— И ты решила, что не знаешь, что мне сказать, — тихо говорит он.

— Вы хотели это услышать?

— Нет, — но его глаза улыбаются, хотя губы и нет. Хотя его очерченные губы, до смехотворности сексуальны. — Но это то, что мне нужно было услышать. — Он поворачивается и кивает Стью. — Спасибо. Мы закончили.

На этот раз эти два слова не выворачивают меня наизнанку.

Я возвращаюсь к своему рабочему столу, и когда мне звонят из офиса через дорогу по поводу сбора средств, я практически бегу туда вприпрыжку.

Со стороны я наблюдаю, как людей засасывает пульс этого мира власти. И возвращение назад в университет в конце лета, теперь может стать для меня настоящей проблемой.

Глава 10.

Гэвин

Один из первых уроков, которым просверлил мне мозг сотрудник протокольного отдела, когда я переходил в должность премьер-министра, касался официальных подарков. Презенты не могут превышать определенную сумму в долларах. Любые подарки, которые я получаю, на самом деле, становятся национальным достоянием.

Макс прислал мне великолепные кожаные флоггеры, как только услышал об этом, урод. Я же сказал ему — первое, я не открываю свою почту собственноручно, и второе, моя ассистентка почти наверняка читала «Пятьдесят оттенков серого», поэтому она не собирается делать вид, что это какая-то западная атрибутика какого-то гребаного государства. Получить иск о домогательстве, выдвинутый против меня в первую неделю в должности, было бы несколько неудобно.

Макс послал ей самый большой и самый нелепый букет цветов в качестве извинений. Теперь она предполагает, что он самый веселый человек в стране и прогибается перед ним, готовая удовлетворить любой его каприз, который он ей отправляет… например приглашение на вечеринку по поводу сбора средств, которая состоится в пятницу.

Я на девяносто процентов рад тому, что мой лучший друг подумывает перебраться в столицу. Но десять процентов серьезно волнуются по поводу его образа жизни, который явно будет сказываться и на мне… на данный момент мои личные потребности полностью отделены от всего остального, вернее от остального меня в должности ПМ. Но такие мысли вызывают во мне чувство, что я хреновый друг, поэтому я засовываю их как можно глубже.

По любому, в данный момент у меня имеется более приятная задача — я раздумываю, как преподнести подарок, который я заказал для Элли.

Она стажер и официально у нас нет никаких личных отношений, и этот подарок соответствует всем правилам протокола. Но возможно, я немного перегнул палку. Я чувствовал необходимость немного загладить свои извинения за чашку-термос для кофе.

Но тут включаются другие обстоятельства. В своем идеальном мире, я бы подарил ей нитку жемчуга. Я бы раздел ее, поставил перед собой, дотронувшись до каждого дюйма ее тела, а затем бы только обернул нитку жемчуга вокруг ее нежной шеи.

Вместо этого, она получит канадский флаг — значок на лацкан из восемнадцати карат золота. Этот значок не будет говорить, что я хочу ее тело, ум и душу, поскольку он всего лишь гребаный символ патриотизма.

И как бы мне не хотелось это признавать. Я, действительно, хочу ее ум и душу так же сильно, как хочу властвовать над ее телом. Возможно, даже больше.

Я заставляю себя не думать о ней обнаженной. Сейчас лето, поэтому Элли на стажировке.

С приходом сентября, потребуется новый план.

Возможно, он будет включать в себя даже жемчуг.

А сейчас, я должен вести себя подобающим образом.

Я вскакиваю со стула и выглядываю за дверь своего кабинета.

— Бет, Элли знает, что она должна присутствовать на вечере по сбору средств?

— Не думала, что вы хотите, чтобы я послала ей приглашение, — она держит в руках кремовый конверт. — Я быстро отнесу ей.

Я тянусь к конверту.

— Нет, я иду в ту сторону. У меня есть свободных пятнадцать минут? — значок на лацкан прожигает мне дыру в кармане пиджака вот уже несколько дней, и я благодарен за невинную возможность вручить его собственноручно.

Бет знает меня лучше, за исключением Стью, чем кто-либо из моих сотрудников. В отличие от Стью, она не знает, какой я бываю сволочью. И она непревзойденный романтик. Ее глаза тут же загораются, и я стону внутри себя.

— На самом деле, скорее всего, у меня нет времени, — я отхожу от ее стола и как бы направляюсь в свой кабинет.

— Не для этого, — ее пальцы быстро летают по клавиатуре, и она вся светиться. — У вас есть тридцать минут.

Лахлан появляется, словно из воздуха (наверное, Бет наколдовала его) и прежде чем я задумываюсь об улучшении своего плана, мы уходим.

Моя спецгруппа охраны, на самом деле, довольно приятна в дневное время. Один возглавляет процессию, идя перед нами, пока мы переходим улицу, двое мужчин следуют позади. Наш поход занимает ровно пятнадцать минут, потому что мне необходимо остановиться и сфотографироваться на лужайке с двумя группами туристов, но такого рода импровизированные прогулки не так уж и плохи. Мне даже нравится по сравнению с некоторыми мировыми лидерами.

Итак, я стою перед зданием Ланжевен, где работает большинство моих сотрудников. Некоторые мои предшественники больше времени провели здесь, чем я, и я уверен, что как начнутся заседания правительства, я буду здесь дневать и ночевать. Но во всей работе филиала штаб-квартиры есть кое-что, что импонирует моему доминирующему характеру.

Я хочу, чтобы мои сотрудники приходили ко мне, чтобы они уяснили, что я являюсь для них авторитетом каждый день. И даже когда я принимаю решения, вопреки их советам, я делаю это исключительно руководствуясь своей должностью.

Некоторых моих новых сотрудников это застает врасплох.

Стью и Бет? Они не шокированы моими действиями. Они знают, что я безжалостный, когда этого хочу. Все остальные видят во мне дракона, который готов сражаться до смерти за свои принципы.

Неужели истина заключается в том, что я предстаю перед всеми, как рыцарь в сияющих доспехах? И не задумываюсь дважды, собираясь проткнуть сердце своих врагов.

Наконец-то я добрался до кабинета Элли. Лахлан и остальные члены охраны, Слава Богу, не следуют за мной в здание, и я не чувствую сейчас их внимание на себе, никто не обращает особого внимания, что я вот так просто пришел, чтобы встретиться с ней.

Ее дверь открыта, и на мгновение я останавливаюсь в проеме, наблюдая. Она выглядит такой сексуальной, когда о чем-то задумывается.

Я стучу по дверному косяку, и она поднимает глаза.

— Есть минутка?

— Конечно, — она откидывается на спинку кресла.

Я закрываю за собой дверь и направляюсь к ее столу, но продолжаю стоять.

— Акция по сбору средств будет через неделю, и я только сейчас понял, что ты могла быть не в курсе, но твое присутствие необходимо, — я вытягиваю приглашение из кармана пиджака и протягиваю ей. — Это тебе понадобится.

Ее глаза впиваются в кремовый конверт.

— Ой. Даже не могла бы предположить, что могу быть приглашена на такое событие. Я всего лишь интерн.

— На самом деле, именно ты была движущей силой по связям с общественностью, которая удерживала сбор средств от стихийного бедствия. Ты определенно больше, чем просто интерн.

Ее лицо становится очаровательно розовым и внезапно, единственное, что приходит мне на ум, как я шлепаю ее по заднице, которая становится от шлепков моей ладони, тоже очаровательно розовой.

Возникшая картинка невероятно отвлекает, и мое тело мгновенно реагирует на нее, но я заставляю себя сфокусироваться на том, зачем пришел.

— И в результате твоей отлично проделанной работы, я хотел бы подарить тебе небольшой знак моей признательности.

Я опускаю руки в карман и извлекаю маленькую золотую знакчок-булавку. Она конечно же была красиво упакована, но я не захотел, чтобы она сначала ее распаковывала, поэтому решил, лучше подарить ее так.

Я не могу заставить себя рисковать, коснувшись ее кожи. Мой пах виден ее взору, и я вовсю борюсь с эрекцией, поэтому аккуратно кладу значок на стол.

Она берет в руки и мгновение внимательно разглядывает, небольшая улыбка приподнимает уголки ее губ.

— Она прекрасна. Спасибо.

— Всегда пожалуйста, — отвечаю я, делая паузу. Многое мне хочется ей сказать. Но это не совсем уместно, и дверь в ее кабинет закрыта уже достаточно долго. — Надеюсь, увидеть тебя на благотворительной акции.

Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но замираю на месте, как только она нерешительно то ли хмыкает, то ли хныкает. Да, я пришел с официальным визитом, но в данный момент мой ум отказывает, желая только одного — заняться сексом.

— О вашем предложении. Хм... я дам Бет знать...я имею в виду, конечно, я постараюсь присутствовать.

Я тут же разворачиваюсь и склоняюсь над ее столом, мое лицо находится всего лишь в нескольких дюймах от нее. Бл*дь, у нее такие красивые глаза.

— Приглашение — формальность. Твое присутствие является обязательным. И правильный ответ, с твоей стороны, будет — да, сэр.

Ее дыхание становится поверхностным, ее губы не двигаются, но я тут же представляю, как они будут идеально смотреться на моем члене. Я подавляю эту мысль, напомнив себе, где я нахожусь и кем являюсь, прежде чем я сделаю или скажу что-нибудь такое, отчего мы оба не сможем оправиться. Я адски стараюсь не обращать внимания, как расширяются ее зрачки, губы становятся ярко-красными, как все ее тело учащенно гонит кровь к определенным частям тела, она вдруг понимает, что с ней происходит.

Я проваливаюсь в захватывающее зрелище.

Потом выпрямляюсь и делаю шаг назад, повторив:

— Я надеюсь увидеть тебя на благотворительном вечере, Элли.

Она медленно кивает и выдавливает из себя самый идеальный ответ:

— Да, Сэр.

Весь день у меня идут встреча за встречей, и я попадаю домой после десяти. Я умираю с голода и после визита в офис Элли сегодняшним утром, который можно назвать полным провалом, мне необходимо поговорить с Максом.

Я скидываю ботинки, как только вхожу в дверь. Словно в свой офис премьер-министра, мой охранник остается за дверью. Суссекс охраняется 24 часа в сутки, даже когда меня здесь нет, и хотя внутри имеется сложная система безопасности, о чем меня не преминули заверить, здесь у меня имеется, по крайней мере, относительная конфиденциальность.

Я швыряю пиджак и портфель на диван, проходя на кухню. Я с нетерпением продставляю, как съем вчерашние остатки пиццы и выпью пиво, впервые за весь день.

Я достаю из холодильника коробку с пиццей вместе с бутылкой моего любимого пива и возвращаюсь в гостиную.

Макс поднимает трубку после первого звонка. Мой рот наполнен пиццей, но это не столь важно. Он начинает говорить первым.

— Твоя ассистентка, парень. Она офигительная. Она уже предоставила мне агента по недвижимости и согласилась со мной взглянуть на дом, мне необходим женский взгляд.

Я чуть не подавился, пытаясь проглотить пиццу и быстро запивая ее глотком пива.

— Я сказал тебе, не подбивать клинья ни к кому из моей команды.

— Ой, я не подбиваю. Она предложила. Я согласился.

Я достиг своей цели в политике, благодаря тому, что не вмешивался не в свое дело, но я знаю, что Бет недавно, буквально на днях, рассталась со своим бойфрендом, поэтому пропускаю мимо ушей небрежный энтузиазм Макса, который вообще-то касается меня на многих уровнях.

Он намного больше, чем просто игрок. Он заставляет меня выглядеть рядом с ним абсолютной «ванилью».

И это у Бет была никакая интрижка, из которой она решит потом свалить. Она и ее бойфренд жили вместе уже более двух лет, по крайней мере, когда она устроилась еще тогда ко мне на работу.

Не могу сказать, что у них пошло не так. Единственная причина, из-за чего я узнал, что они разошлись от своей службы безопасности, которая держит меня в курсе всего происходящего, потому что Лахлан решил, что мне следует знать, что Бет сейчас может находится в эмоциональном стрессе из-за разрыва отношений.

— Я никогда не вмешивался в твою жизнь, поэтому тебе стоит прислушаться к моим словам, я говорю сейчас вполне серьезно. Не давай ей повода на что-то надеяться. Я не говорю, что не стоит флиртовать, но… Прошу тебя, просто убедись, что она правильно понимает твои намерения. Хорошо?

— Вау, ты вылил на меня сейчас ушат холодной воды.

— Мне нужно, чтобы ты доверился мне, и когда я говорю так, у меня есть для этого причины. Ладно, оставим это.

— Хорошо. Итак, почему ты звонишь, что не можешь подождать до пятницы?

Сейчас я уже не так уверен, стоит ли с ним вообще обсуждать весь произошедший маразм за день.

— Да, ничего особенного. Просто был долгий день, и мне не очень нравится есть свою пиццу в одиночестве.

— Именно поэтому я и переезжаю к тебе.

Я закрываю глаза и опускаю голову на мягкий подголовник дивана. Но я улыбаюсь от его слов.

Глава 11.

Элли

Я распахиваю со стуком дверь в квартиру и вижу свою соседку.

— Мне необходимо платье.

Саша кивает, будто именно так я каждый вечер появляюсь в дверях и завожу разговор о платье.

— Поройся в моем шкафу или воспользуйся кредитной картой по максимуму.

«И правильный ответ, с твоей стороны, будет — да, сэр».

Я не могу надеть Сашины платья. Если сбор средств пройдет так, как я надеюсь, я хочу, чтобы это платье было достойно того, чтобы его в последствии отправили в секс-музей. Кроме того, мне кажется, надев ее платье я нарушу целый ряд правил — секс в одежде своей соседки.

Не то, чтобы мы собирались заняться сексом. Однозначно, нет.

Но...

Я нервно облизываю губы, глядя на свою соседку по квартире. Она знает о Гэвине. Она знает, что он сослал меня и насколько я страдаю, и она знает о кружке-термосе.

Могу ли я ей рассказать, чтобы произошло сегодня?

В какой момент я вообще поверила, что наши действия — медленный, соблазнительный танец взглядов и слов, перемешанный химией — на самом деле, куда-то нас приведут? После его визита в мой офис в здание Ланжевен...