- Это тот самый случай,- хмуро пошутил маркграф,- когда быку позволено больше, чем Юпитеру? Но я не могу сидеть, сложа руки и ждать, пока он её сживет со свету! Завтра же я вызову к себе членов капитула и поговорю с ними о том, чтобы Хеленку раньше срока признали горожанкой! Существуют же какие-то исключения?

Вацлав недоуменно пожал плечами.

- Магистрат обычно держится, как каменный, когда дело касается его привилегий и кутюмов! Но моя жена бывшая горожанка.. Когда Гутка вышла за меня замуж, она потеряла все привилегии и стала крепостной, но, может быть, сам этот факт поможет Хеленке претендовать на получение гражданства в более короткий срок, чем год и один день?

- Надо попробовать,- вздохнул, поднимаясь с шаткого стула Генрих,- я сделаю всё, что в моих силах! Натравлю на Збирайду всю его родню, раздую, насколько возможно, скандал с оскорблением моей персоны. А там, глядишь, все и обойдется, он одумается и не тронет женщину!

Утром маркграф сидел за поздним завтраком, размышляя, когда и как ему поговорить с членами магистрата, когда в комнату зашел капитан стражи и доложил, что Збирайда самовольно покинул дом и направился в Черный лес.

- Мы предупредили стражников на городских воротах, чтобы барона не выпускали, но его люди разметали стражу и вырвались на свободу.

Генрих сразу же потерял аппетит.

- Прикажи запрягать лошадей, я отменяю все дела и еду в магистрат,- приказал он своему мажордому.

- Но, государь...

- Безо всяких но..., - нахмурился маркграф, покидая стол, - будут тут всякие самодуры с неуважением относится к порядкам в моей столице! Я лично встану на сторону города против этого невежды, и мы его проучим!

ЧЕРНЫЙ ЛЕС.

А Хеленка и не подозревала, какие страшные тучи сгустились над её головой.

Она, конечно, понимала, что разговора со Збирайдой не избежать, но долго размышлять об этом не хотелось, потому что впервые за всю свою жизнь женщина была восхитительно счастлива.

Да, она прекрасно осознавала, что маркграф вовсе не безупречный принц из сказки. Помнила она и слезы Стефки, и как он жестоко поступил с Еленой, опозорив девочку. Все помнила, все знала, но разве бывают идеальные люди? А Генриху тем более приходится быть жестоким, ведь он государь!

В отличие от Збирайды возлюбленный был с ней непривычно нежен и внимателен. А его коварство, лживость и прочие нелицеприятные черты характера, о которых ей часто рассказывали, характеризуя государя, не казались ей такими уж ужасными. Кто без греха? Да и какое ей было до этого дело, если весь мир, благодаря Генриху, стал настолько прекрасным.

Хеленке казалось, что белый снег на обочине дороги сверкает волшебными разноцветными искрами, а воздух вкусен и свеж, как самое изысканное лакомство. И даже ели вдоль дороги вроде бы стали пушистее и зеленее. Как же она всему радовалась, каким безбрежно высоким и синим, казалось даже мрачное зимнее небо.

Из Брно ей пришлось выехать по вполне уважительной причине. Туповатый приказчик по ошибке отрядил покупателю не два воза с зерном, а три. А тот, забрав товар, заплатил только за два. Вот и пришлось ехать в небольшое поместье неподалеку от города, разбираться, в тайне радуясь, что получила отсрочку от объяснений со Збирайдой. Пока суд, да дело, зимний день короток, и Хеленка не отважилась пускаться в путь, на ночь глядя, оставшись ночевать в поместье.

Лошадь осторожно ступала по обледеневшей ухабистой дороге, и Хеленка не сразу заметила выехавших ей на встречу знакомых холопов Збирайды.

- Простите, пани Хелена,- почтительно извинились они,- но у нас приказ - если вы окажите сопротивление, поступить с вами грубо. Будет лучше, если вы по-доброму последуете за нами!

Сердце испуганной женщины укатилось в пятки, но Брно был далеко и думать нечего, убежать от погони. Пришлось смириться.

- Куда мы едем?

- В Черный лес!

Это было то, чего она боялась больше всего, но, может, удастся убедить Ирджиха оставить её в покое? Не надо паниковать раньше времени, как не противно сжимаются все внутренности от тошнотворного страха.

Это была самая тяжелая дорога из тех, которые приходилось преодолевать Хеленке. Окружавшие женщину слуги посматривали на неё со странной смесью сочувствия и недоумения, и их взгляды говорили больше всяких пространных угроз, что дела её по-настоящему плохи.

А вот и Черный лес. Завидевшая знакомую фигурку экономки дворня со всех ног бросилась к ссаживающейся с лошади женщине. За их действиями из окна мрачно наблюдала пани Анна. К ней замковая челядь относилась гораздо хуже. Сразу было видно, что они по-прежнему считают главной эту состарившуюся простолюдинку, которую отринул от себя их господин.

- Какого ей черта здесь надо?- спросила она сама себя. - Збирайда в Брно...

Но, к её удивлению, нахальная баба направилась прямо в баронские покои.

- Нам нужно поговорить, госпожа! - низко поклонилась ей она.

- Уж не о моем ли муже, милочка?- сухо спросила баронесса. - Так предупреждаю сразу, переговоров не будет. Ты ловко сбросила эту боль на мою голову.

Хеленка прикусила в досаде губу.

- Но вы, госпожа, могли за него и не выходить! Вас к этому не принуждали,- вполне резонно возразила она,- сделанного не повернуть, он ваш муж. Вам как-то придется с этим жить, и я не думаю, что мое присутствие укрепит ваш брак!

- Тогда почему ты здесь?- неприязненно сверкнула зеленью глаз Аннет.

- В этом нет моего желания! Помогите мне уехать!

Баронесса только хмуро фыркнула, презрительно оглядев взволнованную женщину.

- Я? Помочь тебе? Да Збирайда меня со свету сживет, если я вмешаюсь в ваши дела!

- Да уж,- тяжело вздохнула Хеленка, испытывающее оглядев исхудавшую француженку, - вижу, вам не сладко пришлось, госпожа? В глубине души пан Ирджих справедливый человек, только вот женщин за людей не считает. Даже к собакам и лошадям относится лучше! Но с ним можно ладить, когда-нибудь вы это поймете...

Неизвестно как бы дальше сложился разговор между женщинами, когда за окном вдруг послышался далекий звук рога.

- Збирайда, - побледнела Хеленка,- надо же..., как быстро!

- Явился,- помрачнела и Аннет,- закончилась моя передышка. Похоже, ты не рада, милочка?!

Но Хеленка ничего не ответила на этот ядовитый выпад. Она наблюдала, распахнув окно, за заполошно мечущейся вокруг господина дворней. Увидела, как он о чем-то спрашивает низко склонившегося перед ним управляющего, а потом поднимает голову и смотрит прямо на неё. И женщина вздрогнула от заметной даже с такого расстояния тяжести его взгляда. Ледяной, безотчетный ужас охватил Хеленку.

Збирайда совсем не злой, он справедливый,- мысленно уговаривала она себя,- конечно, ему не понравится то, что я скажу, но он не должен меня убить. Не может быть, чтобы пан Ирджих забыл, сколько лет я верой и правдой ему служила.

Заметив, что барон направляется в дом, Хеленка закрыла окно и мысленно прочитала молитву. Усмехающаяся Аннет, догадавшаяся, что сейчас будет свидетелем того, как эта хитроумная стерва получит по заслугам, вновь уселась за шитье.

Барон не заставил себя долго ждать. Резким пинком он открыл дверь и ворвался в комнату. И сразу наткнулся на напряженный взгляд сине-серых глаз Хеленки. Збирайда застыл на пороге, глядя на бледное, испуганное лицо и пытаясь восстановить дыхание, потому что преодолел расстояние до комнаты практически бегом.

Хеленка низко поклонилась.

Збирайда смог оторвать от неё взгляд и глянул на жену. Ехидная улыбка, непроизвольно кривившая губы женщины дала ему понять, что эта шлюха догадывается о том, что он рогоносец. Поначалу ему захотелось выгнать прочь наглую бабу, но потом барон передумал. Анне то же надо будет преподать урок сдержанности, а то развеселилась она явно не к месту.

Барон прошелся грязными сапогами по коврам и развалился в кресле.

- Вы, наверное, поражены, пани, - обратился он к баронессе,- что я так быстро вернулся, и вы не успели по мне соскучиться? Но радости видеть меня вы обязаны вот этой холопке! - он небрежно махнул рукой в сторону стоявшей в оцепенении Хеленки.

Насторожившаяся жена выжидающе посмотрела на него, гадая, что ещё задумал этот изувер, но внимание Збирайды уже переключилось на экономку.

- Смотришь, милая? Думала, что вечно будешь бегать от меня? То у тебя болит живот, то ты ринулась неизвестно зачем из Брно, когда тебе ясно дали понять, что твое место в моем доме! Может, мы, наконец-то, с тобой объяснимся?

Хеленка тоскливо покосилась на злорадствующую Аннет.

- Мне бы хотелось поговорить с вами наедине, мой господин!

- А какие у меня от супруги тайны? - продолжал ерничать Збирайда. - Говори, объясни нам, что за странные игры ты затеяла? Если господин говорит рабыне, что желает её видеть, она должна немедля кинуться выполнять его желание!

- Но я больше не рабыня, вы сами дали мне вольную! - Хеленка знала, что не стоит ему этого говорить, но от дурных предчувствий потеряла над собой контроль.

- Да? - издевательски приподнял брови пан Ирджих.- Так, где же она? Покажи!

- У меня её нет!

- А раз нет, тогда и для меня она не существует!

Он мрачно смотрел в осунувшееся от тоски родное лицо.

- Так что же случилось с тобой в Брно? Почему ты ослушалась меня?

Она столько лет прожила рядом с этим мужчиной, что моментально поняла - он все знает, и теперь просто играется с ней, как кот с мышью. Всё! Хеленка грустно посмотрела в окно, поймала глазами темные облака. Неужели придется перечеркнуть годы осторожности, благоразумия и осмотрительности?

- Вы освободили меня,- твердо напомнила она,- и у меня появилась собственная жизнь!

Збирайда ошеломленно смотрел на неё и не верил собственным глазам. Эта гордая, непреклонная, со святящимися глазами женщина вовсе не его нежная и покорная Хеленка. Это какая-то незнакомка!

- Что ты имеешь в виду, говоря о собственной жизни?- сухо поинтересовался он. - Разве ты не служишь мне?

- Служу,- сухо отрезала Хеленка,- но только не в постели!

- Вот даже как? А не потому ли, что впустила в неё другого?

Женщина промолчала, сурово прикусив губу, но Збирайда и не нуждался в её словах.

- Я тебя поднял из грязи, сделал своей любовницей! Доверяясь, спал на твоем плече, а ты предала меня, став обыкновенной шлюхой!

- Я полюбила!

- Кого, дурочка?- насмешливо воскликнул барон.- Опомнись, милая! Ты видела мир только из моей кровати, что ты знаешь о мерзости порока? Генрих развращен до предела, он невероятный распутник!

Хеленка непонимающе вскинула на него удивленные глаза. При их открытом ясном взгляде вся злость и ярость ушла куда-то из сердца Збирайды, остались только боль и страдание.

- Глупышка, и что с того, что он маркграф? Разве он будет любить тебя так же, как я?

Но, похоже, женщина перед ним была не в состоянии оценить этого крика души. Уму непостижимо, о чем она думала все это время, но только не об отчаявшемся мужчине рядом.

- Любовь и рабство не совместимы,- сухо заметила она,- я столько лет была свидетельницей разврата, который устраивали вы! И вы ещё смеете в чем-то обвинять Генриха? Я знаю только одно - он очень устает, много работает, практически не спит, может, таким образом, пытается хотя бы немного снять напряжение, в котором постоянно живет? Ведь Генрих государь! К нему нельзя подходить с той же меркой, что и ко всем остальным.

Её голос наполнился нежностью и любовью. Збирайда с остановившимся дыханием увидел, как вновь засияли теплом её глаза, как помолодело и оживилось лицо при одном имени этого трижды проклятого Генриха! Волна бешенства и злости поднялась откуда-то из глубин его потемневшей от горечи души. А Хеленка, уставив в него невидящий мечтательный взгляд, продолжала говорить:

- Я люблю его! Он нежный, ласковый и внимательный. Может, есть мужчины и лучше - я не знаю, но именно Генрих сделал меня счастливой! Небо, елки, снег - всё другое! Не знаю, поймете ли вы меня?! Вы ведь никогда не испытывали ничего подобного и мне вас жаль!

Никогда Збирайде не было так больно и обидно. Он даже не подозревал, что ему может быть настолько плохо - до тошноты, до багровых пятен в глазах.

- Тебе меня жаль?- издевательски рассмеялся он и мрачно добавил. - Ты себя, милая, пожалей! Неужели ты всерьез решила, что если лежала под маркграфом, то это дает тебе право разговаривать так со своим господином? За это придется заплатить! За каждое удовольствие в этой жизни приходится платить! Готова ли ты к этому?

Теперь взгляд Хеленки потерял мечтательность, она вернулась от воспоминаний о своей любви к реальности.

- Вы решили меня убить?- тем не менее, мужественно спросила она.

- Это уж как получится,- хмуро заметил барон,- если ты быстро опомнишься и придешь в себя, то полежишь с неделю на животе, а потом всё станет таким же, как и было!

- Ирджичек,- вдруг тяжело и даже мягко вздохнула Хеленка,- хоть убей меня, но ничего уже не вернуть. Я никогда не стану прежней, потому что и ты не станешь другим.

- Очень надеюсь, душа моя, что под розгами твоя голова будет работать по-другому, и ты поймешь, что у тебя нет другого выхода,- отрезал Збирайда,- иди в пыточную, там тебя уже заждались.

Хеленка устало посмотрела на него и направилась к выходу из комнаты. Аннет смотрела, как муж лихорадочно устремляется вслед за вышедшей экономкой.

- Ирджих? - неожиданно позвала она.

Барон, остановившись, болезненно глянул на неё, и женщина вздрогнула, заметив, какая жуткая мука плещется в его глазах.

- Зачем ты женился на мне?

- Потому что дурак, дорогая! Так уж устроен человек - чтобы понять как ему дорога вещь, он должен её потерять.

- Ты собираешься убить холопку?

Збирайда тоскливо цыкнул зубом.

- Если она умрет, будет плохо всем!

Выскочив из дома, барон сразу же наткнулся на стоящую посреди двора на коленях экономку. Она молилась на крест часовни - дворня же тихо стояла по сторонам и с ужасом на все это смотрела. В замке странным образом уже обо всем знали, и, не смотря на то, что в другом бы случае блудницу, изменившую господину, закидали навозом, сейчас никто не спешил с осуждением. Ведь речь шла о Хеленке, а та пользовалась непререкаемым авторитетом среди холопов. Збирайда не стал ей мешать и прошел в пыточную, не окликнув женщину. Там уже все было готово - и лавка и розги, мокнущие в соленой воде.