И вот уже домик почти готов. Остаётся совсем немного. Надо только покрасить его изнутри и снаружи. И тут у друзей возникли разногласия.
Крокодил Гена сам был зелёным, и он считал, что домик должен быть зелёного цвета. Потому что этот цвет самый приятный для глаз. Коричневая обезьянка Мария Францевна считала, что самый приятный для глаз - коричневый цвет. А долговязая Анюта всё время твердила, что самый лучший - жирафовый цвет. И если сделать дом таким, то все жирафы города будут очень благодарны строителям.
Наконец Чебурашка предложил каждому выбрать себе одну стенку и покрасить её так, как хочется.
Домик вышел на славу. Все стены у него получились разные: одна - зелёная, другая - коричневая, третья - жёлтая с чёрными пятнами. А четвёртая стена отливала всеми цветами радуги. Её красил двоечник Дима. У него не было любимой краски, поэтому он макал кисточку во все вёдра по очереди.
- Ты знаешь,- сказала Галя Чебурашке,- мы с Геной решили, что тебе надо сказать приветственную речь при открытии домика.
- Но я боюсь, у меня ничего не получится,- ответил Чебурашка.- Я никогда не говорил речей!
- Ничего, получится,- успокоила его Галя.- Надо будет только немного потренироваться. Я сейчас скажу тебе одно небольшое стихотворение, а ты ходи и всё время повторяй. Если ты повторишь его без запинки, значит, ты сможешь сказать любую речь.
И она сказала ему одну небольшую скороговорку, которую запомнила с детства:
Мышка сушек насушила,
Мышка мышек пригласила.
Мышки сушки кушать стали,-
Зубы сразу же сломали.
- Это очень лёгкое стихотворение,- решил Чебурашка.- Я его сразу повторю.
И он начал декламировать:
Мыска шусек нашусила,
Мыска мысек пригласила.
Мыски суски кусать штали,-
Зубы сразу зе шломали.
«Нет,- подумал он,- что-то я неправильно говорю. Почему «мыски» и почему «кусать»? Ведь правильно говорить «мышки» и «кушать». Ну-ка попробуем сначала!»
Мышка сушек насушила ,-
правильно начал он.
Мышка мысек пригласила ,-
тоже почти правильно. Но дальше получилось вот что:
Мышки шуски кусать штали ,-
Жубы шражу же шломали .
- Сто зе это такое полусяется? - рассердился Чебурашка.- Я и двух шлов швязать не могу! Жначит, надо как мозно больсе жаниматься!
И он жанимался и жанимался всю ночь!