Дежурный по узлу связи выделил мне того самого солдата, что проводил синхронизацию коммуникатора и планшетника со штабными компьютерами и средствами связи.
— Вениамин — наш лучший компьютерщик. Покажите ему программу, он разберется. Работать можете в нашей комнате отдыха.
Оказывается, на узле связи была даже собственная комната отдыха. Вениамин провел меня туда, показал, где я могу расположиться, а сам ушел на непродолжительное время. Вернулся уже в очках, за которыми, видимо, и ходил. Я пока успел посмотреть, как отдыхают связисты. Комнатка была тесная, со звукоизоляцией, без дивана, на котором можно было бы выспаться, но с целым рядом кресел. В углу стояла старая, с ободранным лаком этажерка, на которой еле-еле поместился проигрыватель компакт-дисков.
— Музыку слушаете? — поинтересовался я от нечего делать, поскольку сигнал от планшетника об установке программы еще не поступал.
— Специальная музыка для релаксации. Чтобы расслабиться. Через два часа работы в эфире уши уже не различают звуков, перестают их делить и выделять то, что требуется. Необходим отдых и расслабляющая музыка.
— А я-то думал, что устают солдаты только во время марш-бросков, — пошутил я, но солдат, видимо, обладал не слишком развитым чувством юмора и начал мне подробно объяснять, как электромагнитные волны могут угнетать мозг.
— Да, — согласился я. — Нам бы такую комнату для отдыха на время боевой операции в горах. Солдаты ради хорошей музыки комнату на себе бы потащили…
Я не осуждал. Мне просто было обидно за солдат линейных подразделений, которые вынуждены работать во время операции на износ. Впрочем, в прошлую мою командировку сюда, в Дагестан, с нами на операцию ходил сержант с рацией с того же узла связи, только из другого состава — связисты, как и мы, прибывают сюда в сменных бригадах. Тяжелая штука, эта рация, как я сам убедился. А сержант вынужден был таскать спецрюкзак с ней на себе по самым крутым горным склонам, которые даже моим тренированным бойцам нелегко давались. И по скалам ползал, хотя и не имел тренировок на «скалодроме»[12], как все, без исключения, мои бойцы. Тоже у связистов жизнь бывает несладкой…
Наконец, планшетник дал едва слышный звуковой сигнал о завершении дистанционной установки новой программы. Письменный сигнал был выведен на монитор. В боевой обстановке все звуковые сигналы отключаются, и планшетник становится неслышимым даже своему обладателю, хотя может подавать сигнал вибрацией корпуса. Носится планшетник в специальном кармане на груди, который плотно пристегивается на прочные липучки прямо к бронежилету, и такой сигнал пропустить бывает невозможно. Вибрировать начинает весь бронежилет.
Вениамин сигнал услышал и догадался, что это такое. Впрочем, если он проводил мне синхронизацию планшетника, то, значит, знаком с системой хорошо.
— Разрешите, товарищ капитан?
Я передал ему гаджет, и солдат, легко и быстро отстукивая пальцами по сенсорному монитору, открывал и просматривал одну за другой функции программы. Но меня в данном случае интересовало только то, что мне было необходимо.
— Тут сопроводительное письмо пришло, — доложил рядовой. — Можно открыть? Наверное, какие-то пояснения…
— Открывай.
Пальцы снова застучали по монитору.
— IP-адреса. Непонятно только, почему их столько… А-а… Адреса динамические… Придется все вводить, на каком-нибудь он и попадется. Но тут пишут, что дали ваш, товарищ капитан, электронный адрес интернет-провайдеру. Вам письмом сообщат, когда данный компьютер выйдет в Интернет, и сообщат, с какого IP-адреса. Адрес может быть новым, вам придется его ввести вот в это окно… — Длинные худые пальцы солдата показывали, как указка, что мне делать. — После чего нажимаете клавишу «Поиск», и планшетник выдаст вам месторасположение удаленного компьютера. И на карте покажет точку, и в географических координатах обозначит. Если, конечно, в это время будет работать компьютер, вы, когда нажмете клавишу «Enter», сможете увидеть только то, что видит тот компьютер. То есть будете иметь возможность отследить сферу его интересов. Если там есть рабочий смартфон и выход в Интернет осуществляется с него, вы сможете и видеть, чем он интересуется, и слышать, когда он по телефону общается. Кстати, если на удаленном компьютере установлены мессенджеры и телефонные разговоры идут через них, тоже можете слушать. А вопросы будут, приходите ко мне. Если я не дежурю, я в казарме связистов. Всегда помогу. В случае чего будите даже ночью. Я, как все компьютерщики, предпочитаю ночную работу…
— Значит, компьютерщики как спецназовцы? — спросил я. — Виртуальный спецназ?
— То есть? — не понял Вениамин.
— Спецназ тоже всегда предпочитает ночную работу. Сама эмблема спецназа ГРУ об этом говорит[13].
— А ножевой бой в темноте имеет большие отличия от дневного?
Признаться, я об этом не задумывался. Скорее всего, отличия сводятся к повышенной внимательности и к возможности использовать ножи с черненым лезвием, какие обычно использую я. Даже днем использую. Но мне сообразить помешала другая мысль. Только вот недавно я беседовал с солдатами и офицерами своей роты, стремясь скрыть причину пребывания здесь нашей роты. Но, оказывается, даже солдаты узла связи знают, что капитан Ветошкин — признанный ножевой боец. И, скорее всего, знают цель, с которой разведрота во главе с капитаном Ветошкиным прибыла в расположение сводного отряда спецназа ГРУ. То есть скрываться дальше трудно и надо принимать какие-то меры. И я спросил об этом рядового напрямую.
— Да все об этом говорят, товарищ капитан… А откуда разговор пошел, я не знаю…
Это уже автоматически требовало принятия принципиально нового решения. С этим я и отправился в оперативный отдел…
В этот раз я старался идти по коридору, как ходят у нас в спецназе, чтобы мои шаги не отдавались гулко под потолком пустого коридора. Да и коридор был не совсем пустым. Дважды сначала один человек перешел из кабинета в кабинет, на ходу читая какие-то бумаги, потом точно так же другой человек прошел из другого кабинета в тот же, куда вошел первый. Вот их шаги я слышал, а свои не слышал.
Не услышал их и капитан Константинов. И потому не распахнул передо мной дверь. Я постучался и вошел, не дожидаясь приглашения. Константинов сидел за своим столом и читал какие-то документы, от руки внося в них правку, отдельные строки подчеркивал красным карандашом. Капитан Сережа за длинным общим столом склонился над картой, уперев в нее локти, и что-то там с любопытством рассматривал.
— Позавтракал? — спросил Костя.
— Откуда знаешь?
Капитан вздохнул устало:
— В окно видел, как ты в сторону столовой шел. А я вот и не ужинал, и позавтракать не успеваю. А все из-за тебя и твоей роты. Толстых опять работой загрузил. Уже голова чугунная, а делать приходится.
— Не торопись. Сначала нужно сменить принцип операции. Хитрость какая-то нужна. А то уже все знают и говорят о том, что прилетел капитан Ветошкин, чтобы зарезать эмира Омахана.
— Прямо так и говорят?
— Ну, не прямо, но общий смысл подразумевают именно такой. Я думаю, до самого Исмаилова слухи уже дошли, и его вытащить из берлоги будет трудно. Он не захочет драться с тем, кто может его победить. Здесь уже на кону не спортивный интерес, а вопрос жизни и смерти. В таких вопросах эмиры, как правило, себя стараются беречь.
— По нашим данным, у него серьезные финансовые проблемы. Он намеревался уехать на зиму в Турцию, но сейчас не может себе этого позволить. Как раз из-за финансов. Именно это толкнуло его на ограбление двух сельских магазинов.
— У нас нет точных данных, что магазины были ограблены именно бандой Омахана.
— А метод убийства продавцов? — спросил капитан Сережа.
— Ножом по горлу? На мой взгляд, это может сделать любой бандит.
Константинов встал и посмотрел на меня серьезно, словно с высоты своей усталости пресекая всякое иное мнение, кроме своего собственного. И так же серьезно заявил:
— Мне моя интуиция подсказывает, что это именно люди Омахана действовали. Товары и продукты не брали. Только деньги. Если ты посмотришь иркутское дело Омахана Исмаилова, там то же самое. В ограбленных домах ничего не взяли, кроме денег. Хотя там можно было поживиться и драгоценностями, и дорогими вещами. И потому считаю, что наш первоначально задуманный план должен сработать. Я сейчас как раз готовлю докладную записку по этому поводу. На ее основании намереваюсь разработать в подробностях план, о котором я тебе уже говорил. Тот, что изначально, без привязки к обстоятельствам, разрабатывался в вашем батальоне. И тебе придется участвовать в выполнении именно этого плана, чемпион…
В слово «чемпион» было вложено несколько килограммов презрения и недовольства моим несогласием. Я в ответ только усмехнулся:
— Если тебе делать нечего, можешь хоть целое ведро докладных записок написать. Мусорное ведро. А я и моя рота будем работать по собственному плану, потому что твой план, нечемпион, обречен на провал. А в случае его провала Омахан вообще надолго на дно заляжет, и выманить его никак не удастся…
Выкладки капитана Константинова, о которых он мне рассказывал еще утром, опирались на два совершенных в районе ограбления сельских магазинов. Костя был уверен, что магазины ограбили люди Омахана Исмаилова, но никакими доказательствами, естественно, он не располагал. Оба раза в деревнях люди видели машину, большую черную иномарку без номеров. Внедорожник с полностью тонированными стеклами. Но назвать марку машины никто не мог. И рядом с ограбленными магазинами машину тоже никто не видел. И потому связь машины и ограблений была притянута за уши. Кроме того, никто и никогда не говорил о том, что в распоряжении Старшего брата Сатаны имеется автомобиль. Константинов считает, что это автомобиль кого-то из людей Омахана. Но опять это только предположения. Строить планы на предположениях я не привык и работать по таким планам, естественно, не хочу.
Хорошо, что работа в сводном отряде позволяет различным подразделениям действовать самостоятельно. Обычно подразделение получало приказ из антитеррористического комитета Дагестана или напрямую из Москвы. Штаб сводного отряда в этом случае выполнял только вспомогательные функции — собирал материалы, разрабатывал несколько вариантов планов. Но, получив данные, подразделение, как правило, работало самостоятельно и имело полное право действовать, исходя из обстановки, а не по приказу. Это положение вещей я знал, видимо, лучше капитана Константинова.
— Давайте не будем ссориться… — покраснев, сказал капитан Сережа. У него, видимо, было меньше амбиций, чем у капитана Константинова, да и уверенности в правоте Кости не было. — Мы разработаем, что сможем, а твое дело, Алексей, выбирать, по какому плану работать. Еще будет оперативный план антитеррористического комитета, который на советах ФСБ обычно основан. Могут свои планы оперативники ГРУ прислать, могут оперативники вашей бригады, даже батальонные могут, если им новые данные предоставят. Твое дело — выбирать…
— Я выберу. — Я пообещал, как пригрозил. — Пока мне нужен тот уголовник, что понимает что-то в ножевом бою. Жив он? Или его зарезала жена сына?
— Обещали вскоре позвонить, каким бы результат поиска ни был. — Капитан Константинов пошел на попятную, как стало понятно по голосу. Его амбиций хватило ненадолго. Но я его тоже понимал. Сидишь-сидишь, часто целыми сутками напролет, тратишь время и энергию, придумываешь, изворачиваешься, даже извращаешься, чтобы как-то перехитрить того же Старшего брата Сатаны, а исполнитель все равно все по-своему делает. И так постоянно. От подобного разозлишься. А командование все равно приказывает план разрабатывать. Вдруг да что-то полезное исполнители в нем усмотрят. Может быть, только маленький эпизод, но уже будет польза.
У меня подал звуковой сигнал планшетник. Я вытащил его, поставил на свободный стол, сел рядом. Пришло сообщение от интернет-провайдера. Объект наблюдения вышел в Сеть. Давался его динамический IP-адрес, не совпадающий с предыдущими. Я тут же адрес скопировал, открыл программу спутникового контроля и ввел скопированное в строку поиска. Программа начала работать, сработала быстро, почти сразу сообщив мне точку на карте, откуда работал компьютер клиента, вывела его географические координаты. Я тут же вслух назвал координаты. Капитан Сережа, который стоял, склонившись над столом, перенес их на карту.
— Что там? — спросил я.
— Там маленький водопад, мелкое сероводородное озеро. Термальные ключи, то ли два, то ли три. Раньше считалось, что туда хорошо гонять скот, чтобы он не болел. Даже овцы, которые не большие любители воды, купались в теплом источнике. Лечились от разных болезней. Сейчас времена не те, скот не гоняют…
Я шагнул к столу, не удовлетворившись взглядом на свою карту. Мне почему-то показалось, что она может быть неточной. Но и большая топографическая карта оперативного отдела показывала то же самое.
— Прошу обратить внимание! — сказал я категорично. — Водопад падает. Источники бьют. Озерцо образовалось. Но нет вытекающего ручья… Задача на сообразительность. Куда уходит постоянно прибывающая вода?
— Здесь такое сплошь и рядом, — лениво ответил капитан Константинов. — Тянется ручей по ущелью и вдруг пропадает. Ныряет в какую-то щель, а потом выходит в соседнем ущелье, которое на проверку оказывается уровнем выше. Налицо нарушение законов физики. Мне, помнится, рассказывали, что даже воду для проверки подкрашивали и что-то в нее добавляли, чтобы убедиться, тот ли это ручей. Оказывалось, тот самый, то есть законы физики ему нипочем и принцип сообщающихся сосудов ручью непонятен. Не обучали, и потому он его не знает — течет снизу вверх…
— Я слышал про такие феномены, — согласился я. — Но я не о том. Эти феномены известны, описаны и изучаются гидрогеологами. В нашем случае нет ничего схожего. Просто вода из озера куда-то убегает, и все. Куда?
— В щель… — просто предположил капитан Сережа.
— Но довольно часто мы встречаемся с фактом, что за щелью, в которую убегает вода, находится пещера. Возможно, даже большая пещера. Мне потребуется время, чтобы отследить. Если компьютер будет хотя бы три раза работать с одной точки, придется направлять туда людей на разведку.
— А что за компьютер? — спросил Костя Константинов.
— Тот, про который ты мне рассказывал. С которого выкладывали в Интернет видео с убийством бурята Димы. Ты отправил данные в ГРУ?
— Конечно. Сразу, как ты попросил…
— Вот потому Управление космической разведки и поставило мне на планшетник программу спутникового контроля. Теперь мы имеем возможность обнаружить место, где прячется Старший брат Сатаны. — Я переключил программу в режим наблюдения за действиями компьютера объекта и мог читать то, что показывает его монитор. — Очень приятно, Константин…
— Что опять не так? — Капитан готов был снова на «дыбы» встать.
— Ты свой план уже доложил руководству отряда?
— Конечно. Сейчас работаю над замечаниями. Их от нечего делать, что ли, четыре листа написали…
— Можешь совершенно спокойно прекратить эту работу. Я разрешаю…
— То есть? — не понял капитан Константинов.
— Сейчас кто-то, то ли сам эмир Омахан, то ли его помощник, читает у вас на сервере этот план. Он что, даже не зашифрован?
— Говорят, что защита сервера позволяет не шифровать документы.
— А они обошли защиту стороной. За углом ее оставили. И читают. Выделяют и копируют. Можешь сам убедиться…
Последние свои слова я произнес, когда Константин уже встал из-за стола с желанием заглянуть в монитор моего планшетника. Я повернул его так, чтобы капитану было удобно читать. Он прочитал только несколько строчек.
— Точно. Моя разработка… Читают… Нужно немедленно доложить начальнику штаба!
— Доложи.
Константинов вышел. Его торопливые шаги звучали в коридоре за дверью громко и энергично. Наверное, и мои звучали так же, когда я приходил и Константинов распахивал передо мной дверь.
— И что будем делать? — спросил капитан Сережа.
— Ловить эмира, — сказал я спокойно и буднично. Так жене сообщают, что уходят в магазин за хлебом.
— Одного эмира поймать и уничтожить — это половина дела, — заявил Сережа. — Наш план предусматривал уничтожение всей банды.
Его высказывание навело меня на мысль. Я тут же нажал кнопку на коммуникаторе «Стрелец», вызывая дежурного по узлу связи. Дежурный ответил сразу.
— Капитан Ветошкин. Можно снова соединить меня с подполковником Седовым?
— Без проблем, — легко согласился дежурный.
Не прошло и минуты, как подполковник Седов ответил:
— Да, капитан. Я сейчас наблюдаю то же самое, что и ты…
— Товарищ подполковник, просьба есть. Можно ли в таких условиях скачать содержимое жесткого диска искомого удаленного компьютера?
— Можно. Только это не секундное дело. Нужно, чтобы он достаточно долго находился в Сети. Но я отдам сейчас распоряжение. Тебя, Ветошкин, что-то конкретное интересует?
— Так точно. Конкретное. Во-первых, на компьютере могут содержаться телефонные номера членов банды. Нужно поискать такой список. Во-вторых, там могут оказаться видеосюжеты с ножевыми боями эмира. Я хотел бы посмотреть, на что он способен в действительности.
— Хорошо, капитан. Что успеем, то скачаем. Я тебе сразу сообщу и перешлю файлы. Конец связи…
— Конец связи, товарищ подполковник…
Капитан Константинов вернулся вместе с капитаном Толстых. Я по-прежнему наблюдал в монитор, как эмир Омахан или кто-то из его помощников копирует файлы из компьютера сводного отряда спецназа ГРУ. Похоже было, что человек торопится, стараясь побыстрее завершить работу.
— Сейчас перекачиваются все данные с его компьютера. Там, возможно, есть телефоны членов банды. Как задержать эмира в Сети? Что еще ему можно подсунуть?
— Значит, этот план к использованию уже не годится? — спросил Толстых.
— Конечно. Эмир будет его наизусть знать.
— Костя, набери внизу все возражения. Мои и командира отряда…
— Но… я печатаю, как курица лапой. Одним пальцем… — попытался возразить капитан Константинов.
— Тем лучше, — решил я. — Тем дольше бандитский компьютерщик будет в Сети.
Константинов сел делать набор. Видимо, бандит заметил какие-то изменения, на какое-то время прекратил копирование, выясняя, что происходит, потом взялся за дело с новым усердием. И закончил достаточно быстро. Но и работу капитана Константинова он тоже заметил и стал копировать по абзацу, по мере набора. Копировать и сохранять на свой компьютер. Константин в самом деле набирал текст непростительно медленно, чем, думается, вызывал кучу матюков со стороны бандитского компьютерщика. У меня старшая дочь делает это в три раза быстрее. Но я капитана не торопил, дожидаясь сигнала от подполковника Седова. Наконец, вызов пришел.
— Алексей Афанасьевич, мы тут видели, что вы придумали, чтобы бандита задержать. Хорошая идея и хорошее исполнение.
— Это не я, товарищ подполковник. Это придумал капитан Толстых, а выполняет капитан Константинов. Их заслуга! — поддержал я капитанов перед лицом московского командования.
— Хорошо. Все хорошо выполнено, только не прекращайте набор, чтобы противник не понял своего провала. Мы все успели скачать, сейчас разбираемся. Что найдем интересное, я сразу перешлю электронной почтой или шифротелеграммой в адрес вашего начальника штаба, в зависимости от уровня секретности. У меня все. Конец связи…
— Понял, товарищ подполковник. Есть, не прекращать набор! Конец связи… — При словах о наборе я злорадно посмотрел на капитана Константинова, ожидая, что он вот-вот попросит толстое махровое полотенце, чтобы вытереть пот с лица.
— Что там? — спросил капитан Толстых. — Скачали?
— Скачали, сейчас разбираются с данными. Если что-то найдут, сразу пришлют электронной почтой или шифротелеграммой, в зависимости от уровня секретности. Шифротелеграмма, скорее всего, придет на ваше имя. Подполковник Седов просит не прекращать набор, чтобы замаскировать действия Управления космической разведки.
— Это понятно. Значит, потей, Костя, потей сильнее. До утра, надеюсь, закончишь?
— Через два дня — точно закончу, — не останавливая набор, пообещал капитан Константинов. — Заодно, даст бог, и печатать научусь…
— Ученье — свет, — изрек капитан Сережа. — Плохо, если он видится только в конце туннеля… Тогда это свет другой жизни, загробной…
— Лучше оставим загробную жизнь Старшему брату Сатаны, — решил капитан Толстых. — Но спрашивать его о ее существовании мы не будем. Когда нам представится возможность его спросить, он, конечно, знать будет, но будет не в состоянии ответить. На это, по крайней мере, я надеюсь.
Поразмышлять на тему потусторонней жизни нам помешал стук в дверь.
— Войдите, — на правах старшего распорядился Толстых.
Вошел капитан Слонов, начальник шифровального отделения сводного отряда.
— К тебе, товарищ капитан, зашел, предупредили, что ты здесь от меня спрятался. Из Москвы большущая шифротелеграмма. Срочная, — объяснил Слонов начальнику штаба.
Толстых расписался в журнале, Слонов сразу ушел, жестом отказавшись от чая, предложенного жестом же капитаном Сережей.
Начальник штаба, только взглянув на начало первой страницы, сразу передал шифротелеграмму мне.
— Подполковник Сомов расстарался. Как раз то, чего ты ждал. Операция наша теряет от этого в красоте и оригинальности, к которым имеет склонность капитан Константинов, но выигрывает в эффективности. Номера телефонов. Тридцать восемь номеров в алфавитном порядке. Через пять одна фамилия набрана заглавными буквами. Предполагаю, это командиры пятерок, которые и производят сбор личного состава банды. Но ты прочитай. Меня смущает, что фамилии набраны на русском языке. Это может быть подставой. Старший брат Сатаны настолько хитер, что в состоянии даже такую хитрую месть придумать.
— Хотя более резонным будет допустить, что компьютер куплен в России и клавиатура имеет только две «раскладки» — русскую и английскую, — возразил я. — Клавиатуру с арабской «раскладкой» даже в Дагестане, я слышал, приобрести сложно. Хотя возможно. Но об этом следует узнать у подполковника Седова. Они там, в Управлении космической разведки, не имели возможности выборочно скачивать файлы из компьютера банды. Для этого файлы требуется предварительно читать. Скачали, я думаю, все содержимое жесткого диска, вплоть до оперативной системы. А это значит, что определить «раскладку» возможных языков можно, заглянув в аппаратные средства.