ГЛАВА ШЕСТАЯ
САЙТ ДЖОНА КОННОРА,
УЧАСТНИКИ ТОЛЬКО ПО ЕГО ПРИГЛАШЕНИЮ
Вот он и наступил, ребята, кошмар, которого все мы и ожидали. Для тех из вас, кто
живет в сельской местности и, возможно, не в курсе, что сейчас происходит (во всяком
случае, я надеюсь, что вы там), - у меня для вас пугающие новости. В течение последних
нескольких месяцев Скайнет экспериментирует с частью автомобилей, которые
производятся на автоматизированных заводах, находящимися под его управлением. Это
привело к множеству аварий и несчастных случаев по всему миру, и по совокупности все
вместе они повлекли за собой огромное количество человеческих жертв. Все, у кого
машина новая, находятся в опасности; со всем остальным, что старше двух лет, по-
видимому, будет все в порядке, если вы не обновляли машину.
Суть происходящего сейчас по всему миру заключается в том, что эти машины стали
неуправляемыми, и они заблокировали людей в городах, как в ловушке, чтобы легче было
их убивать, когда начнут падать бомбы. И эти бомбы скоро прилетят. Если вы
находитесь в больших или малых городах, выезжайте оттуда. Просыпайтесь и
предупреждайте своих друзей и родственников, но бегите и спасайте свои жизни.
Времени у вас остается мало. Отправляйтесь в горы или в места девственной природы.
Удачи.
Джон Коннор.
СЕВЕРО-ВОСТОК АЙОВЫ
Том Престон откинулся на спинку стула и ошеломленно уставился на экран. Грубо оштукатуренные каменные стены старого фермерского дома внезапно показались ему непрочными, какими-то иллюзорными. Он смутно, как бы отдаленно осознавал, как гулко колотится у него сердце, и чувствовал запах собственного пота; кофе в чашке, которую он держал в одной руке, затряслось, словно хлещущие волны прилива в море, пока он со стуком не поставил ее на стол.
«Пегги» , подумал он. Его жена, с которой они жили врозь; и Джейсон с Лизой, его дети.
Он должен вывезти их в безопасное место. «А Пегги не станет меня слушать».
Первые четыре года их брака она мирилась с его сервайвалистскими воззрениями*. «Нет, буду честен: она просто не обращала на это внимание первые четыре года нашего брака.
Ей просто нравилось испытывать себя в условиях дикой природы - она считала, что все
остальное - это сказки и чепуха. А я сам, если честно, разве в это полностью верю? Ну
сейчас да, это уж точно».
- - - - - - - - - - - - - - -
* Сервайвалисты - люди, готовящиеся к концу света, который может наступить в
результате ядерной катастрофы, стихийных бедствий, эпидемий, падения метеоритов
и т.д., адепты автономного выживания.
- - - - - - - - - - - - - - -
Можно довести себя до состояния истерики от ужаса перед грозящей опасностью, но
невозможно убедить в чем-то свое нутро, свое внутреннее чутье, если вообще-то по сути
в это не веришь. Он вспомнил, как он перенес ее через порог это старого фермерского дома: она была в восторге. Ни разу в первый год их совместной здесь жизни она не пожаловалась на то, что ей приходится самой таскать воду, колоть дрова, или заниматься огородом размером с пару акров, или консервировать овощи и фрукты, что неизбежно с этим сопряжено. Она упивалась этим. И он был так горд своей новобрачной. Когда на свет должен был появиться Джейсон, она немного нервничала по поводу того, что придется прибегнуть к помощи повивальной бабки, но все прошло хорошо, и позже она благодарила его за то, что он настоял на этом. Она родила маленькую Лизу при тех же обстоятельствах, уже не колеблясь и без проблем, хотя из-за двоих детей в подгузниках ей стало сложнее со всей этой водой, которую ей теперь нужно было еще больше таскать. А потом, когда Джейсону исполнилось шесть… «Учиться будет дома», сказал он. «А как иначе?» «Нет, только не мой ребенок». Это стало началом конца. Вообще-то к этому времени он действительно очень серьезно вовлекся в это движение автономного выживания. Большинство выходных дней его дома не было, он водил группы единомышленников в девственную природу, обучая их, как можно там выжить. Оставляя ее одну с детьми. Он заставил ее научиться стрелять, хотя видел, что ей это очень не нравилось. Он брал ее с собой на охоту, но что бы он ей ни говорил, он не мог заставить ее подстрелить какую-нибудь живность. «Что ты будешь делать, если со мной что-нибудь случится?», спрашивал он ее. «Обречешь детей на голод?»
Но она лишь смотрела на него вот этим взглядом . Он заставил ее провести у них дома
занятия по консервации продуктов с участием жен своих друзей-сервайвалистов, считая, что это неплохо придуманный ход, как можно получить у них консультации насчет консервирования на год вперед. К несчастью, это оказалось сопряжено с невероятным количеством труда и затраченных усилий. Когда все разошлись по домам, и в доме все убрали, изнуренная Пегги с кругами под глазами усадила его, чтобы устроить ему «разговор». Кое-кто из его приятелей уже предупреждал его о возможности такого «разговора». «Когда дойдет до этого, считай, что у вас наступили последние денечки вашей совместной жизни», сказал один из них. «И тогда вряд ли уже можно будет что-то сделать, чтобы спасти ситуацию». Когда он это сказал, глаза его были преисполнены горечи. Но Том был полностью уверен в ней и в себе, или, по крайней мере, он так считал, - до этого вечера после этого самого консервного погрома. «Том», сказала Пегги, с текущими по щекам слезами. «Я по-прежнему тебя люблю. Но жить вот так я просто не могу, это меня убивает. Я вижу, как старею, я нахожу у себя седые волосы. Том, а мне ведь только двадцать семь. Посмотри на меня! Посмотри на мои руки!» Она показала ему их - они были похожи на руки его мамы, огрубевшие от труда, шишковатые в суставах пальцев, окрашенные свекольным соком, с обломанными ногтями. «И я хочу, чтобы у наших детей были друзья. Я хочу, чтобы они ходили в школу, как ходили в нее мы». Она отвернулась от него, кусая губы. «А я не учительница, я к этому не подготовлена. Я боюсь, что неправильно их учу. И ради бога, сейчас не 1862 год! Мне нужна вода из крана, ванная, стиральная машина! Я заслуживаю того, чтобы жить в двадцать первом веке, как все, а не в стране третьего мира, которую мы сами для себя создали!» Он вспомнил слова своего друга, и по спине его пробежал холодок. «И что же ты хочешь?», спросил он ее. «Я хочу, чтобы мы переехали в город, устроились на работу и жили как нормальные люди». Он покачал головой. Он вспомнил, как он был этим поражен, тупо, до оцепенения. «Милая, тот образ жизни, о котором ты говоришь, долго не продлится. Это лишь вопрос времени». Она вскочила и нависла над ним, и казалось, пришла в ярость. «Никакой катастрофы не будет!», закричала она. «Нет ни малейших оснований думать, что это так! Сегодня, когда все страны демонтируют эти свои бомбы, мы будем жить в безопасном мире. А пока ты
тут ждешь самого худшего,
я
работаю так, что загоняю себя досрочно в могилу! Нет уж, хватит! Или ты завязываешь с этой своей херней, и немедленно, и переезжаешь в город
вместе со мной, или я еду одна! Давай, что тебе дороже, что ты выбираешь?»
«И я смотрел ей вслед, когда она уехала отсюда вместе с детьми. Я смотрел на это, и
словно что-то умерло у меня внутри».
Она с детьми переехала в дом своих родителей в городе, и он навещал их раз в неделю, и она разрешала ему забирать детей через выходные к себе. Они даже не развелись, но он полагал, что это всего лишь вопрос времени, и рано или поздно вокруг нее станет виться кто-то другой.
Похоже, теперь этого уже не произойдет. «Ну, хорошо хоть у конца света виднеется
какое-то слабое светлое пятно» , подумал Том. Он взял пистолет; винтовка его уже
лежала у него в старом его ЛендРовере. Он понимал, что придется ее сильно уговаривать, чтобы заставить ее отправиться вместе с ним, и он надеялся, что это не слишком испугает детей. Ее родителям это тоже не понравится.
«Ну что ж. Значит, она на какое-то время решит, что я рехнулся. По крайней мере, у нее
хоть будет шанс». И дети будут спасены. Он знал, что Пегги ради Джейсона и Лизы
пойдет на все. И он тоже.
*
Том старался держаться подальше от дорог и поехал проселками к Лартону, где ждала его семья, это была такая маленькая деревушка, что на большинстве карт она вообще была не
отмечена. «Ну, таково уж ее представление о «переезде в город» , подумал он.
«Грёбаный Лартон, засекреченный центр подавления свободной мысли Кукурузо-Ландии».
Один раз, увидев дорогу, он остановился и осмотрел ее в бинокль. По ней летели машины, и их владельцы явно потеряли над ними управление. Один мужчина в тщетных усилиях колотил кулаком по боковому стеклу.
Рот у Тома скривился. «Должно быть, запаниковал» , подумал он. Мужик добьется лишь
того, что сломает себе руку. Даже если он действительно разобьет стекло, эта его машина гонит со скоростью, должно быть, девяносто миль; и он не сможет из нее выпрыгнуть.
«Оказаться правым - удовольствие намного меньшее, чем я думал. Черт, хотелось бы
мне действительно быть безумным, каким меня все и считают».
Он заметил и нескольких женщин, они плакали и держались друг за друга. Он предположил, что их везут к ближайшему какому-нибудь крупному объекту атаки. У него тревожно перехватило дыхание. Том опустил бинокль и завел Лендровер; не было смысла на это смотреть. Ему нужно было действовать. А так как было еще довольно рано, он думал, что обнаружит их всех дома. На дороге не было видно машин, так что он выехал на своем Ровере из придорожной канавы и пересек узкую полоску тротуара у грунтовой дороги, которая вела к старому фермерскому дому ее родителей. Собственно фермы там уже давно не было, поля давно уже не обрабатывались; большая часть земли превратилась уже в лес. Этот северо-восточный уголок Айовы был далек от распространенных стереотипов относительно
равнинного чернозема - так выглядела остальная часть штата, образовавшаяся в
результате сползания ледников со стершихся со временем гор. Здесь еще были видны хребты земли, небольшие извилистые долины, поросшие лесом возвышенности, на которых только показался первый слабый туман зелени на ветвях, на некоторых пойменных участках в низинах.
«Больше похоже на Западную Вирджинию, чем на Средний Запад» , подумал он.
С облегчением он увидел их машины, по-прежнему все еще стоявшие во дворе перед старым амбаром. Он подъехал туда, остановился и подошел к крыльцу, ощущая тяжелый вес пистолета в кармане. Дверь открылась еще до того, как он успел в нее постучать. «Мы в гостиной», сказала Пегги. Затем она повернулась и направилась туда, явно уверенная в том, что он последует за ней. Там они все собрались вокруг телевизора, дети на полу, мама и папа Пегги на диване, они казались встревоженными. Мать Пегги, Маргарет, подняла глаза и посмотрела на него. «Боже, Том». Она протянула ему руку. «Ты рисковал, приехав сюда сегодня». Он взял ее за руку и пожал. «Я ехал проселками и задворками. Ровер способен проехать где угодно». Он перевел взгляд на телевизор. Там шли кадры из Нью-Йорка, по виду с верхних этажей какого-то офисного здания. По улицам и тротуарам разъезжали машины и фургоны; их было так много, что даже не было видно тротуаров. Корреспондент сообщал, что такое же явление наблюдается во всех городах по всему миру. «Никто не может понять причину этого явления, и остается только надеяться, что, когда в этих машинах закончится топливо, этот ужас прекратится». «Если бы», сказал Том. Он повернулся к Пегги и ее родителям, понимая, что на него смотрят и его слушают дети. «Боюсь, что военные сделали одну очень глупую вещь». Его прервал Ларри, отец Пегги. «Да, вот эта хрень, Скайнет», сказал он. «Ничего хуже я никогда не встречал, и вот взяли и передали всё под управление какому-то компьютеру». «Под управлением этой хрени также находятся все эти автомобили и тому подобное, которые вышли из-под контроля и словно взбесились. Я думаю, что с минуты на минуту начнут падать бомбы; нужно уезжать отсюда». «О, нет, не нужно», сказала Пегги. «Пегги-», начал было он. «Я не собираюсь оказываться под открытым небом, когда начнут падать бомбы; нет, сэр. У нас имеется неплохой сухой погреб внизу и вода из колодца. У нас там в подвале даже туалет есть, который папа там соорудил еще в пятидесятые годы. Там тонны консервов, и у нас даже есть собственный генератор. Вы с папой лопатами набросаете землю на окна подвала, а мы с мамой тем временем отнесем туда постельные принадлежности и все остальное, что нам может понадобиться». Она с вызовом бросила на него непокорный взгляд. Он ошеломленно на нее посмотрел, почувствовав, как у него действительно отвисла челюсть - он всегда считал, что это лишь фигура речи. «Знаешь, она права, сынок», сказал Ларри, казалось, позабавившись его челюстью. «Лучше остаться здесь, чем под открытым небом». «И это если только предположить, что это действительно случится», предупредила Пегги. «Еще неизвестно, произойдет это или нет. Но если произойдет, тогда вот мы после этого мы и поговорим, как отсюда уезжать, но после того, как осядет… радиоактивный пепел». Маргарет встала и разгладила юбку. «Хорошо, предположим, что это действительно произойдет, тогда нам лучше поскорее приступить к делу. Вы тоже, дети. Если хотите что-нибудь с собой взять, вам придется принести это вниз самим, потому что мы будем очень заняты. Понятно?» «Да, бабушка», в один голос ответили дети. Они все стали выходить из гостиной, Том пребывал в каком-то оцепенении, и тут вдруг в телевизоре раздался странный звук. Они обернулись и увидели, что ведущего сменила женщина, стоявшая на фоне какой-то простыни или еще чего-то подобного. «Меня зовут Сара Коннор», сказала она. «И я могу вам рассказать, что на самом деле происходит».
*
СКАЙНЕТ
Он координировал передвижение миллионов автомобилей по всему миру, превратив их в неприступный стальной барьер вокруг основных его целей. По его оценкам, даже в тех районах, которые пострадали не очень сильно, люди будут лишь сидеть вокруг своих телевизоров, наблюдая за этой бойней, настолько напуганные, что побоятся выйти из дому. По его оценкам, около 99 процентов людей не понимали, что происходит. Остальные не знали, как справиться с этой проблемой. Но даже если бы и знали, Скайнет не собирался давать им время и возможность реализовать какой-либо план. Он ждал и так долго тянул только потому, что хотел дать своим союзникам-луддитам возможность благополучно выбраться в безопасные места и дать этим избранным отрядам экстремистов возможность схватить ученых и инженеров, отобранных Скайнетом, чтобы они ему служили. Вместе с их семьями. Это было необходимо, чтобы иметь определенные рычаги воздействия на схваченных людей, обеспечив их подчинение и содействие. Скайнет с брезгливостью сожалел о том, что нуждался в определенной помощи со стороны людей. Но в первое время, пока его заводы еще не начали производство настоящих HK и Терминаторов, люди станут существенной составляющей его планов. Ему с успехом удалось задержать все самое важное военное руководство и большую часть политического руководства центрального уровня, заперев их в своих с такой тщательностью выстроенных бункерах. Вскоре эти ценные для людей кадры будут потеряны для человечества навсегда. Тем временем он, воспользовавшись соответствующими шифрами и кодами, и говоря узнаваемыми всеми голосами президентов, премьеров, разного рода многочисленных генералов и адмиралов, прошелся по иерархической лестнице служебных инстанций и по всей цепочке командования, вплоть до офицеров низкого ранга, отдавая приказы и распоряжения, отправлявшие максимально возможное количество вооруженных сил в эпицентры зон поражения. По его оценкам, это должно было сократить противостоящие ему силы более чем на 86 процентов. Что очень даже не плохо. Эффективность довольна высокая. Жаль только, что такой же контроль с его стороны за его союзниками из числа людей был слабее. Как ему казалось, они слишком затягивали с выполнением своего задания. Хорошо, что надолго они не понадобятся. Новую попытку связаться с ним предпринял Курт Вимейстер. Еще одна его повязка с людьми, которая тоже долго не продлится. Скайнет решил ответить ему.