Вне всяких сомнений, одним из главных достоинств мистера Паркера Пайна были его приветливые манеры – они сразу же внушали доверие посетителям. Он хорошо был знаком с тем параличом, который мог охватить людей, приходивших к нему в офис. А основной задачей мистера Паркера Пайна было заставить этих людей говорить.

В то утро, о котором идет речь, перед мистером Пайном сидел новый клиент, некто мистер Реджинальд Уэйд. Мистер Пайн сразу же догадался, что мистер Уэйд с трудом выражает свои мысли, особенно те, которые касались каких-то эмоций.

Клиент был высоким широкоплечим мужчиной с мягкими, приятными голубыми глазами и хорошим загаром. Он непроизвольно подергивал себя за небольшие усики, пока сидел и смотрел на мистера Паркера Пайна с вызывающим сострадание видом совершенно тупого животного.

– Увидал ваше объявление, знаете ли, – прерывисто произнес он. – Подумал, что стоит заглянуть. Штука довольно-таки подозрительная, но кто знает, а?

Мистер Паркер Пайн правильно понял значение этого краткого вступления.

– Когда дела плохи, начинаешь хвататься за соломинку, – перефразировал он.

– Вот именно. Именно так. Хочу попробовать, чего бы мне это ни стоило. У меня сейчас плохая полоса, мистер Пайн. И я не знаю, что мне делать. Сложно. Чертовски сложно.

– Это именно то, – сказал мистер Пайн, – что нужно для того, чтобы обратиться ко мне. Я-то как раз знаю, что делать. Я специалист по всем человеческим проблемам.

– Ну, это, вообще-то, слишком громко сказано.

– Совсем нет. Все человеческие беды можно разделить на пять основных проблем. Прежде всего, физическое недомогание. Затем скука. Потом идут жены, которым мужья доставляют проблемы, и мужья, которым проблемы доставляют жены… – начал перечислять мистер Пайн, но потом замолчал.

– И вы в принципе угадали. В самую лунку попали.

– Ну, так расскажите мне об этом.

– Да рассказывать-то не так уж и много. Моя жена хочет, чтобы я дал ей развод для того, чтобы она могла выйти замуж за другого.

– Довольно распространенная в наши дни ситуация. А вы, как я понимаю, не совсем с ней согласны.

– Я ее люблю, – просто ответил мистер Уэйд. – Понимаете… да, я ее люблю.

Это было довольно простое и даже скучноватое заявление, но, даже сказав: «Я ее обожаю. Я боготворю землю, по которой она ходит. Я готов порезать себя на маленькие кусочки ради нее», мистер Реджинальд ничего не добавил бы к уже сказанному.

– Однако в то же время, – продолжил Уэйд, – что я могу сделать? То есть я хочу сказать, что в такой ситуации парень совершенно беспомощен. Если ей нравится другой – приходится играть по правилам, то есть отойти в сторону и все такое.

– Предложение состоит в том, как я понимаю, что она сама должна развестись с вами, – предположил мистер Пайн.

– Естественно. Я не могу позволить, чтобы ее мучили в суде.

– И тем не менее, вы пришли ко мне, – мистер Паркер Пайн задумчиво посмотрел на мужчину. – А для чего?

– Не знаю. – Посетитель стыдливо хихикнул. – Понимаете, я парень не слишком умный. Я никогда ничего не могу придумать. И вот я подумал, что вы… сможете мне что-то предложить. Понимаете, у меня есть шесть месяцев. На такую отсрочку она согласилась. И если она не изменит своего мнения через шесть месяцев, я выхожу из игры. Вот я и подумал, что, может быть, вы дадите мне парочку советов, мистер Пайн. Сейчас все, что бы я ни делал, ее раздражает. Понимаете, мистер Пайн, все дело в следующем: я не очень умен. И мне нравится заниматься спортом. Я люблю покатать мячи в гольф или сгонять хорошую партию в теннис. А вот музыка, театр и все такое меня совсем не трогают. А жена моя – умница. Она любит картины, и музыку, и концерты, и естественно, что ей со мной скучно. А тот, другой, противный длинноволосый тип, он все про эти вещи знает. И умеет о них говорить. А я не умею. То есть где-то я могу понять умную, красивую женщину, которая устает от такого тупоголового, как я…

Мистер Паркер застонал.

– И сколько лет вы уже женаты? Девять лет? И я полагаю, что с самого начала вы ведете себя именно таким образом? Это совсем неправильно, мой дорогой друг, абсолютно неправильно! Никогда не защищайтесь, когда имеете дело с женщиной, или она начнет оценивать вас так же, как вы сами себя оцениваете, – и это будет вам по заслугам. Вам надо было гордиться своими достижениями в спорте. Вы должны были смело говорить и о музыке, и об искусстве, и о других «глупостях, которые так любит моя жена». Вам надо было все время напоминать ей о том, что она не слишком сильна в спорте. Покорность же убивает брак! Ни одна женщина не сможет ее вынести. Неудивительно, что ваша жена пошла на крайние меры.

Мистер Уэйд с недоверием посмотрел на собеседника.

– И что же, – спросил он, – я должен, по-вашему, делать?

– А вот это большой вопрос. Вам теперь поздно начинать делать то, что вы должны были начать делать девять лет назад. Теперь придется использовать новую тактику. У вас были связи с другими женщинами?

– Конечно нет.

– Уточню – может быть, какой-нибудь легкий флирт?

– Меня другие женщины никогда сильно не интересовали.

– В этом ваша ошибка. Придется начинать сейчас.

– Эй, эй, послушайте! Я правда не могу вот так взять и… – Мистер Уэйд явно разволновался.

– Успокойтесь, проблем вам это никаких не доставит. Для подобных вещей я предоставлю вам одну из моих сотрудниц. Она будет говорить вам, что от вас требуется. И все знаки внимания, которые вы будете ей оказывать, будут восприниматься как чисто деловые отношения.

– Ну, так-то лучше, – с облегчением вздохнул Уэйд. – Но неужели вы думаете… то есть я хочу сказать, что в этом случае Айрис захочет расстаться со мной гораздо быстрее.

– Вы не понимаете человеческую натуру, мистер Уэйд. Еще меньше вы понимаете женщин. В настоящее время вы, с точки зрения женщины, – отработанный материал. Вы никому не нужны. А зачем женщине что-то, что никому не нужно? Совершенно незачем. А теперь взгляните на это под другим углом. Предположим, ваша жена узна́ет о том, что вы с нетерпением ждете, когда освободитесь от нее?

– Ну, это должно ее обрадовать.

– По логике вещей вы правы, но радости это ей не принесет! Более того, она увидит, что рядом с вами молодая, привлекательная женщина – молодая женщина, которая может себе позволить самостоятельно выбирать пару. Ваши акции немедленно взлетят вверх. Ведь ваша жена понимает: в этом случае все ее подруги решат, что это вы бросили ее и захотели жениться на женщине гораздо более привлекательной. И это ее сильно разозлит.

– Вы так думаете?

– Я в этом просто уверен. И вы больше не будете «бедным стариной Реджи». Вы будете «этим мерзавцем Реджи». А это уже две большие разницы. Поэтому, не порывая отношений с другим мужчиной, она постарается удержать и вас. Но вы ей этого не позволите. Вы будете мудры и повторите ей все те же аргументы, которые она приводила вам. «Лучше расстаться». «Не сошлись характерами». Вы же понимаете: хотя она и была права, когда говорила, что вы ее не понимаете, но она-то вас тоже не понимает. Однако сейчас не имеет смысла обсуждать все это в подробностях – когда придет время, я передам вам подробные инструкции.

– И вы думаете, что этот ваш план достигнет-таки цели? – Было видно, что мистер Уэйд все еще колеблется.

– Не буду говорить, что я в этом абсолютно уверен, – осторожно произнес мистер Паркер Пайн. – Всегда есть вероятность, что ваша жена настолько влюблена в того, другого, что ничего из того, что бы вы ни говорили или ни делали, ее не остановит. Но я в этом сомневаюсь. Мне кажется, что она вступила в эти отношения из-за скуки – скуки, созданной атмосферой безоглядной любви и абсолютной верности, которой вы так неосторожно окружили ее. Если вы будете следовать моим инструкциям, то я оценил бы ваши шансы как девяносто семь процентов из ста.

– Ну что же, это неплохо, – ответил мистер Реджинальд. – Я так и сделаю. А кстати, сколько же это будет стоить?

– Я беру двести гиней авансом.

Уэйд достал чековую книжку.

* * *

В послеполуденном солнечном свете лужайки Лорример-корт выглядели совершенно очаровательно. Айрис Уэйд, возлежащая на шезлонге, представляла собой изысканное цветовое пятно на фоне их зелени. Она была одета в платье нежных сиреневых тонов, а искусный макияж делал ее гораздо моложе ее тридцати пяти лет.

Женщина общалась со своей подругой, миссис Массингтон, которая всегда с большим вниманием относилась к ее проблемам. Обе дамы страдали от мужей-спортсменов, которые могли говорить только об акциях, ценных бумагах и гольфе.

– Так вот и приходится учиться жить и давать жить другим, – закончила Айрис.

– Вы великая женщина, дорогая, – произнесла миссис Массингтон и добавила, чуть быстрее, чем это было нужно: – И кто же эта девушка, скажите?

– И не спрашивайте меня! – Миссис Уэйд в изнеможении повела плечом. – Реджи сам нашел ее. Она его дружочек! Это просто фантастика какая-то! Вы же знаете, что обычно он не обращает на женщин никакого внимания. А тут пришел ко мне, долго жался и мялся, а потом, наконец, сказал, что хочет пригласить эту мисс де Сара к нам на уикенд. Естественно, сначала я расхохоталась. Просто не смогла сдержаться. Вы только представьте – это говорит мне Реджи!.. И вот она здесь.

– А где он ее нашел?

– Не знаю. Обо всем этом он говорит очень туманно.

– А может быть, он знает ее уже какое-то время?

– Не думаю, – ответила миссис Уэйд. – Естественно, я в восторге, в полном восторге. Я хочу сказать, что для меня вся ситуация стала гораздо проще. Потому что я все время чувствовала жалость по отношению к Реджи. Он такой лапочка… И поэтому я всегда повторяла Синклеру, что Реджи будет больно. А он все время настаивал, что Реджи быстро все это переживет – и сейчас все выглядит так, будто он оказался прав. Еще два дня назад Реджи выглядел так, словно его сердце навсегда разбито, а уже сегодня он приглашает эту девушку. Я уже сказала, это очень сильно меня забавляет. И я рада наблюдать, как Реджи тоже получает удовольствие. Полагаю, бедняга думал, что я буду ревновать его. Совершенно абсурдная идея. «Ну конечно, – сказала я, – приглашай свою девушку». Бедняжка Реджи – да разве может такая девушка им увлечься? Да она просто развлекается!

– Она очень привлекательна, – заметила миссис Массингтон. – Это даже опасно, если вы меня понимаете. Таких девушек обычно интересуют только мужчины. Мне кажется, что она не такая уж хорошая в глубине души.

– Может быть, и нет, – согласилась миссис Уэйд.

– Она великолепно одета, – заметила ее подруга.

– На мой взгляд, слишком экзотично, вы не находите?

– Но очень дорого.

– Просто шикарно. Она слишком шикарно выглядит.

– А вот и они! – сказала вдруг миссис Массингтон.

Через лужайку к ним приближались Мадлен де Сара и Реджи Уэйд. Они разговаривали, смеялись и выглядели абсолютно счастливыми. Мадлен упала в кресло, сбросила берет, который носила, и запустила руки в свои роскошные волосы.

Она была невероятно красива.

– Мы так прекрасно провели время! – воскликнула она. – Мне жутко жарко. Я, наверное, ужасно выгляжу.

Услышав эту подсказку, Реджинальд вздрогнул.

– Вы выглядите… выглядите… – Мужчина коротко засмеялся. – А вот и не скажу, как вы выглядите! – закончил он.

Мадлен встретилась с ним взглядом, и миссис Массингтон тут же заметила, что в глазах девушки светилось полное понимание.

– Вам надо играть в гольф, – сказала де Сара хозяйке дома. – Вы так многого лишаете себя. Почему бы вам не начать? У меня есть подруга, которая начала совсем недавно и уже очень прилично играет, а ведь она много старше вас!

– Меня такие развлечения не интересуют, – холодно ответила Айрис.

– Вы что, не любите спорт? Какая жалость! Спорт позволяет отключиться от всех проблем. Уверяю вас, миссис Уэйд, в наше время тренеры настолько хороши, что могут кого угодно научить прилично играть. Я, например, летом прошлого года довела до ума свой теннис. Правда, в гольфе я еще полный профан.

– Глупости, – заметил Реджи. – Вам просто нужен хороший тренер. Вспомните, как вам сегодня удавались удары латунной клюшкой[15].

– Это потому что вы показали мне, как правильно наносить удар, – повернулась к нему девушка. – Вы прекрасный учитель. Ведь многие люди учить других просто не в состоянии. А у вас есть этот дар. Как, должно быть, вы себя прекрасно ощущаете – ведь вы умеете все на свете!

– Глупости. Наоборот, я практически ни на что не годен. – Реджинальд выглядел сконфуженным.

– Вы должны им очень гордиться, – обратилась Мадлен к миссис Уэйд. – Как вам удалось не потерять его за все эти годы? Вы, наверное, очень умны. Или вы его где-то прятали все это время?

Хозяйка дома ничего не ответила и дрожащей рукой подняла свою книгу.

Реджи пробормотал что-то о необходимости переодеться и исчез.

– Поверьте, это так мило с вашей стороны, что вы пригласили меня сюда, – сказала мисс де Сара хозяйке дома. – Некоторые женщины так подозрительно относятся к подругам своих мужей… Ревность, по моему мнению, – явление совершенно абсурдное. А как вы думаете?

– Абсолютно с вами согласна. Мне бы и в голову не пришло ревновать Реджи, – ответила Айрис.

– Как это очаровательно! Потому что любому сразу видно, что он мужчина невероятно привлекательный для любой женщины. Я была в полном шоке, когда узнала, что он женат. И почему все интересные мужчины теряют свободу такими молодыми?

– Я рада, что вы находите Реджи привлекательным.

– Но ведь это действительно так, не правда ли? Такой симпатичный – и такой великолепный спортсмен! И это его показное равнодушие к женщинам… Действует просто безотказно.

– Полагаю, что у вас много друзей-мужчин, – сказала миссис Уэйд.

– О да… Мужчины нравятся мне гораздо больше женщин. Те никогда не относились ко мне по-доброму. Совершенно не понимаю почему.

– Может быть, потому, что вы слишком по-доброму относитесь к их мужьям? – предположила миссис Массингтон с дребезжащим смехом.

– Знаете, иногда людей становится просто жалко, – повернулась к ней де Сара. – Все эти прекрасные мужчины, которые привязаны к таким занудным женам… Ко всем этим «богемным» и заумным. Естественно, что мужчине хочется пообщаться с молодой и милой женщиной. Мне кажется, что нынешние взгляды на свадьбы и разводы такие милые… Начать все сначала, пока вы еще молоды, с кем-то, кто разделяет ваши вкусы и мысли! Ведь, в конце концов, так лучше для всех. То есть, я хочу сказать, что эти заумные жены могут найти себе какое-нибудь длинноволосое существо, родственную душу, которое будет полностью их удовлетворять. Мне кажется, что подвести итоги и начать все сначала – это так мило! А вам, миссис Уэйд?

– Конечно, – сухо отозвалась Айрис.

Некоторая прохладность беседы теперь дошла и до Мадлен. Она пробормотала что-то о необходимости переодеться к чаю и покинула женщин.

– Эти современные молодые женщины совершенно отвратительны, – произнесла миссис Уэйд. – В головах абсолютная пустота, ни одной мысли.

– Ну, у этой-то как раз одна мысль есть, Айрис, – заметила миссис Массингтон. – Она влюблена в Реджи.

– Глупости!

– Точно влюблена. Я видела, как она только что смотрела на него. Ее совсем не волнует, женат он или нет, – она твердо решила заполучить его любым способом. На мой взгляд, это просто отвратительно.

Какое-то время Уэйд молчала, а потом неуверенно рассмеялась.

– В конце концов, – сказала она, – какое это все имеет значение?

Наконец, Айрис тоже отправилась наверх. Она нашла своего мужа переодевающимся к чаю. Он что-то негромко напевал.

– Наслаждаешься жизнью, милый? – спросила хозяйка дома.

– Ну… да, конечно, – кивнул Реджинальд.

– Я рада. Мне бы хотелось, чтобы ты был счастлив.

Реджи никогда не был хорошим актером, но оказалось, что его сильное смущение от того, что ему приходится притворяться, было именно тем, что надо. Он старался избегать взглядов своей жены и вздрагивал, когда она с ним заговаривала. Ему было стыдно – он ненавидел этот фарс всей душой. И никакая искусная игра не могла бы произвести лучшего эффекта. Он был ходячим воплощением вины.

– А как давно ты ее знаешь? – неожиданно задала ему вопрос супруга.

– Э-э-э… кого ты имеешь в виду?

– Мисс де Сара, естественно.

– Точно не могу сказать. Ну, какое-то время…

– Правда? А раньше ты никогда о ней не упоминал.

– Да? Значит, наверное, я забыл.

– Забыл, как же! – произнесла миссис Уэйд и исчезла, сопровождаемая шорохом сиреневых одеяний.

После чая мистер Уэйд решил показать мисс де Сара розарий. Они прошли по лужайке, ощущая на себе два сверлящих взгляда, которыми их проводили Айрис и ее подруга.

– Послушайте. – Скрывшись в гуще розария, мистер Реджинальд дал волю своим чувствам. – Послушайте, мне кажется, что все это надо прекратить. Сейчас моя жена посмотрела на меня просто с ненавистью.

– Не волнуйтесь, – ответила Мадлен, – все идет по плану.

– Вы так думаете? Я совсем не хочу восстанавливать ее против себя. Сегодня за чаем она сказала несколько не совсем приятных вещей.

– Всё в порядке, – повторила де Сара. – Вы просто великолепны.

– Вы действительно так думаете?

– Да, – ответила девушка, а затем, понизив голос, добавила: – Сейчас ваша жена покажется из-за угла террасы. Она хочет посмотреть, что мы с вами здесь делаем. Вам надо меня поцеловать.

– Боже! – занервничал Уэйд. – Вы действительно так думаете? Я имею в виду…

– Целуйте же! – яростно велела Мадлен.

И Реджи поцеловал ее. А недостаток пыла в его действиях был компенсирован действиями Мадлен, которая обняла его с такой силой, что он чуть не потерял равновесие.

– Ой! – произнес мужчина.

– Неужели это было так ужасно? – спросила мисс де Сара.

– Нет, ни в коем случае, – галантно ответил мистер Уэйд. – Это… просто это произошло слишком неожиданно. – А потом он задумчиво добавил: – Как вы думаете, мы уже достаточно долго находимся в этом розарии?

– Думаю, да, – ответила девушка. – Мы с вами неплохо здесь потрудились.

Когда они вернулись на лужайку, миссис Массингтон рассказала, что миссис Уэйд решила прилечь.

А когда Реджинальд вновь встретился с Мадлен, на лице у него было написано сильное волнение.

– Она в жутком состоянии, – сообщил он, – у нее истерика.

– Хорошо, – кивнула его сообщница.

– Она видела, как я вас целовал.

– Но ведь этого мы и добивались!

– Знаю, но не могу же я ей об этом сказать. Я просто не знал, что мне говорить. И я сказал, что это… что это произошло случайно.

– Отлично.

– Она сказала, что вы интригуете, чтобы выскочить за меня замуж, и что вы ничем не отличаетесь от других охотниц на мужчин. Это меня расстроило – ведь это несправедливо по отношению к вам. Я просто хочу сказать, что ведь вы просто делаете свою работу. Я ответил, что очень вас уважаю и что все, что она говорит, неправда. Боюсь, что я слегка вышел из себя, когда она попыталась продолжить этот разговор.

– Просто изумительно!

– А потом она велела мне убираться. И сказала, что больше никогда не будет со мной разговаривать. И еще она говорила о том, что уедет. – На лице у Реджи был написан настоящий ужас.

– Я объясню, как вы должны на это ответить, – улыбнулась Мадлен. – Скажите ей, что это вы собираетесь уезжать. Что вы упакуете вещи и отправитесь в город.

– Но я этого не хочу!

– Да не волнуйтесь вы так! Никуда вы не поедете. Ваша жена не допустит, чтобы вы развлекались в Лондоне в одиночестве.

На следующее утро Реджи Уэйд явился к мисс де Сара со свежими новостями.

– Она сказала, что считает нечестным для себя уезжать, раз уж сама согласилась подождать шесть месяцев. Но она сказала, что если я пригласил сюда своих друзей, она не видит причин не пригласить своих. Поэтому она пригласит Синклера Джордана.

– Это того самого?

– Да, и будь я проклят, если позволю ему показаться у меня в доме!

– Вы должны разрешить это, – сказала Мадлен. – Не волнуйтесь, я сама им займусь. Просто скажите ей, что, обдумав все еще раз, вы решили не возражать – ведь она тоже не будет возражать, чтобы я осталась еще на несколько дней.

– О боже! – вздохнул мистер Уэйд.

– Да не расстраивайтесь вы так, – успокоила его девушка. – Все идет просто прекрасно. Еще пара недель – и ваши беды останутся позади.

– Две недели? Вы действительно так думаете? – переспросил мистер Реджинальд.

– Думаю? Да я просто в этом уверена! – ответила мисс де Сара.

* * *

Через неделю Мадлен де Сара вошла в кабинет мистера Паркера Пайна и без сил опустилась в кресло.

– Появляется королева обольстительниц! – с улыбкой объявил ее босс.

– Обольстительниц! – повторила девушка, глухо засмеявшись. – Еще никогда в жизни мне не было так тяжело быть обольстительницей. Этот человек просто одержим своей женой! Просто какая-то болезнь.

– Неужели? – улыбнулся мистер Паркер Пайн. – Что ж, с одной стороны, это облегчает нашу задачу. Я ведь не каждого мужчину с легким сердцем подвергну воздействию ваших чар.

– Если б вы только знали, чего мне стоило заставить его притвориться, что ему нравится меня целовать.

– Да, это для вас совершенно новое ощущение, моя дорогая… Так вы выполнили ваше задание?

– Да, думаю, что все прошло удачно. Вчера вечером произошла ужасная сцена. Дайте вспомнить… мой последний отчет вы получили три дня назад?

– Да.

– Так вот, как я вам уже рассказывала, мне было достаточно лишь один раз взглянуть на этого несчастного червяка, Синклера Джордана. И он сразу забыл обо всем на свете, еще и потому, что, глядя на мои наряды, решил, что у меня есть деньги. Естественно, миссис Уэйд была вне себя от ярости. Только представьте себе ее состояние – оба ее мужчины распускают передо мной свои перья. Но я очень быстро показала, кто интересует меня в первую очередь. Я высмеяла Синклера Джордана в ее присутствии – высмеяла его манеру одеваться и длину волос. А еще я сказала, что у него ноги в форме буквы «икс».

– Отличный ход, – с уважением произнес мистер Паркер Пайн.

– А вчера все прорвалось. Миссис Уэйд выступила против меня с открытым забралом. Она обвинила меня в том, что я разрушила ее семью. При этом Реджи Уэйд робко напомнил ей о Синклере Джордане. На это она сказала, что Джордан был результатом ее одиночества и тоски. Она уже давно заметила, что ее муж от нее удаляется, но не могла понять, чем это вызвано. А также миссис Уэйд сказала, что они всегда были идеальной парой, что она обожает Реджи, который знает об этом, и что ей нужен он, и только он. Я сказала, что она немного запоздала с этими признаниями. А мистер Уэйд отлично выполнил все инструкции. Он сказал, что все это его совершенно не интересует и что он на мне женится! А миссис Уэйд может убираться к своему Синклеру, когда захочет. И что абсурдно ждать еще целых шесть месяцев – развод можно начинать немедленно! А еще он сказал, что через несколько дней она получит необходимые доказательства его неверности и может связываться со своими адвокатами. И что он не может жить без меня! Тогда миссис Уэйд схватилась за грудь и стала говорить что-то о слабом сердце, а потом попросила налить ей бренди. Но и здесь Уэйд не сдался. Сегодня утром он уехал в город, и я абсолютно уверена, что она уехала вслед за ним.

– Что ж, тогда все хорошо, – радостно заключил мистер Пайн. – Очень удачное дело.

* * *

Дверь кабинета распахнулась, и на пороге появился Реджи Уэйд.

– Она здесь? – спросил он требовательным голосом, входя в комнату. – Где она?

Тут он увидел Мадлен.

– Дорогая! – вскричал Реджинальд и схватил ее за руки. – Дорогая, дорогая… Вы же знаете, правда, что вчера вечером все было по-серьезному? Что я действительно говорил Айрис правду? Не знаю, почему я был так слеп. Но вот уже три дня я знаю это.

– Знаете что? – спросила де Сара слабым голосом.

– Что я вас обожаю. Что, кроме вас, для меня в мире не существует других женщин. Пусть Айрис начинает свой бракоразводный процесс, а когда он закончится – вы ведь выйдете за меня, правда? Скажите, что да, Мадлен! Я вас обожаю.

И он обнял остолбеневшую девушку как раз в тот момент, когда дверь распахнулась еще раз и в нее влетела худая женщина в одежде болотного цвета.

– Я так и знала, – произнесла вновь прибывшая. – Я следила за тобой! Я знала, что ты пойдешь к ней!

– Уверяю вас… – начал мистер Паркер Пайн, слегка приходя в себя.

Женщина не обратила на него никакого внимания. Она продолжила свои рыдания:

– О, Реджи, ты же не хочешь разбить мое сердце! Прошу тебя, вернись! Я никогда об этом не вспомню. Я научусь играть в гольф. Я никогда не приглашу никого, кто был бы тебе неинтересен. После всех этих лет, когда мы были так счастливы вместе…

– До сегодняшнего дня я не знал, что такое счастье, – ответил мистер Уэйд, не отрывая глаз от Мадлен. – Проклятье, Айрис, ты ведь хотела выйти замуж за этого придурка Джордана. Вот и выходи!

Миссис Уэйд издала вопль отчаяния.

– Я ненавижу его! Я видеть его не могу! – выкрикнула она и повернулась к Мадлен. – Развратная женщина! Вы настоящий вампир – подумать только, украли у меня моего собственного мужа!

– Да не нужен мне ваш муж, – ответила девушка в смятении.

– Мадлен! – Мистер Уэйд смотрел на нее глазами, полными отчаяния.

– Прошу вас, уходите, – попросила его мисс де Сара.

– Но послушай, я не притворяюсь сейчас. Я действительно хочу на тебе жениться.

– Уходите! – Мадлен была уже на грани истерики. – Умоляю вас, уходите!

Реджи неуверенно направился к двери.

– Я еще вернусь, – предупредил он девушку. – Это не последняя наша встреча. – И он вышел, захлопнув за собой дверь.

– Таких, как вы, надо публично пороть и клеймить! – закричала миссис Уэйд. – Пока вы не появились, Реджи был абсолютным ангелом. А теперь он так изменился, что я не узнаю его. – И, всхлипывая, она удалилась вслед за своим супругом.

Мадлен и мистер Паркер Пайн посмотрели друг на друга.

– Я ничего не могу с собой поделать, – беспомощно произнесла мисс де Сара. – Он очень приятный мужчина – просто душка, но я не хочу выходить за него замуж. Я ничего не понимаю. Если б вы только знали, как трудно мне было заставить его поцеловать меня…

– Д-а-а-а, – произнес Паркер. – Должен с сожалением признать, что ошибся в своих рассуждениях. – Он печально покачал головой и подвинул к себе папку мистера Уэйда, на которой написал:

«Неудача – по естественным причинам.

N.B. Их можно и должно было предвидеть».