– А я? – дернула его за рукав Саша. Выглядела она довольно встревоженной, даже возбужденной – вероятно, ощущала на себе ответственность за происходящее.

– А что – ты? – улыбнулся светловолосой стажерке Дронов. – Хочешь с казаками пойти часовых резать или с сипаями – в рукопашную?

– Н-нет… – понурилась девушка.

– Вот и будешь рядом со мной, вместе с парнями. Я же Черневому поручил тебя сторожить, помнишь?

– Помню. – Саша улыбнулась унтеру. – Егор Лукич, спасибо, что заботитесь.

– Да я ничего еще и… – Черневой смущенно потер затылок, сбив фуражку на нос.

– Держись около него или около меня, вперед не суйся, но кобуру расстегни, – продолжил Николай. – Этого будет достаточно.

– Ну, хватит медлить. – Нетерпеливо слушавший их разговор юзбаши взмахнул рукой. – Начнем, пока враг не сбежал!

Отряд рассыпался. Первыми меж деревьев скрылись казаки, за ними последовали спешенные сипаи во главе с сотником, снявшие доспехи, чтобы блеском стали и звоном кольчуг не привлекать внимания. Оставшийся конный резерв из Николая, Саши, Джантая, двух хокандцев и трех драгун отъехал чуть назад, чтобы лучше видеть узкий проход в ложбину, ставшую ловушкой для банды.

– Надеюсь, все будет хорошо, – неуверенно протянула стажерка, поигрывая поводьями. – Не хотелось бы, чтобы кто-то из наших пострадал, однако заручиться благодарностью местных властей мне кажется ценным… – Она посмотрела на Николая, будто ожидая, что тот возразит.

– В худшем случае кого-нибудь ранит шальная пуля, – успокоил ее капитан. – Специально попасть в цель эти горе-вояки едва ли способны – сама ведь имела возможность убедиться. А до рукопашной не дойдет, Невский верно все продумал. Да и дойди – уверен, наши казачки не уступят. Посмотрим, чем все кончится, но я лично считаю – ты верно сделала, что согласилась.

– Не врете? – искоса глянула на него будущая сыщица. Взгляд, однако, вышел совсем не «полицейским».

– Если бы я был с тобой в чем-то не согласен – я бы как минимум начал спорить, – заверил Дронов. – Уж молчать не стал бы, поверь. И вообще решение-то принял я, ты только подтвердила.

Со стороны ложбины донесся слитный треск – казалось, лопнула разом целая гроздь воздушных шариков.

– Что это? – вскинулась Саша, невольно дернув поводья. Ак-Булут переступила с ноги на ногу, обиженно всхрапнула.

– Ружейный залп, – спокойно пояснил унтер Черневой. – На ближнем к нам склоне пальнули…

Треск повторился – чуть глуше.

– А это уже на дальнем, – кивнул Дронов, поглаживая лежащий на коленях карабин. – Началось.

Некоторое время они лишь слушали приглушенные звуки боя – вопли, лязг, редкие выстрелы. Потом из-за подошвы холма высыпала стайка всадников – человек семь, одетых как попало и вооруженных преимущественно саблями.

– Упустили все же! – воскликнул Николай, давая коню шпоры. – Саша, Черневой – на месте, остальные за мной!

Взрывая копытами землю, конный резерв ринулся наперерез улепетывающим бандитам. Сам капитан нацелился на головного – здоровяка в пестром парчовом халате. Это определенно был если и не главарь банды, то кто-то важный, кого не стоило упускать.

– Хей! Хей! Хей! – азартно выкрикнул один из сипаев, потрясая копьем. Заметившие засаду разбойники отвернули, пытаясь уклониться от боя, но было уже поздно – дистанция оказалась слишком мала. Захлопали карабины драгун, один из беглецов полетел наземь, у другого лошадь встала на дыбы, получив пулю в круп. Засверкали палаши, извлекаемые из ножен…

Дронов тоже выстрелил на скаку, промазал, забросил ружье за спину на ремне и обнажил клинок. С «пестрохалатным» они сшиблись в стороне от завязавшейся схватки – тот чуть обогнал товарищей.

– Хей-х! – Капитан рубанул бандита с наскока, но палаш звякнул о подставленную саблю. Два всадника закружились в карусели конного боя, обмениваясь ударами. Мощные прямые выпады Николая, от которых иной уклонялся бы, здоровяк просто принимал клинком – и не похоже было, чтобы его это утомляло.

– От зар-раза! – выдохнул сквозь зубы офицер, примериваясь для хитрого удара снизу: тактику определенно следовало менять. Внезапно в топот копыт, звон стали и конское ржание вплелся одинокий хлопок выстрела. Противник Дронова охнул и схватился за левый бок. Сабли бандит при этом не выронил, так что капитан не стал рисковать. Наклон всем корпусом, короткий взмах палаша – алые капли брызжут вверх, а враг валится из седла с распоротым горлом, хрипя и обливаясь кровью.

– Есть! – осклабился Николай в запале не хуже Невского и направил коня в общую свалку…

…Последний уцелевший налетчик, пользуясь неразберихой, попытался разорвать дистанцию и уйти. У него даже могло получиться – драгуны на плохо обученных скакунах и уставшие сипаи, вероятно, отстали бы на равнине. Однако – не получилось. Джантай, спешившись, вскинул к плечу свое длинное охотничье ружье, тщательно прицелился, плавно нажал на спуск… Голова разбойника мотнулась, как от сильного удара, и он безвольно поник, уткнувшись лицом в гриву лошади.

– Отлично! – одобрительно воскликнул Дронов, кровь которого еще играла после жаркой стычки. – Саночкин, съезди, проверь супостата – точно ли мертв?

– Есть! – отдышавшись, ефрейтор взял к козырьку.

Капитан же спрыгнул на землю и наклонился, чтобы вытереть окровавленный клинок об одежду одного из убитых. Когда офицер закончил, его окликнули:

– Николай Петрович!

– Что такое? – Этот звонкий голосок сложно было спутать с другим, и Дронов выпрямился, отыскивая взглядом Сашу.

Девушка обнаружилась около трупа того самого здоровяка в пестром халате, которого капитан зарубил первым. Она стояла перед ним на коленях и безуспешно пыталась перевернуть тело. Немного сбитый с толку унтер присел рядом, собираясь ей помочь.

– Что у вас там? – повторил Николай, бросая палаш в ножны и направляясь к парочке, занятой столь странным делом.

– Его сумка! – натужно прокряхтела стажерка: лежащий на спине мертвец весил раза в четыре больше ее, и девушка упиралась в тело обеими руками, как в многопудовое бревно. – Надо достать!..

Вместе с Черневым она наконец перевернула убитого на бок и стянула с его плеча выцветшую серую сумку на ремне. Выглядела та непривычно – скорее, это был кейс или чемоданчик, только снабженный ремнем. Прямоугольный, со скругленными краями, из какого-то жесткого материала. Замочков или стяжных ремешков на нем видно не было. Впрочем, Сашу это не смутило. Будущая сыщица ухватилась за что-то двумя пальцами и резко потянула.

– Вж-ж-жик! – Кейс распался на две половинки, и девушка, восторженно ахнув, вынула из него блестящую черную пластину, украшенную белым знаком, напоминающим стилизованные крылья.

– Это что? – озадаченно спросил унтер, опередив своего командира. Впрочем, Дронов и так догадался. Незнакомый материал, странный дизайн, округлившиеся глаза Настиной ученицы…

– Очередной подарочек из Зазеркалья? – все же уточнил он.

– Думаю, да, – кивнула Саша, зачарованно таращась на пластину. – Бывает же такое… Вот так просто, посреди леса…

С чуть слышным щелчком она раскрыла пластину, как книгу, – правда, состояла эта «книга» только из толстой обложки. Изнутри одна сторона «обложки» оказалась покрыта рядами черных клавиш с латинскими буквами и непонятными значками на них – почти как у печатной машинки. Вторая сторона целиком представляла собой непрозрачное темное окошко, забранное сплошным листом стекла. Снедаемые любопытством, Дронов и Черневой склонились над находкой, глядя поверх Сашиных плеч. Сосредоточенно сдвинув брови, девушка коснулась пальцем одной из кнопок…

Громкий крик заставил всех троих вздрогнуть. Обернувшись, Николай увидел, как к ним бежит один из хокандцев. Бряцая кольчугой, ханский солдат почти вприпрыжку подскочил к Саше и ткнул в нее пальцем, выкрикивая что-то одновременно возмущенное и взволнованное. Стажерка спешно захлопнула пластину и испуганно попятилась, прижимая трофей к груди. Не сговариваясь, капитан и унтер встали между ней и сипаем. Тот сразу умолк.

– Джантай, чего ему надо? – Николай на всякий случай стиснул рукоять палаша. Черневой последовал его примеру. Остальные солдаты, включая и второго хокандца, удивленно переглядывались.

– Говорит, вещь, которую взяла… Э-э… Кхем… – Киргиз кашлянул в кулак. – …Которую взяла твоя женщина… Это вещь, которую они должны вернуть в город. Они ее искали.

– Ну вот, Саша. А ты говоришь – «просто так, посреди леса»… – протянул Дронов, не отводя глаз от стоящего напротив хокандца. – Это ценная вещь?

– Очень, – пискнула из-за спины капитана стажерка. – Нам такие даже на занятиях не показывали. Только на фотоснимках и рисунках в особых каталогах видела. Говорят, их со спецсклада выносить запрещено.

– Понятно. – Николай повернулся к Джантаю. – Скажи ему, пусть зовет командира.

Киргиз перевел сипаю просьбу, но тот остался на месте – в разгромленный лагерь налетчиков побежал второй. Обстановка ощутимо накалилась – дожидаясь ханского сотника, Дронов и сипай буравили друг друга взглядами, не убирая ладоней с оружия. К счастью, юзбаши явился без промедлений – буквально примчался в сопровождении пары солдат.

– Покажите мне вещь! – с места в карьер взял он.

– Саша, пусть посмотрит, – попросил Дронов, делая шаг в сторону. – Может, чего напутал?

– Нет, это оно, – уверенно заявил Маниаз, увидев блестящую пластину в руках девушки. – Эту вещь везли в наш город, но разбойники похитили ее.

– А… А кому именно она у вас понадобилась? – собравшись с духом, спросила Саша.

– Да. Кому в Аулие-Ата нужна подобная диковина? – вкрадчиво поддержал юную сыщицу капитан.

– Не ваше дело, – отрезал ханский кавалерист.

– Ну почему же, – хмыкнул Николай, вновь заслоняя Александру своей широкой спиной от хокандцев. – Наша страна, видите ли, такими вещами интересуется. Мы будем крайне благодарны, если вы передадите ее нам и расскажете все, что о ней знаете.

– Хотелось бы знать, кто должен был ее вам передать и как он ее сам получил, – вставила окончательно успокоившаяся ученица Насти.

– Не ваше дело. – Сотник был непоколебим, но сбавил тон. – Это дело города. Пожалуйста, отдайте вещь.

– Слушайте, уважаемый юзбаши… – зашел с другой стороны Николай, краем глаза наблюдая, как его бойцы и солдаты Маниаза расходятся в стороны. Назревала новая драка… – В лагере ведь должны быть еще трофеи? Они все ваши, а это мы возьмем как свою долю. Только эту вещь. Справедливо? Ведь без нас вы банду так легко не взяли бы.

– Я благодарен за помощь. – Хокандец опустил взгляд – кажется, ему в самом деле было неловко. – Благодаря вам обошлось без потерь, это дорого стоит. Но уступить не могу. Взятую вами вещь я должен доставить в город.

– Ну тогда… Саша, она правда так важна?

– Да. То есть… Да!

– Тогда я тоже буду настаивать. – Сотник поднял голову, и Николай посмотрел ему прямо в глаза. – Сейчас эта вещь останется у нас. В Аулие-Ата мы поговорим с городскими властями. Там и решим. Это будет не ваша проблема. Согласны?

– Да, – после затянувшейся паузы выдавил Маниаз. – Я не хочу с вами драться. Пусть решают те, кому эта вещь нужна. В городе я вас с ними познакомлю.

– Вот и договорились. – Дронов убрал руку с палаша, вытер вспотевшую ладонь о мундир и протянул ее старшему сипаю. Тот с тяжким вздохом ответил на рукопожатие.

Весь оставшийся путь ханский отряд ехал впереди, заставляя русских глотать пыль из-под копыт. Николай приказал было замедлить ход, чтобы подотстать и увеличить дистанцию, однако из этой затеи ничего не вышло – хокандцы тоже сбавили рысь. Пришлось принимать правила игры. Джантай, правда, что-то бурчал под нос и похлопывал по ножнам кулаком, однако терпел вместе со всеми. Дабы занять время, капитан попробовал выспросить стажерку насчет их нежданного трофея. Однако выяснилось, что она и сама мало что знает.

– Эта вещь называется «ноутбук» или как-то так. – Саша держала кейс с таинственной пластиной на коленях, не решаясь убрать его в седельный вьюк. – И она очень хрупкая. В каталогах Шестой экспедиции есть общее описание и инструкции по обращению после конфискации. Указан высокий приоритет важности. А вот что она делает – нигде не сказано. Вообще это вне компетенции полевых агентов. Уверена, Анастасия Егоровна знает не больше моего.

– Ну-ну… – недоверчиво хмыкнул Дронов. Хотя особых причин сомневаться в словах юной сыщицы у него не было – офицер прекрасно понимал, что в своей могучей конторе Настя всего лишь рядовой сотрудник. Пусть ее и назначили недавно на «командирскую» должность.

– Вы лучше скажите, что за город такой – Аулие-Ата? – перевела тему девушка. По ее невинному личику сложно было сказать – это немудреная хитрость или ей действительно интересно. – Мне следовало раньше о нем расспросить, а теперь и вовсе необходимо.

– О-о! – усмехнулся капитан и кашлянул в кулак – для разговора они отъехали в хвост колонны, где было не столь пыльно, однако желтоватое облако доставало и сюда. – Город необычный. Я сам там не бывал, но наслышан изрядно – ведь он ближайший к Пишпеку из сколько-нибудь крупных. Начать с того, что ты его услышишь раньше, чем увидишь…

Дронов, лишь пересказывавший слухи, опасался невольно обмануть доверчивую слушательницу, однако напрасно. В главном рассказы путешественников оказались верны.

Ко второй половине дня призрачные хребты киргизских гор остались позади, да по левую руку еще маячили вдалеке отдельные вершины. Впереди же и справа расстилалась сплошная травянистая степь, иногда идущая волнами пологих холмов.

Как обычно в этих краях, первыми признаками цивилизации стали арыки – наполненные водой канавы, тянущиеся вдоль обочин и рассекающие зелень лугов. Потом в стороне от дороги начали попадаться редкие участки обработанной земли – скромные лоскутки, зачастую даже не огороженные. Еще немного времени спустя путешественники услышали шум большой реки и невнятный гомон.

– Это оно? – поинтересовалась Саша, привставая в стременах и вытягивая шею. Крошечная девушка вымоталась за сегодня не меньше своих спутников-мужчин, однако в ней еще нашлись силы на любопытство.