Хелен спокойно смотрела ему прямо в глаза, явно не собираясь выказывать никаких чувств по поводу происходящего.

- Вы ничего не хотите передать своему жениху?!- изумленный молодой человек уже прямо напомнил о герцоге.

- Зачем? - удивилась девушка.- Вы поясните ситуацию мистеру Фрейзеру, а он успокоит Эдвина!

- Мой отец его успокоит? - подобный ход мыслей поставил Майкла в тупик.

- Но,- недоуменно взглянула на него Хелен, - разве ваш отец не пояснит Эдвину, что мы живы, здоровы, и будем ночевать в доме вашего дедушки?!

Лайонел довольно прислушивался к их диалогу. Он-то уже давно все понял, старый лис, и теперь наслаждался растерянностью внучатого племянника.

- Конечно, милая девочка,- старик все-таки влез в разговор,- ваш жених все узнает. Но это-то и беспокоит нашего Майкла!

Наконец-то, на бледных щеках Хелен вновь появились уже знакомые ему багровые пятна - свидетельство душевного волнения.

- Но, надеюсь, вы не расскажите вашему отцу, что мы едва не разбились при посадке?

- Конечно, нет! - потрясенно вздрогнул Фрейзер.

И вот тут-то девушка странно улыбнулась.

- Ну и что значит ночь в этом доме по сравнению с тем, чего мы избежали? Хотя, - она с легким вздохом отпила кофе,- лучше умереть так - мгновение, удар, вечность! Чем месяцами лежать в постели, сгорая от высокой температуры и захлебываясь кровью в ожидании смерти. И, в конце концов, здесь я познакомилась с таким интересным джентльменом, как вы - мистер Лайонел. Это стоило риска погибнуть!

До Майкла медленно, но все-таки дошло, какого дурака он валяет, думая о такой чепухе, как сплетни кучки глупых старух. Эта девушка в свои двадцать лет уже бывала на краю гибели, и что ей была потеря, так называемой 'репутации'?

Вот и Лайонел злорадно усмехается, тряся своей паскудного вида бороденкой.

- Ты мещанин, Майкл, опутанный предрассудками жалкий обыватель! Иди в радиорубку! Если разразится гроза, то начнутся такие помехи, что ничего не услышишь!

Да, он действительно разума лишился, торча на кухне, когда ему нужно срочно связаться с домом!

Связь действительно оставляла желать лучшего. Ему понадобилось не меньше часа, прежде чем удалось переговорить с отцом. Старший Фрейзер проявил неожиданное понимание:

- Всякое бывает,- пророкотал он в ответ на скупое сообщение о том, что его заставил приземлиться в берлоге Лайонела внезапный дождь,- как чувствует себя англичанка?

- Так, как будто ничего не случилось! - заверил отца Майкл.- Успокойте её жениха, да и... будет лучше, если о нашей отлучке узнает, как можно меньше людей!

- С нашими тетками я бы на это особо не рассчитывал! Что же касается остального, то большинство машин не успело выполнить свою программу, и шоу перенесено назавтра - так что ты ничего не пропустил! Как себя ведет Лайонел?

- Как настоящий джентльмен!

- Готов съесть собственную шляпу, чтобы посмотреть на это!

- А я бы не отказался от хорошего бифштекса!

Закончив разговор, Майкл облегченно перевел дыхание и вернулся на кухню. Только теперь он почувствовал, насколько голоден.

Джек стоял у плиты и, судя по аппетитным запахам, готовил нечто из мяса.

- Кукурузные лепешки с мясной подливой. Морковный салат. Бисквиты с вареньем и кофе,- быстро ознакомил он с меню предстоящего ужина, - на десерт консервированные ананасы и взбитые сливки для леди!

- А что так скудно? - не понял Майкл.

- Таково было желание старого джентльмена!

Всё понятно! Лайонел как всегда проявлял склочный характер - имея забитый свежими продуктами холодильник, кормить гостей консервами!

- Где леди Хелен?

- Мистер Фрейзер показывает гостье свою библиотеку.

- Могу представить!

Майкл не спеша соорудил себе бутерброд с сыром и поплелся в гостиную. Он ничуть не удивился бы, застав эту странную девушку, обсуждающей с домашним коммунистом труды Маркса или Ленина, но нет!

Лайонел и Хелен сидели, склонившись над шахматной доской, и сосредоточенно размышляли над очередным ходом.

- И что? - вскинули они головы.

- Всё в порядке?!

Майкл уселся неподалеку, зашуршав недельной давности газетой. Он все никак не мог прийти в себя и от такого странного развития событий, и от того, что не переоделся и не принял душ, а вот Хелен, похоже, всё нравилось и всё устраивало.

Периодически он слышал её смех, обрывки фраз, стук деревянных фигур о шахматную доску. Наверное, сказывалось напряжение этого сумасшедшего дня, а может, шум дождя за окном, но только строчки газеты стали расплываться перед глазами и Майкл заклевал носом.

Пробуждение поначалу показалось ему продолжением сна. В комнате горела только настольная лампа, а на диване неподалеку, спала укрытая пледом Хелен. Её черные волосы разметались по подушке, а рука прижимала к груди открытую книгу.

Майкл потянулся, разминая затекшие руки и ноги, и ошеломленно глянул на часы на каминной полке. Они показывали одиннадцать часов, а за окном по-прежнему шуршал дождь. Как он умудрился так надолго заснуть, а главное - почему Хелен спала с ним в одной комнате? Неужели старый маразматик не уступил девушке своей спальни?

Но самым противным было то, что его не разбудили к ужину, и какими бы захудалыми консервами не кормил своих гостей Лайонел, сейчас бы Майкл съел даже подошву.

Фрейзер осторожно, стараясь не шуметь, спустился на кухню. Его доля кукурузных лепешек ждала под салфеткой на столе, но на этом и заканчивались их достоинства. Остывшими они напоминали куски вязкого картона, если таковой вообще существует. Настороженно пожевав эту сомнительную еду, Майкл закусил всё консервированными персиками, и в весьма своеобразном настроении вернулся в гостиную.

Хелен уже проснулась. Она зябко куталась в плед, и взлохмаченные от соприкосновения с подушкой волосы делали её по-домашнему близкой. При одном только взгляде на мрачного мужчину, девушка мгновенно догадалась, в чем дело.

- Я сварю вам кофе!

- Не стоит! - воспротивился Майкл, но сделал это настолько вяло, что Хелен заспешила на кухню.

Вот так и получилось, что по-настоящему они познакомились именно на кухне, среди кастрюль и сковородок старого чудака. После того, как англичанка на удивление умело сварила кофе и приготовила несколько сандвичей с отварной говядиной и огурцом, он уже с большим энтузиазмом уселся за стол. Надо же, эта девушка могла ухаживать за голодными мужчинами. Немногие из его знакомых леди могли этим похвастаться.

- Прекрасный кофе!

Майкл даже не кривил душой, нахваливая напиток. Он настолько хотел есть!

- Я рада, что вам нравится, но я не большой специалист по кофе, больше люблю чай.

- Правильно! Как и все англичане...

- Не все, но многие.

Фрейзер с жадностью проглотил все сандвичи, и Хелен безропотно нарезала говядину и огурцы для новой партии. Молодой человек умиротворенно наблюдал за уверенными движениями её рук.

- Почему вы спали в гостиной? Неужели у Лайонела не нашлось для вас места?

Девушка слегка улыбнулась.

- Мне было жаль тревожить пожилого джентльмена. В его возрасте люди болезненно воспринимают любые перемены в образе жизни. Мы итак свалились ему на голову без приглашения, перепугав до смерти - Лайонелу нужно успокоиться и отоспаться. Ведь он так одинок!

- У старика и характер, и хватка акулы. Свою жизнь он посвятил тому, чтобы испортить жизнь всей семье, и достиг в этом ошеломительных успехов!

- У вас, Майкл, специфическое чувство юмора!

После второй кружки кофе и новой порции говядины Фрейзер был настроен добродушно.

- Вам не нравится?

Хелен смутилась, и он с заметным интересом отметил красноречиво разгорающийся румянец на её лице. Что-то екнуло внутри ожиданием чуда, заставив приятным жаром полыхнуть сердце. В конце концов, кругом царила ночь, и они были абсолютно одни в этом доме, не считая сопящего в своей спальне упрямого деда, да затаившегося где-то в кладовых Джека. Но они не в счет!

- Нравится,- между тем, честно призналась она,- хотя мне ваш цинизм кажется показным. Ведь вы все равно заботитесь о больном старике. Часто бываете у него, терпеливо выслушиваете его ворчание и, я уверена, по-своему любите!

С последним утверждением Фрейзер бы мог поспорить, но не стал. У него сейчас имелись темы разговоров поинтереснее, чем о старом революционере.

- Родственников дают небеса, независимо от того, нравятся они нам или нет. Вот и вы выходите замуж за своего кузена! - запустил он пробный шар.

Хелен рассеянно поставила на плиту турку с новой порцией кофе.

- Мы прекрасно ладим друг с другом,- тихо заметила она,- и нас связывает очень многое.

Нужный ответ! Глаза Майкла остро блеснули охотничьим азартом. А почему бы не рискнуть? Ведь ночная кухня так располагает к сближению и откровенности. И вообще, черт возьми, она ему так нравилась!

- А вот мне бы не хотелось, чтобы нас с моей будущей избранницей соединяло только это!

Хелен удивленно вскинула брови.

- И что же, по вашему мнению, должно соединять супругов?

Разливающая свежий кофе рука слегка дрогнула, и Майкл удовлетворенно отметил, что, кажется, задел её за живое.

- Страсть... Неутолимое физическое влечение! Когда при одном только взгляде на женщину, кажется, что у тебя горит кровь, и ты умрешь, если не поцелуешь её!

Есть! Ему удалось зацепить эту сдержанную и невозмутимую англичанку. Она смутилась, стыдливо опустила ресницы, и уже не смогла сдерживать взволнованного и прерывистого дыхания, напрасно пытаясь скрыть свое состояние, вцепившись побелевшими пальцами в чашку.

- Мне кажется, что брак - это не только страсть! - в конце концов, ответила она, и, отставив в сторону кофе, подошла к окну.

Там, за стеклом, царила заливаемая дождем тьма, и Хелен, зябко кутаясь в свой шелковый шарф, наверное, пыталась таким образом успокоиться. Но это не входило в намерения Майкла, который немедля последовал за девушкой. Встав за спиной, он окинул заинтересованным взглядом её шелковистые волосы, вдохнул исходящий от них запах чужой страны, и залюбовался длинной, как на картинах Модельяни, изящной шеей. Хелен напоминала ему фарфоровую статуэтку - легкая, точеная, с прозрачной и гладкой кожей.

От охватившего его острого желания Майкл едва сдерживался, но чтобы начать действовать, ему было нужно ещё какое-нибудь слово, жест, взгляд, говоривший, что Хелен не против происходящего. В конце концов, у девушки имелся жених, и он не хотел брать на себя всю ответственность за возможный разрыв этой пары.

- Вообще-то, я не люблю дождь, - тихо призналась она,- когда в Англию приходила осень, мне нужно было уезжать в Швейцарию, но... ведь именно благодаря дождю мы сегодня остались вдвоем!

Ну, каких ещё намеков он должен дожидаться? И все-таки Майкл и тогда сдержался. Он позволил себе лишь осторожно сжать руками её плечи и замер, дожидаясь реакции. Прошла, наверное, минута, прежде чем Хелен медленно обернулась, но ему она показалась вечностью.

Лицо девушки оказалось настолько близко, что их носы практически соприкоснулись.

- Ты такой теплый и золотистый,- прошептала она, и её почти черные в сумраке глаза таинственно замерцали, кружа ему голову сильнее, чем самый крепкий виски,- мне с тобой тепло, так тепло, как не было никогда!

Спустя час Хелен уже спала на его плече на том самом узком диванчике в гостиной, а Майкл, которому зверски хотелось курить, боялся потревожить её сон. Но мучился он не только из-за сигарет. Невидящим взглядом пялясь на корешки трудов классиков революционного движения, украшавших стены гостиной, Майкл ощущал себя в ином мире, куда попал то ли по собственной ошибке, то ли по недогляду кого-то сверху. Странное чувство...

Теперь, удовлетворив свое желание, Фрейзер мог спокойно обдумать произошедшее. Хелен действительно оказалась девственницей (здесь его многоопытная сестрица не ошиблась), поэтому это был не самый лучший секс в его жизни. Но с другой стороны, даже её неловкость и растерянность и то вызвали в нем щемящее чувство нежности и покровительства, очаровав больше, чем самые изощренные уловки опытных кокеток.

'Это моя женщина!' - неотвратимо дошло до него, но... было столько этих 'но'!

Да, юная англичанка ему очень нравилась, но он плохо понимал ход её мыслей, догадываясь, что Хелен лучше образованна и независима в суждениях. Майкла же, как и любого нормального мужчину не слишком устраивало такое положение дел. Кстати, неизвестно - чем занималась её семья, и было ли у неё хоть что-то за душой?

А главное - он элементарно не хотел жениться, не желал связывать себя с какой-то одной женщиной, когда вокруг столько красивых, раскованных, не обремененных особой моралью девушек!

Майкл был обычным мужчиной. Не героем и даже не викторианским джентльменом - простым американским парнем, только весьма состоятельным. Таких тысячи в Соединенных штатах, да и по всему миру хватает.

Рассуждают они все примерно одинаково: ' В конце концов, она не маленькая. Знала, на что шла! Это было её решение и только её! И если на то пошло, это у Хелен, а не у меня в женихах английский герцог, и если она ему так легко изменила, значит, не все нормально у этой пары, и дело вовсе не во мне!'

От лежания в одном положении у него затекла спина, и измученный Майкл все-таки осторожно выбрался из объятий девушки, спустившись вниз по лестнице в прохладный мрак улицы.

Дождь закончился, и над домом Лайонела сверкали огромные, ясные, как будто умытые звезды. По особой пронзительной свежести чувствовалось, что где-то на подходе рассвет. Такая глубокая бархатная тьма бывает только в конце ночи. Но Майкл не был расположен к любованию природой, он нервно курил и лихорадочно рассуждал:

'Почему я должен разыгрывать из себя рыцаря и предлагать Хелен руку и сердце? Потому что я был у неё первым? Так сейчас днем с огнем не найдешь девственницу под венцом. Может, Хелен проделала это, потому что хотела поднабраться опыта перед замужеством? А я тут стою и мучаюсь, как дурак! Будет умнее сделать вид, что ничего не было. Для неё же лучше! Этот герцог для англичанки более подходящая пара, чем я!'