– С тех пор как ты покинул Париж, город разительно изменился, – сказала я, когда на следующий день мы уселись в повозку.

– Значит, очень многое придется выправлять, – кивнул мне Арно.

– Но в поисках Жермена мы не продвинулись ни на шаг.

– Это не совсем так, – возразил он. – Есть у меня одно имя.

– Кто? – насторожилась я.

– Робеспьер.

Максимилиан Де Робеспьер. Человек, ставший известным всей стране. Его называли Неподкупным. Глава якобинцев, фактический правитель Франции. Неудивительно, что этот человек обладал громадной властью.

– Лучше расскажи, что ты узнал о нем.

– Элиза, я все видел, – сказал Арно и поморщился, будто не в силах совладать с воспоминаниями.

– Что значит «все»? – осторожно спросила я.

– Это значит… у меня бывают видения. Помнишь, когда я убил Беллека? У меня были видения. Они мне показывают, как действовать дальше.

– Расскажи поподробнее.

С одной стороны, мне хотелось, чтобы Арно открылся, и в то же время я вообще не хотела с ним разговаривать.

– Ты помнишь, что я убил Сивера?

Я скривила губы, подавляя слабое желание ответить «нет».

– Видение подсказало мне, когда это надо сделать, – продолжал Арно. – Элиза, в своих видениях я видел их всех. Все свои цели, с которыми у меня была личная связь. Мужчины, женщины… я видел их всех. Однажды я увидел, как твой отец не допустил Сивера к участию в какой-то тамплиерской встрече. С этого началась его неприязнь к Франсуа. Я видел встречу Сивера с Королем нищих. Я видел, как эта зловещая парочка нападает на твоего отца.

– Двое на одного, – вырвалось у меня.

– Твой отец храбро сражался. Я тебе уже говорил: он сумел выколоть Сиверу глаз. Он наверняка победил бы в сражении, если бы не вмешательство Короля нищих…

– И ты видел, как это происходило?

– Да. Не наяву… в видении.

– И так ты узнал, что убийство было совершено с помощью булавки тамплиерского знака?

– Разумеется.

– Как у тебя это происходит? – спросила я, кладя голову ему на плечо.

– Беллек говорил, что у некоторых эта способность врожденная. Другие могут ее развить путем особых упражнений.

– И ты – один из тех, кто с ней родился.

– Получается, что так.

– Что еще ты сумел узнать?

– От Короля нищих я узнал важную подробность: твой отец отклонял его предложения завязать знакомство. Я видел, как Сивер протянул Королю нищих церемониальный знак и рассказал, каким образом его «наставник» сможет помочь.

– Его «наставник»? Жермен?

– Вот именно. Хотя тогда я этого не знал. Я лишь видел фигуру в торжественном облачении. Это была сцена вступления Короля нищих в ваш орден.

Я вспомнила, что мы с мистером Уэзероллом расстались сердитыми друг на друга. Меня кольнуло раскаяние. Жаль, я не могла сообщить, что его предположения оказались верными.

– Значит, в качестве награды за убийство моего отца Король нищих получил членство в ордене?

– Судя по всему, да. Когда я убил мадам Левек, то увидел, что́ кроется за планами тамплиеров повысить цены на зерно. Я также видел, как твой отец исключал Жермена из ордена. Ювелира силой выволакивали из комнаты, а он призывал дух де Моле. Позже я видел, как Жермен встречался с мадам Левек. Я узнал, что тамплиеры намеревались обнародовать сведения, губительные для репутации короля.

Мне вспомнилась казнь нашего правителя и слова Жермена. Самозваный великий магистр утверждал, что, когда короля казнят, как заурядного преступника, он, Жермен, явит миру истину Жака де Моле.

– Я видел еще кое-что, – продолжал Арно. – Жермен знакомил со своими ближайшими соратниками самого Максимилиана Де Робеспьера.