Стефка старалась изо всех сил отрабатывать свою еду, только получалось у неё не сказать, чтобы хорошо. Её светлость пошла вместе с кухаркой на Сену полоскать белье, и упустила одну из рубашек метра. Да что там - сама чуть не упала в воду! Благо, трущийся все время под ногами Тибо вовремя успел ухватить за подол!

- Ты не рубашка, сестра, тебя полоскать не нужно с утра!

Но что можно было поделать, когда от ледяной воды у женщины свело судорогой пальцы! Зато как её потом несколько дней поедом ела Жервеза за эту рубашку! Можно сказать, гудела не умолкая.

От более близкого знакомства с метлой у бывшей пани Лукаши на руках воспалились волдыри, и профессору пришлось с тяжелым вздохом перебинтовать ей руки. Вновь купленное платье оказалось слишком грубого сукна и моментально натерло грудь и шею, вызвав крапивную лихорадку на всем теле. И пришлось ругающейся Жервезе смазывать ей травмированные места, да ещё тащиться на рынок, чтобы купить рубашки более тонкого полотна.

- Тоже мне, принцесса нашлась! Одни расходы..., если уж вам, мэтр, девать некуда деньги, то лучше кидайте их прямо в воду, чем тратить на такую нерадивую девку!

На рынок, кстати, Стефка могла ходить только рядом с Жервезой, потому что стоило послать её одну, для торговцев сразу наступал праздник. Юной служанке можно было всучить втридорога любую гниль, но если даже чудом удавалось этого избежать, так что-нибудь непременно устраивал Тибо! То воровал яблоки, а его хозяйка тряслась, что их поймают, то строил рожи мяснику. Тот запустил в безобразника куском протухшего мяса, а попал в стражника. Крик, вопли... в общем, не соскучишься! Торговаться Стефания не умела, но зато ей нравилось идти следом за огромной кухаркой по городу - в её присутствии она чувствовала себя защищенной от уличных хулиганов лучше, чем отрядом вооруженных рыцарей. Когда гневная Жервеза открывала рот, бесславно ретировались даже самые дерзкие и смелые, а уж если замахивалась кулаком или корзиной - все удирали в рассыпную, правые и неправые!

Именно прячась за её широкой спиной, чужестранка получила возможность осмотреть в свое время напугавший её город. Хотя Жервеза посещала только церковь и рынок. Впрочем, это было нормой для жителей Парижа - они не любили покидать пределы своих улиц или кварталов.

Вечерами профессор или работал в своей лаборатории, изготавливая мази и настойки, или отправлялся на кухню и заинтересованно слушал неизменную перебранку Жервезы и Тибо. И пока те препирались, давно уже не реагирующая на выходки шута Стефка невозмутимо вышивала на подаренных пяльцах хозяину рубашки.

Доктору нравилось смотреть на склоненную над работой головку женщины, и она часто ловила на себе его заинтересованный взгляд.

Прошел месяц, второй - известий о Гачеке так и не было, но хозяин словно забыл о том, что Стефания у него остановилась только на время.

Жизнь в домике де Монтрея отличалась особым покоем и размеренностью, с маленькими радостями и отсутствием каких-либо стоящих внимания событий. Вносили определенное разнообразие в этот мерный ход событий разве что постоянные пациенты мэтра, особенно пациентки. Его услугами любили пользоваться женщины легкого поведения.

- Шлюхи к нему так и липнут,- ворчала в таких случаях Жервеза, неизменно запирая Стефку в каморке с припасами,- нечего тебе на них глаза пялить! Всякая шваль - не компания порядочным девушкам! Вот помяните мое слово, как-нибудь соседи науськают на нас бальи, и те нас выселят из квартала за таких посетительниц!

Постепенно Стефка начала привыкать к этому немудрящему существованию на маленькой кухне в далеко небогатом доме, как будто в её жизни никогда не было роскоши герцогских и королевских замков, хотя домашняя работа по-прежнему ей, мягко говоря, не давалась.

Когда графине поручили почистить котел, пришлось потом отмывать её, настолько она стала грязной, а котел ни с места. Зато при помощи Тибо нашей даме удалось как-то испечь вполне сносный пирог с творогом, который с гордостью она и преподнесла профессору. Тот отведал его и похвалил, за спиной новоявленной кухарки подмигнув умирающей от смеха Жервезе.

Приближался март.

Было холодно - лили дожди, и профессор выдал кухарке денег на новую теплую накидку для подопечной (старая совсем пришла в негодность!).

Женщины долго ходили по суконщикам, живущим у ворот Сент-Оноре, выбирая ткань и прицениваясь. Жервезе было очень трудно угодить, то не нравился цвет, то плотность материи, то цена, а то и физиономия продавца. Причем она свое недовольство тут же, недолго думая, и высказывала.

- Эта рухлядь пять су за штуку? Да ты с ума сошел, разбойник! Ни стыда, ни совести..., тот край совсем растрепался, а цвет не поймешь какой!

- Разуй глаза, толстуха, таким сукном не побрезговал бы даже король, не то, что такая корова, как ты!

- Эту дерюга стоит только обезьяньих монет!

Стефка утомилась от её пререканий с торговцами и с унылым видом зябко переступала с ноги на ногу. Её локоть оттягивала корзинка с луковицами, любовно отобранными кухаркой и стоившими той часовой ругани с продавцом.

И вдруг кто-то, из вечно шастающей вокруг оборванной мелюзги подтолкнул Стефку под локоть так, что корзинка, выскочив из рук, описала дугу и упала в нескольких шагах на бок, а все луковицы раскатились.

- Ах ты, косорукая неумеха,- закричала разгневанная Жервеза,- быстрее подбирай лук, лентяйка, пока его не растащили! Ничего нельзя тебе доверить!

Расстроенная этим происшествием Стефка подбежала к корзинке и спешно начала подбирать с земли луковицы, но одна из них закатилась довольно далеко, прямо к ногам какого-то господина в дорогих сапогах кордовской кожи. И пока женщина, пригнувшись к земле, медленно подбиралась к луковице, незнакомец сам поднял золотистую беглянку. Стефка с неловкостью приняла лук из украшенных перстнями перчаток и, не поднимая глаз, с низким поклоном тихо поблагодарила за услугу.

- Я рад тебе услужить, любимая!- раздался хорошо узнаваемый голос.

Когда он достиг её сознания, Стефка в леденящем ужасе вздернула голову и наткнулась на взгляд стальных знакомых глаз. Даже толком не осознав всей губительности этой встречи, она ужасе сорвалась с места. Где-то кто-то заулюлюкал, кто-то крикнул держи воровку!, но обезумевшей от страха беглянке до этих криков дела было мало.

- Стой, чумовая девка, - донесся уже издалека негодующий голос кухарки,- куда ты мчишься, как будто за тобой черти несутся?! С ума ты, что ли сошла?

Но Стефка и не подумала останавливаться, забежав в помещение какой-то пустынной церкви. И только оказавшись в сумраке помещения, наконец-то, остановилась и отдышалась.

Итак, Рауль все-таки нашел её. Что делать?

Безопаснее было бы, конечно, больше не возвращаться к де Монтрею. Но возникало сразу две проблемы. Первая - все деньги остались в доме доктора, а у неё в руках красовалась лишь корзина с грязными луковицами. Вторая же упиралась в Тибо - совесть не позволяла Стефании взвалить такое наказание на плечи благороднейшего человека. Да и надо было хотя бы попрощаться с профессором, поблагодарить его за приют.

Женщина ещё немного посидела в церкви, и лишь окончательно продрогнув и относительно успокоившись, осторожно выглянула на паперть. Никого подозрительного окрест не наблюдалось.

Облегченно вздохнув и постоянно оглядываясь, она осторожно направилась к дому доктора, где её потоком брани встретила разъяренная Жервеза.

- Что случилось, донна, не было ли молнии и грома? - тихо спросил не на шутку встревоженный Тибо,- толстуха толкует, что в вас вселился бес, и вы взвились до небес!

Но его госпожа села в уголок и, застыв от напряжения, стала ждать, кто появится первым - де Сантрэ или де Монтрей. Напрасно извергала на бессовестную лентяйку упреки кухарка, Стефании было не до неё, и уж тем более, не до дурацких сковородок.

Профессор, как назло, именно сегодня задержался в школе и пришел уже в сумерках. Недовольная Жервеза обрушилась на него с жалобами на постоялицу. Но он внимательно осмотрел замкнутое, напряженное лицо женщины и участливо осведомился:

- Что случилось, милая?

- Мне нужно поговорить с вами наедине!

- Подумаешь, какие-то у неё тайны, - заворчала Жервеза, задетая тем, что от неё пытаются что-то скрыть, - сначала скачет как блоха, потом важность на себя напускает! Больно надо нам тут подслушивать...

- Не хочешь слушать,- влез вредный Тибо,- не развешивай уши, рот замкни на замок, может, даже от дуры тогда будет толк!

Но доктор, не обращая внимания на их перепалку, провел Стефку в контору, где хранил свои книги и инструменты, и где готовил лекарства. Сюда не допускалась даже Жервеза. Де Монтрей самолично наводил порядок среди множества склянок, пучков травы, банок с пиявками и прочими загадочными и малоприятными для непосвященного человека предметами. Иногда из-за двери, не смотря на вытяжку на установленной здесь плите, тянуло мерзкой вонью, но прятавшие носы домочадцы знали, доктор готовит либо мазь, либо пилюли. Вообще-то Стефку постоянно тянуло посмотреть на этот таинственный процесс, и вот она здесь, но, увы! Ей не до трав, и не до колб!

- Что произошло с тобой, девушка? - его улыбка была такой мягкой и доброй, что она не смогла солгать этому чудесному человеку.

- Меня обнаружили, мэтр, поэтому мне нужно срочно покинуть ваш дом!

На лбу у доктора появились недоуменные морщины.

- Обнаружили? Ты что, беглая преступница?

- Нет, нет, что вы,- поспешила уверить его гостья, и смущенно покраснев, тихо призналась, - я убежала от любовника!

- Значит, Жервеза была права, и у тебя все-таки был любовник,- тоскливо вздохнул де Монтрей, и тут до неё дошло, что его участие было не просто дружеским.

Стефания искренне не хотела обижать этого человека, но пришлось разрушить его надежды.

- Да, я бежала из замка, где меня насильно удерживали! Но сегодня я увидела похитителя на рынке, а значит, он скоро появится здесь. Мне уже давно надо было уйти из вашего дома,- и она вдруг заплакала, взглянув на взволнованное лицо доктора,- но я не могла этого сделать, не простившись с вами! Вы были так добры ко мне, как никто и никогда!

- Я сразу понял, что вы не простая горожанка, - задумчиво произнес доктор, переходя на вы,- но почему вы должны бежать от любовника? Какое он имеет право удерживать вас?

- Право сильного над слабым!

- Конечно, я не принц, - профессор пылко пожал ей руки,- но если вы согласитесь выйти за меня замуж, то даже король не сможет разлучить нас!

Стефка со смешанным чувством благодарности и сожаления посмотрела на взволнованного в ожидании её ответа мужчину. Второе за её жизнь предложение руки и сердца (не считать же чудовищную ночь брака с де ла Вердой)! И хотя парижский лекарь был неровней графу Палацкому, нашей героине все равно польстила такая готовность разделить с ней не только любовь и жизнь, но и кучу неприятностей.

- Поверьте, профессор, ваше предложение мне лестно и я, не задумываясь, приняла его и была счастлива, если бы не одно обстоятельство,- тут она прервалась, собираясь с духом перед признанием, - я замужем!

С глубоким вздохом Стефания виновато опустила голову:

- Почти год года назад я обвенчалась с одним испанским дворянином! Но из этого ничего хорошего не получилось, я решила вернуться назад к своему крестному отцу, и... попала в руки насильника!

Доктор был потрясен - услышанное не укладывалось в его голове.

- Как ваш муж мог допустить такую ситуацию? И почему вы не обратитесь за помощью к нему?

Своевременный вопрос! Вот только ответить на него было непросто. Честно говоря, графиня сама не понимала, почему де Сантрэ каждый раз после побега её находит, а вот супруг нет!

- Все непросто,- нервно рассмеялась Стефка,- во-первых, его сейчас нет в стране, а во-вторых, он давно уже раскаялся в том, что опрометчиво женился, и не ищет меня!

- Почему?

Графиня хмуро хмыкнула.

- О, у него всегда такое множество дел - без него рухнут империи, перегрызутся короли! Он тебе и миротворец, и сват, и неумолимый борец с ересями, и..., в общем, женщина рядом ему все равно, что пятая лапа собаке!

Де Монтрей неожиданно улыбнулся.

- За немногими подробностями, я часто слышу подобные жалобы от своих пациенток. Женщины из всех сословий дружно жалуются на то, что мужчинам нет до них дела, но однако каждый год от кого-то рожают, а иногда даже умудряются делать это дважды!

- Ко мне это не относится,- помрачнела Стефания,- ссора между нами привела к тому, что из-за его чудовищных оскорблений я потеряла нашего первенца, и он даже не извинился!

- Да!- тяжело вздохнул доктор,- положение действительно не из лучших!

- С мужем мне не удалось ужиться,- продолжила женщина свой горестный рассказ,- но я сильно пожалела, что покинула его, когда на моей дороге оказался этот дьявол!

Де Монтрей сомневался в существовании нечистой силы, хотя тщательно ото всех это скрывал. Просто, когда постоянно вскрываешь гнойники, нарывы, моешь и чистишь раны, ты начинаешь несколько по-другому смотреть на мир. Но дьявол это ведь не обязательно черт с рогами и копытами, извергающий серное пламя. Жестокий мужчина, издевающийся над слабой и беззащитной женщиной, смело может претендовать на это звание! Именно с этой точки зрения он и воспринял сказанное подопечной. Женщина нуждалась в защите, и профессор долго молчал, глядя в окно на уже окутанный темнотой город. Видно было, что он о чем-то напряженно размышляет.

- А куда вы собираетесь идти, на ночь глядя?

- Куда угодно! Он может появиться в любую минуту,- взволнованно всхлипнула Стефка,- я и так вздрагиваю от каждого звука. Наверное, ждет глубокой ночи!

Доктор согласно качнул головой. Днем в их квартале было бесполезно врываться в дом к магистру университета - распоясавшиеся школяры могли, защищая любимого учителя, солидно намять бока даже городской страже, не то, что прислуге какого-то никому неведомого человека.