- И что, по твоему?

- Но ведь очевидно - Хелен настолько увлеклась янки, что потеряла голову и даже забыла про жениха, а это значит...

- Что она распутная и легкомысленная особа!

- ... это значит, что тот должен был сделать все, чтобы толкнуть её на безумство! Возможно, потом они поссорились или не поняли друг друга, но что их соединила страсть, не оставляет сомнений. У меня две дочери, и уж я-то знаю, какие глупости могут натворить дурёхи, когда увлекаются неподходящими мужчинами!

Леди Глория задумалась, и, в конце концов, неохотно согласилась с сестрой.

- Даже если это и так, что меняется?

- Пока племянник забивает голову семейному поверенному своими дикими прожектами, нам нужно его опередить и самим выйти на Фрейзеров. В конце концов, этот молодчик не под пальмой родился, и знает, что должен поступить как джентльмен. А когда молодые люди встретятся, то возможно вновь найдут общий язык и проблема решится сама собой!

- Если только он действительно 'джентльмен'!

Леди Маргарет с легким упреком взглянула на сестру.

- Янки не все поголовно дворняжки! Судя по всему, Фрейзеры - люди состоятельные и влиятельные, если даже в наши трудные времена могут позволить себе такие затраты, как летное шоу!

Сестры немного помолчали, обдумывая проблему. Леди Глория зябко поежилась - ветер из открытого окна охлаждал комнату гораздо быстрее, чем камин её нагревал.

- И как мы выйдем на этих Фрейзеров?

Хозяйка дома вместо ответа позвонила в колокольчик. В дверях появился пожилой дворецкий. И хотя его лицо силилось сохранять бесстрастность, было отчетливо заметно, что он шокирован.

- Ваша светлость?

- Телефон! И чай!

- Хорошо, ваша светлость!

Но получив распоряжение, он не поторопился уйти, подчеркнуто задержавшись в помещении.

- Что ещё, Майлз?

- Если ваша светлость позволит, я закрою окно, а то с улицы натянуло дым!

- Телефон, срочно,- с досадой вздохнула хозяйка, но все-таки вынуждена была отреагировать на его неодобрение,- закроешь окно, когда вернешься! Юные леди дома?

Опаска в её голосе заставила Майлза надменно выпрямить спину и усилить негодование во взгляде.

- Пока ещё нет! - осуждающе поджал он губы, и вышел из комнаты.

- Иногда мне кажется,- устало пожаловалась Маргарет сестре,- что не мы нанимаем слуг, а они нанимают нас своими хозяевами. Майзл из меня веревки вьет!

Не успела она произнести последнюю фразу, как дворецкий появился с телефоном.

- Ваша светлость!

Дамы терпеливо подождали, пока он неторопливо закроет окно, поправит занавески и величаво удалится, и только лишь потом леди набрала нужный номер телефона.

- Мэгг, дорогая, как дела? - защебетала она преувеличенно беззаботным голосом.- Как муж? Дети? Я звоню тебе по делу - по-моему, муж твоей старшей сестры Юлайлы был послом в США? Наверное, она лучше всех в Англии знает американский бомонд?

Ответ, очевидно, был положительным, потому что дама продолжила разговор:

- Ты не можешь узнать у неё, что ни будь о семье неких Фрейзеров из Коннектикута?

Надо ли говорить, что в результате нескольких телефонных звонков, вскоре в распоряжении сиятельных дам оказался номер телефона мисс Мэйбл Фрейзер.

И пока Кентсом с семейным поверенным корпели над составлением заковыристых статей брачного контракта, что было весьма не просто, исходя из щекотливости дела, леди Маргарет уже заказала разговор с Коннектикутом.

ФРЕЙЗЕРЫ.

Майклу никогда не нравился отцовский кабинет.

Огромная комната с длинным дубовым столом для заседаний, в которой терялся даже её отнюдь не хилый владелец, подавляла своими размерами. В ней все было чересчур - и ширина оконных проемов, и массивность мебели, и тяжеленная хрустальная люстра, угрожающе нависающая над столом на золоченых цепях. Даже он чувствовал себя неуютно, когда отец вызывал его 'на ковер', что уж говорить о многочисленных служащих компании.

Но сегодня Майкла вдобавок ждал ещё и сюрприз в виде сидящей возле отца тетушки Мэйбл. Он не помнил случая, когда бы тетки пересекали порог компании. У них, как и у всех членов семьи были кое-какие акции, которыми управлял отец, но их судьба, ни в коей мере не интересовала пожилых леди, и вдруг одна из них здесь! Было чему удивляться! Да ещё увеличенные линзами очков глаза тетки при виде Майкла засветились неподдельным гневом, а брови осуждающе сдвинулись.

Фрейзер-младший несколько опешил при виде этой картины, а уж когда в пустоте комнаты, как иерихонская труба загрохотал голос отца, его недоумение возросло в несколько раз.

- Вот он, посмотрите! Сияет как новенький доллар, и плевать хотел на то, что имя Фрейзеров по его вине изваляют в грязи!

Отец замолчал, переводя дыхание, да и сыну пока сказать было нечего. Он лихорадочно вспоминал, что мог натворить настолько ужасного, что старик так разъярился, да и тетка тут причем? Но как Майкл не напрягал мозги, ничего вспомнить не мог - всё, как обычно. Никакого даже намека на скандал.

- Я думал ты умнее,- между тем с горечью продолжал высказывать негодование отец,- я гордился тобой! Вчера мы встречались на Уолл-стрит со стариком Хилтоном, и говорили о тебе и Мардж. Девушка очарована тобой, и что греха таить, я уже прикидывал наше слияние с 'Хилтон корпорейтед', а что теперь?

Мардж? Майкл с трудом помнил лицо этой девушки, а уж о женитьбе и вовсе не помышлял. И опять-таки, какое отношение имеет к Мардж и 'Хилтон-корпорейтед' тетка?

- Может, ты пояснишь, что случилось, - разозлился он,- прежде чем толковать о каких-то слияниях?

Отец подчеркнуто отвернулся к окну. От гнева у него даже тряслись руки, и подбородок ходил ходуном. Майклу стало совсем не по себе.

- Пусть тебе объяснит тетя!

Тетушка Мейбл подчеркнуто драматичным жестом достала из сумочки платочек, промокнула несуществующие слезы, и лишь только потом, выждав театральную паузу, сердито уставилась на Майкла:

- Вчера мне позвонила из Англии леди Маргарита, графиня Эйрли. Эта дама - близкая подруга королевы Марии, и её звонок был бы большой честью для всех нас, если бы..., - и она вновь приложила платочек к глазам, исказив лицо, подобно маске Трагедии.

Майкл в досаде прикусил губу. Он по горло был сыт снобизмом теток, и неужели его позвали сюда, чтобы забивать уши сплетнями каких-то английских спятивших старух?

- И какое отношение я имею к сей даме? - мрачно поинтересовался он.

Старшему Фрейзеру, видимо, тоже надоела ломаемая родственницей комедия. Холодно покосившись на заигравшуюся старушку, он сухо пояснил:

- Графиня приходится родственницей герцогу Кентсомскому, и она позвонила тете, чтобы высказать надежду, что ты поступишь, как джентльмен!

Сказать, что Майкл моментально догадался, в чём дело, было бы преувеличением. С громко застучавшим сердцем он растерянно присел на ближайший стул и, упершись взглядом в отполированную поверхность стола, начал напряженно соображать, что значит 'поступить, как джентльмен' в устах английской графини. Вывод напрашивался только один!

- Это то, о чем я думаю? - затаив дыхание от волнения, спросил он отца.

Тот глянул на сына с таким брезгливым выражением, словно тот был неизвестно откуда заползшим тараканом.

- Когда тебе исполнилось шестнадцать,- с досадой покосился старший Фрейзер на тетку,- у нас был серьезный разговор на эту тему, и я не знал, что ты такой тупица, что не можешь усвоить элементарные вещи!

У тети Мэйбл очки засверкали нездоровым любопытством, а напрягшиеся уши, будто воочию вылезли из-под шляпки. По крайней мере, Майклу так показалось! Если бы здесь не было старой дамы, он бы доходчиво пояснил отцу, что не имеет обыкновения класть презервативы в карманы летной куртки. За ненадобностью! Кто мог подумать, что так получится?! А у Лайонела можно было найти все что угодно, касающееся марксизма и ленинизма, но только не столь необходимую для молодого джентльмена вещь.

Но с другой стороны...

- Ладно,- оживленно подскочил он со своего места,- я считаю этот разговор преждевременным, пока сам не поговорю с Хелен!

Отец только раздраженно перевел дыхание.

- Ты видимо забыл, что девушка в Англии. И вообще, давай все переговоры поручим моим адвокатам. Может, мисс Вормсли согласится за определенную сумму предать эту историю забвению?

Майкл снисходительно глянул на родителя. Умный человек, но иногда его заносит не туда!

- Отец, не путай Хелен со своими секретаршами! Я сам,- предупредил он возможные возражения со стороны родственников,- со всем разберусь!

- Но что ты собираешься делать? - заволновался старший Фрейзер.

- Поступить, как джентльмен,- ослепительно улыбнулся Майкл, застегивая пиджак на все пуговицы,- а как же иначе?

- Майкл, - взревел отец,- я с тобой серьезно разговариваю! Стой!

Но его приказ повис в воздухе, потому что отпрыск, не желая больше ничего слушать, покинул кабинет.

- Майкл совсем распоясался,- гневно высказался старший Фрейзер перед родственницей, - он ведет себя, как болван!

- Как влюбленный болван!- с довольным смешком поправила его тетушка.- Дорогой, неужели ты не видишь, как его обрадовало сообщение о грядущем отцовстве? Быть в нашем доме скорой свадьбе.

- Только через мой труп эта английская девка переступит порог нашего дома!

- И это говорит человек, женившийся на фермерской дочке, которая, к тому же, годится ему во внучки? Хелен хотя бы леди, а твоя женушка провела юность, путаясь в хвостах дойных коров!

Ну, и что можно было возразить старой ведьме? Печальный опыт предыдущих баталий с престарелыми родственницами подсказал Фрейзеру единственно правильный выход из положения - сжать руки в кулаки и промолчать.

АНГЛИЯ.

Прошло всего три года, как Чарльз Линдберг совершил первый беспосадочный полет через Атлантический океан. На перелет во Францию герою понадобилось тридцать три с половиной часа, но с тех пор многое изменилось. Усовершенствовались и машины, и моторы, да и лететь Майклу предстояло в Англию.

- Риск, огромный риск,- тем не менее, сказал Фрейзеру его личный механик,- и что самое главное - неоправданный риск! Декабрь..., над Атлантикой бушуют штормы. Даже по океану плыть и то опасно - зато дня через три вы целый и невредимый причалите в доках Бристоля.

Майкл слушал его мнение, кутаясь в меховую куртку от пронзительного ветра, гуляющего по взлетному полю.

- Приготовьте машину к полету! - резко распорядился он. - Мне нужно срочно попасть в Англию, а погибнуть можно и попав под колеса велосипедиста!

Его не пугала опасная дорога, наоборот, Майкл даже надеялся, что трудности перелета помогут ему прийти в себя, но его взялся сопровождать в такой опасный вояж один из летчиков-испытателей их компании. Слух о том, что молодой Фрейзер собирается совершить безумство, очень быстро облетел летные ангары. И Джон Беккер, случайно оказавшийся в тот день на аэродроме, подошел к Майклу, задумчиво жующему не зажженную сигару.

- Вы действительно, решили рискнуть и лететь через Атлантику в это время года?

- Угу! - беспечно кивнул головой Фрейзер.

Он был абсолютно спокоен, чего не скажешь о собеседнике.

- Опасная авантюра,- поежился тот,- если даже погода будет благоприятной, можно заснуть за штурвалом. Двадцать часов в воздухе без отдыха - не шутка! Я полечу с вами, вторым пилотом.

Майкл с уважением взглянул на веснушчатое лицо авиатора.

- Буду вам благодарен!

И им повезло остаться живыми.

Так иногда бывает, когда человек поступает безрассудно, но не из корысти, и не из тщеславия, а потому что сердце в его груди бьется настолько сильно, что он не видит ни трудностей, ни расстояний, и даже опасность его не пугает, потому что он не в состоянии её реально оценить.

Известие о беременности Хелен привело Майкла в такое состояние духа, что казалось, он мог лететь даже впереди самолета - настолько ему хотелось вновь увидеть милое лицо и таинственно мерцающие глаза любимой девушки. Интересно, она изменилась? Потеряла ли то восторженно-изумленное выражение лица, с которым глядела на мир?

Бескрайняя гладь сияющего седой сталью зимнего океана воспринималась им не более, чем декорация на пути к чему-то необычному, прекрасному, чему он и названия не мог дать, а вовсе не как злая и безжалостная стихия. И хотя Беккер часто сменял его за штурвалом, предлагая отдохнуть, Майкл был настолько возбужден, что заснуть так и не смог.

Он вспоминал события прошедшего лета, дом Лайнела, улыбку Хелен и свое глупое поведение в то злосчастное утро. Какой же он был дурак! Но теперь все будет по-другому, сам Господь дал ему знак, что это именно та девушка, которая сделает его счастливым.

Благо, что незадолго до этого перелета Фрейзер установил на самолет пилотажно-навигационные приборы, недавно разработанные Джимми Дулиттлом, и именно они позволили двум отчаянным летчикам ориентироваться в сумерках, и успешно посадить самолет на одном из частных аэродромов неподалеку от Бристоля.

Когда машина замерла на бетонных плитах посадочной дорожки, Майкл громко и счастливо рассмеялся.

- Жизнь прекрасна, Джон! И если бы у меня, как и у Архимеда, действительно, появилась точка опоры, я бы играючи перевернул весь этот мир!

Джон Беккер покосился на залитое дождем взлетное поле, перекрестился и добродушно хмыкнул:

- Это уже без меня!

ЭДВИН.

Эдвин был все это время чрезмерно занят.

Консультации с поверенными, поездки с Хелен по врачам, выяснение отношений с матерью, да ещё куча всяческих досадных и незначительных проблем, которые как назло, требовали немедленного разрешения. Иногда он чувствовал себя легендарным Сизифом, потому что не видел ощутимого результата своих трудов. Как будто вяз в густой и противной каше!

Оказалось, что беременность для женщин с диагнозом Хелен - далеко небезопасное дело.

- Беременность - серьезное испытание для любого организма, но в вашем случае опасность ещё грозит из-за могущих вновь открыться каверн, - пояснил ему доктор. - Вашей жене нужно находиться под постоянным присмотром врачей.