никогда еще он не восхищался отцом так, как в этот момент. Только сильный король может быть любящим, даже когда ему причинили боль.

– Как же ты справился тогда? Как решил проблему?

– Я смирился, поняв, что когда-нибудь придет мой день, и сосредоточился на своей семье. Все время, что я провел, безуспешно осаждая отца, ты и твоя мать оставались одни, без моего внимания.

Вот он, человек, который оказался куда сильнее, чем думал Кеда.

– У тебя такие же мечты и планы, как у меня. Но я стал старше. И нуждаюсь в поддержке. Не хочу, чтобы ты, подобно мне, ждал, когда сможешь изменить жизнь страны. Народ должен благоденствовать. Твоя презентация напомнила о моем былом огне. Вместе мы сумеем добиться своего. Но нужно учитывать Мохаммеда и старейшин.

– Ты король.

– Да, но твоя мать…

Кеда вспомнил слова Фелиши. С матерью все будет в порядке. Что ни говори, а любовь короля навсегда останется с ней.

– Вместе мы сумеем ее защитить.

Так много было сказано без лишних слов.

– Но есть одно условие. Я сам выберу себе невесту.

– Возможно, стоит подождать до окончания встречи Совета престолонаследия. – Омар понимал, кого выберет сын, и это еще больше усложнит ситуацию.

Но Кеда, приняв решение, больше не мог ждать. Извинившись перед отцом, он направился во дворец. И встретил Мохаммеда, входившего в свой офис вместе с Фатиком.

– Мохаммед! Нам нужно поговорить. – И, даже не взглянув на Фатика, коротко бросил: – Пожалуйста, уйди!

– В присутствии Фатика можешь говорить о чем угодно, – отрезал Мохаммед.

– Прекрасно, – бросил Кеда таким зловещим тоном, что рука Мохаммеда легла на рукоять меча. Старший брат, молча, шагнул к нему. – Знай, дорогой братец, очень сложно заставить преданных людей отказаться от своих убеждений. Если меня вынудят, я предоставлю решать им, и, уверен, они решат в мою пользу.

– Нет, если мы потребуем…

– Плевать мне на тест, который был изобретен десять минут назад, если сравнить это время с долгой историей нашей прекрасной страны. Я рожден править, быть королем. Меня растили для трона. И если придется, обращусь к народу. Завтра отец предложит свою полную поддержку старшему сыну и, надеюсь, объявит также, что я выбрал свою невесту. Фелишу.

Послышалось шипение. Это Фатик громко выдохнул сквозь зубы, но вместо того, чтобы унять его, Мохаммед мрачно улыбнулся.

– Старейшины никогда не примут ее.

– У них не будет выхода, – объявил подошедший Омар. – Я действительно даю ему полную поддержку. – Он окинул яростным взглядом непокорную парочку. – Твоя мать сейчас придет.

В дверях появилась Рина вместе с Куму.

– Кеда, отец сказал, что у тебя прекрасные новости.

– Я надеюсь получить прекрасные новости.

– Но Фелиша не понимает наших обычаев, – пробормотала Куму, которая редко разговаривала в присутствии короля.

– Фелиша понимает людей, – отрезал Кеда. – Прекрасно понимает.

– А наши люди будут счастливы видеть наследного принца счастливым, – улыбнулась Рина. – Лишь бы ты женился тут.

– Я еще не спрашивал ее. Думаю, немного рано говорить о свадебных планах.

– Никогда не рано, – покачала головой Рина.

– И я очень люблю добрые английские свадьбы, – добавил Омар.

Кеда собрался поднять глаза к небу, извиниться и уйти. Но отец взял за руку жену и сказал:

– Как там говорится в английской свадебной службе? Скажите сейчас или вечно храните молчание?

Король в упор и с вызовом посмотрел на Мохаммеда.

Поразительный это человек – его отец.

Его отец.

Кеда больше не нуждался в доказательствах, особенно при виде Омара с гордо вскинутой головой.

– Ты что-то собирался сказать, Мохаммед? – осведомился Омар.

Тот растерянно моргнул.

– Пойдем. – Куму потянула мужа за руку. – Пойдем посмотрим, как там дети.

Мохаммед не тронулся с места. Все ждали и наблюдали. Ушел Кеда.

У него на уме куда более важные вещи, чем ждать, пока заговорит брат.

Или будет молчать вечно.