После школы мы с Белкой волокли мою клетку по улице, потом с трудом втиснулись в автобус. Пассажиры ругали нас, потому что клетка мешала им входить и выходить на остановках.

Мы пробрались на тот же пустырь, к дому, который вырос еще на пол-этажа, но все равно казался мне в сумерках полуразрушенной старой крепостью.

Мы поставили клетку на то же самое место, откуда исчез цветочный горшок. Потом я подсадил Белку, и она влезла в комнату, где не было еще ни пола, ни дверей. А главное, не было света.

– Спрячься в углу и наблюдай за клеткой, – сказал я. – Никому не позволяй ее унести…

– А кто может ее унести? – перепуганным голосом спросила Белка.

– Мало ли кто! Сиди тихо и следи. Скоро мы с Тимошкой придем… А ты все равно не подавай голоса!

Голос у Белки от страха вообще пропал: она мне ничего не ответила.

Вскоре мы с Тимошкой появились на пустыре. Я снова держал его за руку, снова принюхивался, чтобы найти дорогу к неожиданной находке. А вблизи от недостроенного дома опять зажмурился и сказал:

– Не смотрю, но вижу! Как это необычно: в доме еще никто не живет, а в окне уже стоит птичья клетка!

Тимошка приблизился к дому… И присел на корточки от восторга и удивления.

– Откуда она здесь?

– Чего не бывает на свете! – ответил я.

В темном углу комнаты что-то зашуршало.

– Там… кто-то прячется! – вскрикнул Тимошка.

Я должен был показать себя смельчаком. Поэтому, не задумываясь, забрался на окно, спрыгнул в комнату и крикнул:

– А ну кто здесь есть? Выходи!

Никто не вышел. Белка притаилась в углу.

– Показалось!.. – сообщил я Тимошке.

– Какая клетка! – восторгался он, открывая дверку. – Целый птичий домик!

– Она самодельная, – объяснил я. – Таких в магазинах не продают.

– Хоро-ошая! Феликс тоже умеет разные вещи из дерева делать.

Послушать его, так Феликс вообще всё умеет: и отгадывать на расстоянии, и по-птичьи разговаривать, и клетки делать.

– Мы найдем больную птицу и будем ее лечить, – сказал я. – У тебя дома.

– Нет, лучше в школе, – неожиданно возразил Тимошка. – У нас там есть живой уголок. Принеси клетку прямо туда. Сейчас забери, а потом принеси.

– Принести?

– Если тебе нетрудно… Там ведь живой уголок.

Я удивился его просьбе. Но делать было нечего: пришлось тащить клетку обратно домой.

Коля