Дэниелс была занята в грузовом отсеке, когда ее комм издал тревожный сигнал. Передача шла по закрытому каналу и предназначалась только для действующих членов команды. Суперкарго скорчила гримасу, после чего сказала двум стоящим рядом с ней в ожидании указаний мужчинам:

– Доделайте без меня, – она указала на островок пространства между двумя рядами огромных машин для терраформирования. – К тому же мы тут почти закончили. Пройдитесь последний раз по списку и проверьте, что все как следует закреплено. Я должна скоро вернуться.

Их заверения, что все будет сделано, прозвучали ей в спину: Дэниелс уже торопливо шагала к выходу из ангара. Сигнал тревоги звучал настойчиво и призывал всех ключевых членов команды на мостик «Завета». Без объяснения причин.

«Вероятно, внеочередная учебная тревога», – сказала она самой себе. Мать постоянно проворачивала такие штучки – не только чтобы проверить, что команда знает свое дело, но и чтобы не оставить им шанса облениться. Дэниелс утешила себя тем, что вернется обратно на склад всего через несколько минут и доделает сегодняшнюю порцию декларации. Из-за потери времени она не переживала: пока она, Джейкоб, Орам и Карин все не подпишут, «Завет» все равно никуда не отправится.

Оказавшись на мостике, она поразилась выражениям лиц остальных членов команды. Ее муж стоял между Теннесси и Фарис – оба пилота сидели – и пристально смотрел на проекцию, что зависла над консолью прямо перед ним. Самым странным было то, что он едва взглянул на Дэниелс, когда она к нему подошла.

«Может, это и не учебная тревога», – подумалось ей. Ее мысль тут же прыгнула к наемному рабочему «Ютани», который пытался саботировать корабль, но не преуспел. Впрочем, со времени той неудачной попытки меры охраны были усилены, и теперь даже таракан не проскользнул бы на «Завет» без кода доступа.

Из-за того, что Лопе тоже присутствовал, сердце Дэниелс забилось чаще. Во время учебной тревоги начальнику службы безопасности полагалось двигаться к оружейной шахте доступа к двигателю или же к отсеку с погруженными в гиперсон колонистами, но не на мостик. Определенно, что-то здесь было не так.

Она встала позади Джейкоба и положила ему руку на плечо. Он едва успел ей поспешно улыбнуться и тут же снова вернул все внимание проекции, висевшей между двумя пилотами.

– Привет, милая, – сказал Джейкоб. – У нас тут проблема. Может, серьезная.

Его тон звучал настолько мрачно, что Дэниелс прежде такого слышать не доводилось.

– Никаких «может» на этот счет, капитан, – уточнила Фарис, не отрывая взгляда от приборов. – Он не только не замедляется, он продолжает разгоняться.

Дэниелс запуталась:

– Кто не замедляется? Что продолжает ускоряться?

«Какого черта здесь происходит?»

– Грузовой челнок поперек курса, дорогуша.

Теннесси – здоровяк с растрепанной бородой и в своей характерной ковбойской шляпе – говорил напряженно и отрывисто. Это сильно отличалось от его обычного расслабленного и тягучего говора.

Дэниелс все еще не понимала:

– И что не так?

– Его нет в расписании, – Фарис указала на данные приборов слева от себя. Последнее судно доставки отбыло час назад. И следующего нет в расписании до 18:00 по времени «Завета».

Дэниелс глянула на показания ближайшего хронометра и увидела, что до 18:00 оставалось еще три часа.

– Особая доставка? – рискнула она предположить. – Добавочный груз?

Она, конечно, знала, что ничего подобного быть не могло, но хотела попытаться найти объяснение. Со своего поста у центра связи на нее оглянулась Апворт и покачала головой:

– Мы проверили в Центре. В нашу сторону лететь ничего не должно.

– И они до сих пор не включили тормозные двигатели, – Теннесси работал с консолью, словно пианист на концерте, а его глаза стреляли от одной проекции данных к другой.

– Какой самый худший сценарий? – спросил его капитан Джейкоб.

Пилот произвел быстрые подсчеты.

– Они нас протаранят. Пока не могу сказать, в какой точке – шатл еще слишком далеко. И, где бы они ни ударили, произойдет взрывная декомпрессия. Будут пострадавшие – в зависимости от того, кто окажется в точке столкновения. Может, команда, может, колонисты, может, и те и другие. Но если это случится с теми, кто погружен в гиперсон, то они хотя бы не поймут, что случилось.

Он помедлил, потом мрачно добавил:

– Если они ударят в любую часть главного двигателя, то «Завет» никуда не полетит еще долго. Если вообще когда-нибудь полетит.

– Мы пытались с ними связаться, – Рикс был мужем Апворт и вторым офицером связи. Он метнул быстрый взгляд на посерьезневшую Дэниелс. – Они ответили сразу же. Сказали, что везут «дополнительное снаряжение». У них на каждый вопрос был готов ответ.

– Может, они говорят правду, – предположила Дэниелс.

Фарис раздраженно покачала головой:

– Это не объясняет их скорости. Про это мы их тоже спрашивали. Они ответили, что произведут более резкое торможение, – одним пальцем она постучала по консоли перед собой. – Только расчеты не сходятся. Даже если они включат тормозные на полную прямо сейчас, их все равно пронесет мимо. Все больше похоже на то, что они намерены врезаться прямо в нас.

– Так… это камикадзе, – обернувшись, Дэниелс перехватила взгляд молча наблюдающего Лопе. Он тихо подошел и встал позади нее. – Мне казалось, ты говорил, что компания разделалась с тем гнездом безумцев. Что всех их захватили. Или это шайка каких-то новых и совсем других безумцев?

Он только чуть пожал плечами.

– Маловероятно. Скорее, похоже, что в первом заходе мы могли пропустить парочку. Те, кого мы взяли под стражу, выглядели слишком расслабленно, когда их уводили. Ни воплей, ни протестов. Теперь я понимаю, почему они были так спокойны. Они уже запустили этот план в действие. Учитывая, что они уже не раз убивали во имя их «дела», меня нисколько не удивляет то, что сейчас они готовы принести в жертву всех на борту «Завета», лишь бы остановить миссию. Они именно настолько психованные, – он переключил внимание на пилотов и спросил Теннесси: – Ты можешь двигаться? Убраться с их дороги?

Теннесси хмуро глянул на него в ответ:

– Этот корабль – не гоночная яхта. «Завет» – колонизаторское судно. Даже если бы у нас было время, мы не смогли бы уклониться. Их орбита пересечется с нашей через какие-то минуты, не часы. А мы еще не закончили погрузку и не готовы к отправке. Мы не можем включать главный двигатель – это может саботировать миссию столь же успешно, как и столкновение. Может убить нескольких колонистов в процессе. Мы тут застряли.

Джейкоб повернулся к главе службы безопасности:

– Какое у нас есть оружие?

– Как и следовало ожидать, – несмотря на серьезность ситуации, Лопе сохранял спокойствие. – Легкое вооружение. М90 и тому подобное. Ничего, что сработало бы в ситуации «корабль против корабля», чтобы остановить надвигающийся шаттл. Ничего с достаточной силой взрыва или массой.

Он посмотрел на Дэниелс:

– Как насчет того, чтобы использовать что-нибудь из оборудования для земляных работ?

У нее ушла всего секунда, чтобы ответить:

– Что-то, вероятно, может и сработать, но все упаковано и надежно закреплено. Недостаточно времени, чтобы вытащить и подготовить.

– Проклятье, нам нужно что-то больше, и прямо сейчас. Что-то достаточно большое, чтобы хотя бы сбить их траекторию, – Джейкоб посмотрел на жену. – Мы можем сбросить какие-нибудь тяжелые механизмы из грузового шлюза?

– Можно было бы, – ответила Дэниелс после недолгого размышления. – Если мы сможем развернуть корабль, и идеально его нацелить, и найти что-то, что придаст начальный импульс.

– Как загарпунить мелкую рыбешку в реке с крыши небоскреба, – проворчал Теннесси. – Нужно что-то побольше и более маневренное.

Тут Дэниелс осенило.

– На «Завете» есть два посадочных модуля для разведки и чрезвычайных ситуаций. Не думаю, что в компании кто-то не согласится с тем, что текущая ситуация отвечает параметрам чрезвычайной, – сейчас на нее смотрели даже пилоты. – Мы вышлем один на перехват.

Теннесси посмотрел на свою жену:

– Может сработать. Посадочный модуль не такой большой, как грузовой шаттл, но достаточно крупный. Особенно, если все двигатели будут врублены на максимум.

Фарис согласно кивнула, но затем помедлила:

– Но если нам понадобится модуль на Оригаэ-6?

На это у Дэниелс был готов ответ.

– Скорее всего, нам не потребуется ни один из них. Как только «Завет» спустится на планету, он уже не взлетит снова. А если даже вдруг понадобится – у нас останется второй модуль, – она указала на данные, висящие перед ее мужем. – Если мы быстро что-нибудь не сделаем, чтобы остановить этот челнок, мы никогда не увидим Оригаэ-6, и будет уже не важно, сколько у нас на борту модулей.

– Тогда под мою ответственность, – Джейкоб повысил голос: – Мать! Подготовь посадочный модуль-два для экстренного вылета.

Ответа долго ждать не пришлось. Голос корабельного ИИ звучал успокаивающе и уверенно:

– Модуль-два готов к отправке.

– Хорошо. Программа на перехват приближающегося шаттла.

Голос не изменился.

– Я не могу этого сделать, капитан.

Теннесси ругнулся себе под нос, пока Фарис и два более молодых офицера связи боролись с собой, чтобы сохранить спокойствие.

– Почему нет, Мать? – напряженно спросил Джейкоб.

– Такой перехват приведет к уничтожению оборудования, предназначенного сугубо для использования в рамках проекта колонизации. Я не могу исполнить ваш запрос без официального подтверждения от группы контроля колонии «Вейланд-Ютани».

– На хер группу контроля колонии «Вейланд-Ютани»! – заорал Джейкоб. – Если приближающийся шаттл не будет перехвачен, не будет ни колонии, ни группы контроля, чтобы что-либо подтверждать! Программа на перехват! Чрезвычайная ситуация, код Ди-Джей-Кей Двадцать один.

– Мне жаль, капитан, – ответил спокойный, чертовски нечеловеческий голос. – Я не могу исполнить ваш запрос, поскольку это приведет к уничтожению оборудования, предназначенного для использования в рамках проекта колонизации.

Пока Джейкоб на грани инфаркта продолжал спорить с корабельным ИИ, Дэниелс наклонилась ближе к Фарис и прошептала:

– У нас нет времени на семантические споры с компьютером. Ты можешь обойти управление Матери?

Фарис глубоко призадумалась.

– Не с мостика. Кому-то надо подняться на борт модуля и вручную отключить связь с «Заветом». Потом надо будет вручную запрограммировать модуль на предполагаемый перехват. Программирование получится не таким точным, как если бы его осуществляла Мать, но кто-то, кто знает, что делает, мог бы… эй!

Поднявшись из кресла, Теннесси уже направлялся к выходу. Обернувшись, он ухмыльнулся и послал жене воздушный поцелуй.

– Я займусь этим, дорогая! – переключив внимание на капитана, Теннесси не стал показывать тому столь же чувственный жест. – А ты пока скажи гребаной королеве микросхем, чтобы не путалась у меня под ногами!

– Погоди, Теннесси! – Джейкоб подался было к здоровяку, но пилот уже вышел с мостика. – Чертов дурак!

– Если кто и может это провернуть, так это Теннесси! – возразила Фарис. Затем ее голос потускнел: – Единственная проблема в том, что если, пока он внутри, Мать все же решит подчиниться твоему приказу и пошлет модуль…

– Скажи ей этого не делать, – резко обратилась к мужу Дэниелс. – Скажи ей игнорировать все, кроме обычного поддержания корабельных функций. Скажи ей… нет, отмени это. Не говори с ней вообще. Игнорируй ее.

Сказать больше было нечего, так что они принялись ждать. К большому облегчению всех на мостике, сама по себе Мать не предлагала информации или рекомендаций, так что вскоре – даже скорее, чем ожидалось – в динамиках раздался голос Теннесси.

– Я на месте, – сказал он. – Отключаю межкорабельную связь. Модуль готов к запуску… Мать на этот счет была права.

Фарис наклонилась ближе к передатчику:

– Тен, если ты отрубишь всю связь, мы не сможем тебя слышать. Тен?

Ответа не последовало.

Ничего нельзя было поделать, оставалось только ждать. Ждать – и следить за разгоняющимся грузовым шаттлом. Ждать – и надеяться, что Мать внезапно не решит, что опасность, которую представляет неурочное судно, перевешивает приказы защищать собственность компании, и каким-то образом не отправит отрезанный от нее посадочный модуль на перехват. С Теннесси на борту.

Казалось, что время ползет мучительно медленно, но к идеям Эйнштейна это отношения не имело. Раздавалось бормотание, когда они принимались обсуждать ситуацию. Лопе обдумывал, не поднять ли по тревоге остальных членов команды безопасности, но не видел смысла дергать их без необходимости. Они ни в малейшей степени не могли помочь, а кто-то мог и поддаться панике. А в состоянии паники люди неизбежно заканчивали тем, что травмировали сами себя.

Сдвинувшись вправо, Джейкоб рассматривал данные, что висели над консолью. Здесь изображалась крошечная схема, показывающая надвигающийся грузовой шаттл. Он мог бы подойти к иллюминатору и выглянуть наружу, но смысла в этом не было. К тому моменту, как шаттл окажется достаточно близко, чтобы его стало видно невооруженным глазом, у них не останется времени даже на то, чтобы крикнуть.

Периодически Фарис пыталась наладить контакт с мужем, но результат всегда был одним и тем же – нет ответа. Через некоторое время она обернулась к Дэниелс.

– Теннесси знаменит своими глупостями. Ты не… ты не думаешь, что он оказался настолько глупым, чтобы вывести модуль на ручном управлении… нет?

– Нет, – впрочем, Дэниелс не могла избавиться от мысленной картины, в которой Теннесси с вызывающим ревом лично пилотирует модуль прямо на приближающийся грузовой шаттл. – Нет, Теннесси этого не сделает. К тому же, – ободряюще добавила она, – ты его знаешь. Если бы он намеревался это сделать, то не стал бы от нас скрывать. Он бы орал об этом в голос.

– Да-а. Да, это точно, – в голосе Фарис звучало облегчение. – Идиот нес бы свой идиотизм как медаль. Он запрограммирует модуль. Просто запрограммирует.

Дэниелс улыбнулась, и кивнула.

– Я в этом уверена.

Но про себя она подумала: «Мне бы хотелось, чтобы он нашел способ с нами связаться».

– Было бы неплохо, если бы он знал, что делает, – пробормотал Джейкоб. – У нас будет только одна попытка. Если программа не сработает, или будет не тот порядок запуска двигателей – что угодно случится и модуль промахнется, – тогда нам крышка.

Когда пришло время, Фарис сделала объявление – настолько бесстрастно, насколько смогла:

– Модуль ушел.

Все глаза обратились на проекцию, что висела справа от нее. Графика была достаточно внятной. Там был приближающийся грузовой челнок – еще далеко, но он придвигался все ближе к более крупному изображению, представлявшему собой «Завет». И виднелось еще одно маленькое изображение, двигающееся прочь от корабля-колонии и по направлению к шаттлу, которое могло быть только посадочным модулем.

И все еще отсутствовала связь с Теннесси.

«Где тебя черти носят, здоровенный уродливый кусок пилотского мастерства?» – со злостью думала про себя Дэниелс. Следующая мысль заставила ее ощутить вину: «Где мы найдем нового пилота за такое короткое время?».

– Он в пути, – раздался голос из коммуникатора, и все они едва сдержались, чтобы не кинуться обниматься.

Чуть позже в двери появился знакомый крупный силуэт. Теннесси тяжело дышал и обильно потел, но на его лице читалось возбуждение. Фарис, демонстрируя невероятный самоконтроль, осталась сидеть на своем месте. Дэниелс сомневалась, что смогла бы так же на ее месте.

– Готово! – по дороге к своему месту у панели управления Теннесси едва заметил, что Джейкоб хлопнул его по спине, поздравляя. – Пришлось кое-что изобрести, пока программировал, но должно сработать.

– Если не сработает, – тихо сказал ему Джейкоб, – я найду тебя на том свете и выбью из тебя все дерьмо.

Теннесси покачал головой, не отрываясь от приборов.

– Не выйдет, кэп. Мы попадем в разные места, – пилот глянул на свою жену. – Ну как, милая?

Фарис с благодарностью приняла тот факт, что ей не придется вдовствовать на Оригаэ-6, и сосредоточилась на приборах перед собой.

– Близко, – пробормотала она. – Это будет очень близко.

– Даже если модуль слегка зацепит челнок, этого будет достаточно, чтобы сбить их с курса, – Джейкоб тоже внимательно изучал данные. Скоро все закончится… так или иначе. – Есть польза от их скорости: они сейчас как пуля – уже никак не смогут уклониться.

Не будучи в состоянии сделать еще хоть что-то, все наблюдали в тишине. Если модуль не сможет перехватить грузовое судно, у них останется только несколько секунд на реакцию, в какую бы часть «Завета» ни угодил удар. Правда, если столкновение произойдет в области мостика, у них не будет даже секунды. Дэниелс бочком подошла ближе к мужу, обняла его за талию и крепко прижала к себе. Несмотря на серьезность момента, Джейкоб нежно улыбнулся ей в ответ.

В космосе, слишком близко к «Завету», возникла яркая вспышка света. И быстро померкла. Грузовой шаттл и посадочный модуль летели с достаточными встречными скоростями, чтобы при лобовом столкновении оба по большей части превратились в пар. Получившееся облако обломков было достаточно маленьким и рассеянным, и не представляло собой угрозы колонизаторскому кораблю на орбите.

Внезапно они ощутили легкую дрожь от столкновения. Руки Теннесси затанцевали над панелью управления, пока он выяснял причины. Один из неиспарившихся кусков металла оказался достаточно большим и быстрым, чтобы нарушить целостность корпуса в районе грузового отсека номер восемь. Двери шлюзов тут же захлопнулись, изолируя отсек от остального корабля. И после запроса Мать заверила, что пробоина незначительна, и что ее можно будет заделать за пару дней.

Откинувшись в кресле, Теннесси сдвинул на затылок свою вечную ковбойскую шляпу, заложил руки за голову и глубоко выдохнул. Фарис рядом с ним нервно рассмеялась. Прочие на мостике выразили облегчение похожими способами. Только Джейкоб не расслабился и чуть повысил голос:

– Будь наготове, Мать, – сказал он. – Повышенная бдительность, пока мы не пересечем орбиту Сатурна.

– Я буду следить, капитан, – спокойно ответил ИИ. – Будь спокоен.

Внимательно работавший у своей станции Рикс посмотрел на остальных.

– Они наконец-то ответили на наши вопросы. Прямо перед столкновением.

Дэниелс и прочие обратили внимание на офицера связи.

– Ты смог записать что-нибудь? – спросил его Джейкоб. – Что они сказали?

Рикс еще раз сверился с оборудованием. На его лице читалось замешательство.

– Какую-то чепуху. «Ти-би-ди», – он уставился на коллег. – Кто-нибудь что-то понимает?

Теннесси покачал головой. Фарис пожала плечами. Когда минутка коллективного непонимания прошла, все вернулись к своим обязанностям, с благодарностью осознавая, что остались живы.

В полной мере зная значение последнего сообщения команды самоубийц, Лопе ушел проверить своих людей. Он не видел смысла объяснять аббревиатуру своим коллегам. Бред фанатиков можно отложить на другое время, если будет повод.