[1] Много лет назад в Ханга-Роа правил Поио, вождь миру, человек храбрый, но миролюбивый. Во время правления Поио его племя, занимавшееся главным образом земледелием, достигло своей славы: оно было самым уважаемым мата на острове. Будучи сторонником мира, Поио, великий этот человек, оказался втянутым против своей волн в одну из самых жестоких войн, какую помнят жители.

[2] В Хоту-Ити жили тупахоту; вождем их был Каинга, человек сильный, смелый и опытный мореход, который большую часть своего времени проводил в лодке. На побережье острова не было ни одной пещеры, ни одного грота, которых бы он не знал. Лодки, которые строило мата во время его правления, были самыми большими на Рапа-Нуи; на них тупахоту ходили до Моту-Матиро-Хива, откуда возвращались с большим количеством рыбы и яиц морских птиц. [3] Самым преданным советником и доверенным лицом Каинги был Ваха, его лучший воин. Он же возглавлял племя, когда вождь отправлялся в плавание. [4] В молодости Ваха любил самую красивую девушку мата миру, сестру Поио. От этой любви родился сын, которого звали Хото Ари. [5] Но так как Ваха не захотел покинуть арики (Каингу) и жить в Ханга-Роа, а находиться в Хоту-Ити сестре не разрешал Поио, то встречи их прекратились. По приказу Поио Хото Ари воспитывался в Ханга-Роа, и сам арики взял его под свое покровительство.

[6] В те времена в обычаях знатных рапануйцев было посылать своих сыновей в школу под названием Таутанга[462], где известные воины обучали юношей военному искусству. На первых уроках их учили метать камни на определенное расстояние, хорошо рассчитывая удары, и избегать их, затем им показывали, как обращаться с копьями. Сначала они пользовались стеблями тао хива[463], который в большом количестве растет в этом месте на берегу моря. Сначала расстояние между учениками и целью было три метра, но постепенно оно увеличивалось, и упражнение повторялось до тех пор пока юноши не достигали большой ловкости. Позднее около цели ставили несколько мальчиков, приучая их увертываться от копий, которые в них бросали остальные. Когда они достигали ловкости, то упражнялись с копьями, которые они делали из сахарного тростинка, оставляя на конце два листа. Наконец, они учились обращаться с настоящими копьями с обсидиановыми наконечниками матаа. Место, где они занимались, называлось Кауханга-о-Вару.

[7] [Возвращаясь к нашей истории, легенда рассказывает], что у Каинги было двое сыновей: старшего, гордость отца, юношу сильного и ловкого, звали Уре[464]; младший был очень хорошим, но, к несчастью, уродом. Звали его Нга Раухива Аринга е Руа. У него было два лица: одно смотрело вперед, а другое — назад. Каинга очень любил обоих сыновей и послал их в Таутанга, чтобы они овладели там военным искусством и приумножили тем самым славу, которой он достиг в своем мата. [В] Хото Ари, племянник Поио, тоже был в Таутанга и вскоре стал известен своей приветливостью и отвагой. Учителя выделяли его как лучшего ученика, распространяя славу о нем по всем мата острова. Поио, который был очень счастлив, имея такого способного племянника, хотел, чтобы тот изучил и познал как можно больше. Ни одно состязание между племенами, будь то плавание или метание копий, не проходило без того, чтобы не победил Хото Ари. Ваха, его отец, не мог скрыть своей большой гордости и удовлетворения от того, что у него такой знающий сын, однако не выказывал ни малейшего к нему интереса из-за того, что Поио вынудил его жить отдельно от семьи. [9] Уре, Нга Раухива Аринга е Руа и Хото Ари были в школе Таутанга вместе. Хото Ари ненавидел сыновей Каинги, так как считал, что тот был причиной отчужденности его отца, которым он восхищался. Он приставал к ним где и как только мог, постоянно оскорблял их в присутствии остальных товарищей. Однажды он спрятался за скалой, чтобы напугать их в тот момент, когда они спокойно выходили из своего дома. Частенько в присутствии остальных [учеников] он смеялся над физическим недостатком Нга Раухива Аринга е Руа. Сначала [братья] молча сносили насмешки, но постепенно отношение Хото Ари начало злить Уре, и однажды он рассказал отцу об этом и спросил, что можно сделать, чтобы покончить с таким неприятным положением. [10] Оскорбленный Каинга видел в Хоту Ари представителя миру, но забыл, что он сын Вахи, его лучшего воина. Он приказал Уре убить белого петуха, выпотрошил его, поджарил внутренности на горячем камне, дал их съесть своему сыну, сказав, чтобы тот лег затем спать. Юноше приснился очень странный сон. Он увидел семь банановых растений, посаженных на расстоянии трех метров, которые он срезал одним ударом копья с обсидиановым наконечником. Была уже ночь, когда он проснулся и увидел сидящего рядом отца, который, ни о чем не спрашивая, дал сыну съесть остатки жареного петуха. Когда Уре кончил есть, Каинга спросил его, видел ли он какой-либо сон, и тогда юноша рассказал о своем сне. Каинга тотчас же расположил семь побегов банана так, как Уре видел во сне, и сказал: «Возьми обсидиан и попробуй срубить растения». Уре взял копье и одним ударом срубил три побега. Видя такую победу сына, Каинга воскликнул: «Ты победишь своего врага!» Затем они легли спать.

[11] На следующий день сыновья Каинги поднялись, как обычно, чтобы идти в школу. Отец дал Уре маленькое копье с обсидиановым наконечником, который он ночью приготовил и заострил; юноша спрятал его под плащом из тапы. Весь день они занимались, не обращая внимания на товарищей. После занятий они решили идти домой. Когда они проходили мимо одной скалы, к ним прыгнул Хото Ари, чтобы напугать их, показывая им язык под смех других юношей, которые шли вместе с ним. [12] Рассерженный Уре схватил обсидиан, который он хранил втайне, и бросил его в Хото Ари. Копье настигло юношу совсем врасплох с такой силой, что распороло ему живот. Обливаясь кровью, Хото Ари упал на землю, товарищи в ужасе тотчас же подбежали к нему, чтобы помочь, но всякая помощь, была напрасной: Хоту Ари, корчась на песке от боли, через некоторое время умер. [13] Каинга незаметно последовал за своими сыновьями в школу и наблюдал из-за камня за страшным зрелищем. Воспользовавшись переполохом среди юношей на поле для занятий, он посадил старшего сына себе на плечи и побежал домой в Хоту-Ити.

[14] Поио [тем временем] собрал своих воинов, чтобы отомстить за смерть племянника в битве, которая закончилась полным поражением людей Каинги. Чтобы помешать уничтожению племени, Каинга приказал части мата бежать к островку Моту-Маротири. Этот утес башней нависает над морем, отсюда можно было легко защищаться. Другой части мата он приказал спрятаться в многочисленных пещерах, на холме Поике, обнаружить которые было трудно. Своего сына Уре Каинга отправил в маленькую пещеру Ана-Хока-Кава, вход в которую был известен только ему, так что была полная уверенность, что никто не найдет ее. Оставляя сына там, он посоветовал ему не выходить из своего убежища: «В окрестностях ты сможешь найти много морских водорослей ауке и моллюсков мама, так что еды тебе хватит. Не выходи из пещеры; Поио и его люди попытаются взять тебя обманом».

[15] Убедившись, что все его люди в безопасности, Каинга бросился в воду, чтобы вплавь добраться до островка Моту-Маротири. Когда Поио и его товарищи, преследуя врага, вышли на берег, они увидели Каингу, плывущего далеко в море по направлению к островку. Он легко достиг цели и засел вместе со своими людьми в огромной пещере. С островка Каинга видел, как его младший сын Нга Раухива Аринга е Руа бежал от одной из пещер по направлению к Тонгарики с тем, чтобы переплыть море и присоединиться к людям, находившимся на Моту-Маротири. Но воины Поио узнали его и стали преследовать его, бегущего со всех ног к морю. Лицом, обращенным назад, Нга Раухива Аринга е Руа видел, что нужно торопиться, так как противники настигают его. Он остановился, чтобы посмотреть лицом, смотревшим вперед, но, к несчастью, из-за этого потерял время, и Паоа а Уре, воин Поио, настиг его и пронзил ему грудь копьем. Каинга увидел с островка Моту-Маротири эту драму, но, не имея возможности помочь сыну, в отчаянии воскликнул: «Вивири аку Раухива!» («Умер мой удивительный сын!»)

[16] Тем временем Поио вторгся в область хоту ити и его воины поджигали жилища тупахоту, разоряли поля. Детей и старух, которым не удалось вовремя скрыться, они убивали, а встречая на своем пути женщин, распределяли между собой. Но несмотря ни на что, ненависть победителей не была удовлетворена. Совет воинов, созванный Поио, решил вести войну до тех пор, пока побежденное мата не будет истреблено. Поэтому он расположился в пещере Ана-Хавеа-Нуи, которая находится на берегу моря около Тонгарики. [17] Чтобы покончить с защитниками островка, Поио воспользовался помощью Вахи, советника Каинги. Ваха, хотя и прикидывался верным подданным своего вождя, горел желанием отомстить за смерть сына Хото Ари. Он с легкостью согласился выдать своего арики вместе с остальной частью мата. Ваха сел в большую лодку, отправился на островок и предложил Каинге перевезти его и всех остальных людей в надежное место, где можно было бы спокойно переждать, пока Поио и его воины не успокоятся.

[18] Каинга, который полностью доверял Вахе, согласился на его предложение, и после долгих переговоров было решено, что сначала будут вывезены дети и женщины, затем — мужчины и наконец, последним, сам арики. Той же ночью Ваха перевез первую группу детей и женщин в Тонгарики, где их ждали Поио и воины. Когда лодка с живым грузом прибыла, они вытащили из нее женщин и распределили их между собой, а всех детей (их было более ста) безжалостно убили. До сих пор это место известно под названием Папа-Тата-Поки («Место убийства детей»). Та же участь постигла позднее и остальных людей, которых Ваха по ночам привозил в Тонгарики. Каинга же не подозревал о его измене. По прибытии лодок Поио делал отметку черточкой на скале недалеко от той пещеры, где он жил; число черточек дошло до сорока. [19] Чтобы покончить с людьми Каинги, которые скрылись в пещерах на холме Поике, Поио приказал сделать большие сети. В этих сетях воины спускались до самого входа в пещеры, расположенные на обрывистых склонах холма, в которых прятались люди тупахоту. Многие из них, главным образом женщины и дети, из любопытства выглядывали из своих укрытий, а враги убивали их.

[20] Эта кровавая борьба продолжалась три месяца, и количество убитых увеличивалось день ото дня. Лучшим союзником Поио был голод, который вынуждал людей Каинги выходить из своих убежищ. В конце концов в живых осталось лишь тридцать человек, самых сильных и смелых, укрывшихся в пещерах на Поике; выходили они только ночью, питаясь морскими водорослями, собранными на берегу, ели также мясо товарищей, убитых воинами Поио. [21] На островке Моту-Маротири продолжались убийства, и не было ночи, чтобы не прибывал живой груз. Таким образом в Хоту-Ити человеческое мясо было в изобилии, каждый день излишки его отправляли в Ханга-Роа, чтобы кормить жившие там семьи воинов.

[22] Однажды на рассвете Поио, как обычно, ожидал прибытия жертв, преданных Вахой. Когда лодка приблизилась к берегу, он увидел высокого и тучного человека по имени Ханга Маихи Токерау. Он заинтересовался им: Ханга Маихи Токерау мог стать вкусным блюдом. Здесь же, около Поио, стоял один из его сторонников, пользовавшийся большим авторитетом среди людей Поио. Звали его Охо Така Торе и командовал он людьми из Ро-Ихо, местечка около Тепеу. Он тоже заинтересовался Ханга Маихи Токерау, подошел к Поио и попросил уступить пленника себе: он хотел преподнести его своей семье по случаю праздника. Поио решительно отказал Охо Така Торе в просьбе под тем предлогом, что тот недостаточно хорошо бился накануне и не заслуживал такой вкусной еды. Ничего не ответив, он вернулся в свою пещеру; головной убор из перьев он надел задом наперед в знак ссоры. Поио, видя, что он ушел к себе, сказал смеясь тем, кто стоял рядом: «Рассердился!»

[23] В этот день Охо Така Торе не принимал участия в битве; он пошел к дочери в Хоту-Ити (она была замужем за одним из тупахоту по имени Моа). Влияние и авторитет Охо Така Торе были настолько велики, что никто не трогал его зятя Моа, хотя тот и принадлежал к побежденному мата; ему оставили дом и плантации. [24] Дочь очень обрадовалась, увидев своего отца, который навестил ее впервые после свадьбы. Он с неудовольствием дал согласие на этот брак, так как это означало, что дочь уходит от него и будет жить у тупахоту. Дочь ласково пригласила его отдохнуть и что-нибудь поесть. Поев, Охо Така Торе попросил ее поискать у него вшей, которые очень беспокоили его. Поговорив с ней, выспросив, как обращается с ней муж, он внезапно спросил: «А что говорит Моа о войне между нашими мата?» На это она ответила, что муж никогда не говорит с ней о войне, зная, что она принадлежит к племени победителей. Уходя он рассказал ей о ссоре с Поио.

[25] Когда Моа вернулся, жена рассказала ему о том, что приходил отец и о чем он расспрашивал ее. Моа, который знал уже о ссоре своего тестя с Поио, не поддержал разговора, а после короткого отдыха слова ушел из дома, чтобы закончить, как он сказал, свою работу на поле. Придя на плантацию, он собрал все бананы, сладкий картофель, таро, сахарный тростник, убил несколько кур и приготовил пищу в земляной печи. Когда все было готово, он положил еду на банановые листья и завернул ее в большой пакет.

[26] Начало темнеть, он вернулся домой и велел жене ложиться спать, сказав, что сам пойдет на всю ночь удить рыбу. Уже совсем стемнело, когда Моа поднимался по склонам Рано-Рараку. Он быстро спрятал свою сеть за деревом и зашагал по направлению к холму Поике, где безуспешно боролись остатки его мата. Так как уже наступила ночь, то никто не обратил на него внимания. Вблизи холма Поике росла пальма, с которой Моа срезал восемь веток. К середине ночи с этими ветками и пакетом он подошел к входу в пещеру; никто его не заметил. На вопрос стражи он назвал свое имя и прошел. Он тотчас же отдал товарищам то, что приготовил в очаге, и они съели все это с большим аппетитом, так как их очень мучил голод. [27] Затем Моа стал говорить с оставшимися в живых воинами (их было тридцать человек) и предложил им свой план, как решить исход войны. До сих пор учитывалась лишь тактика врата. Моа показал своим, как сделать из костей погибших товарищей крючки и как прикрепить их к концам веток, которые он срезал с пальмы. Он посоветовал им на следующий же день, когда воины Поио спустятся в сетке ко входу в пещеру, предпринять контратаку. Затащить сеть при помощи крючков в глубь пещеры. Люди, находящиеся в сетке, не смогут двигаться, поэтому их можно будет легко атаковать и всех перебиты Затем они сами должны залезть в сеть и дать сигнал поднимать ее наверх. Таким образом, можно будет легко напасть на врагов, ничего не подозревающих об обмане, тем более, что они, занятые своим делом, будут без оружия. Внезапная атака обеспечит быструю победу над противником. Чтобы еще больше воодушевить своих товарищей, Моа рассказал им о ссоре своего тестя и Поио. [28] Все тридцать человек приняли план Моа, не обсуждая его, и согласились выполнить все его указания. Моа же, лелея надежду на то, что выход найден и люди будут спасены, распрощался с товарищами и отправился домой, куда пришел перед восходом солнца. На обратном пути он снова прошел мимо вулкана Рано-Рараку и, взяв сеть из потайного места, опустил ее в море, чтобы омочить. На ней он оставил несколько морских водорослей, чтобы жена не сомневалась в том, что ночью он рыбачил.

[29] Людей, которые находились на островке Моту-Маротири, Ваха каждую ночь переправлял на своей лодке в Тонгарики, где их убивали. Каинга и не подозревал, что спасение, обещанное его советчикам, обернулось смертью для его людей. Наконец на островке в живых осталось лишь пятьдесят самых сильных воинов, арики и его сын Уре, скрывавшийся в одной из пещер. [30] Но несмотря на пролитую кровь, Ваха не успокаивался и хотел собственными руками убить Уре, сына арики Каинги, и этим отомстить за смерть своего сына Хото Ари. Уре, однако, точно выполнял указания отца и не выходил из пещеры. Чтобы выманить его из убежища, Ваха устроил ловушку и однажды ночью положил на скале сердцевину банана (medula de una mata de platanos). Увидя сердцевину банана, Уре с возмущением подумал, что в то время как он питается одними водорослями, его отцу приносят ямс. Желая раздобыть лакомый кусочек, он, забыв о предостережениях отца, вышел из пещеры и поплыл к скале, на которой, лежал, как ему казалось, ямс. Ваха, уверенный в том, что отмщение близко, следил из своего тайника, как Уре подплывал к скале. Ликуя, он ждал, когда юноша выйдет из воды; его оружие было наготове. Но Каинга заметил появление сына. Видя, что Ваха спрятался, держа копье, он догадался о его намерениях и быстро вылез из пещеры. Но, чтобы добраться до Вахи, ему нужно было вплавь пересечь часть пути. [31] Как только Уре вышел на берег, Ваха выскочил из своего укрытия и воскликнул: «Уре убил Хото Ари, Ваха убьет Уре!» Он метнул копье, и юноша тотчас же упал замертво. Взяв тело, Ваха намеревался вернуться в Тонгарики. чтобы показать людям свой трофей. Но в это время Каинга уже поднялся на скалу и увидел, что сын его мертв. [32] Разъяренный Каинга побежал с копьем к Вахе, крича: «Уре убил Хото Ари, Ваха убил Уре, но Каинга убьет Ваху!» Обсидиановым копьем он проломил изменнику голову и, плача, поднял тело несчастного сына. Вплавь он направился к Поике и ночью похоронил своего сына в аху, которое и сегодня носит имя Каинги. Похоронив сына, он вернулся на островок, отнес тело Вахи в пещеру и роздал мясо своим товарищам.

[33] Люди, скрывавшиеся в пещере, сделали крючки, как им посоветовал Моа, и укрепили их на концах пальмовых ветвей. На следующий день, как обычно, воины Поио спустились в сетке, но на этот раз произошло такое, чего они и представить себе не могли. Несчастные жертвы не скрывались, как всегда в таких случаях, а втянули сеть крючками ко входу в пещеру и атаковали врагов. Бой был коротким: вое воины, сидевшие в сетке, были убиты. Затем беглецы заняли место убитых в сетке и дали сигнал к подъему. Оказавшись на скалистом уступе, они, собрав все свое мужество и ярость, напали на людей Поио и уничтожили всех их, даже не внимая воплям и просьбам безоружных людей. Они даровали жизнь лишь людям Охо Така Торе, зятя Моа. Когда тот увидел, что его люди не пострадали и с ними обращаются, как с друзьями, он дал приказ присоединиться к победителям. [34] Под командованием Токе Хеу, самого знатного воина, который был избран их вождем еще во время пребывания в пещере, они заняли вершину Поике. Оттуда они позвали Каингу и остальных людей, находившихся на Моту-Маротири, чтобы те присоединились к ним. Увидя сигнал, они пересекли море вплавь, поднялись на вершину холма и, посовещавшись, решили напасть на Поио и его воинов, пока те отдыхали и спали в пещерах Тонгарики. Напав со всех сторон, восемьдесят тупахоту вместе с отрядом Охо Така Торе начали борьбу с невиданным мужеством; многие люди Поио были убиты, а те, кто был застигнут врасплох и без оружия, схвачены разъяренными врагами. Поио, удивленный и напуганный, побежал по направлению к Ваиху. Здесь его схватил Токе Хеу, но Каинга, который был рядом, приказал отпустить его, так как он сам хотел сразиться с ним и отомстить за смерть своих близких. Поио воспользовался этим и побежал дальше, к Ханга-Роа, своему родному селению.

[35] Когда сражение закончилось, победители распределили между собой схваченных женщин. Одна из них рассказала Каинге, что жители Ханга-Роа готовятся к празднику, чтобы отметить истребление племени тупахоту. Каинга снова пришел в ярость; не колеблясь, он приказал своим воинам собраться, повел их на Ханга-Роа и занял прилегающие к ней холмы. Они предприняли атаку и в тяжелой борьбе уничтожили воинов миру; мужчины были убиты, а женщин воины взяли себе. Однако, несмотря на то что все тайники были обысканы, Поио и его братьев найти не удалось. Затем без потерь они вернулись в Хоту-Ити. Они распределили между собой только что завоеванные земли; Каинга взял себе земли от Ханга-Нуи до Хоту-Ити, Охо Така Торе — внутренние районы острова, а Токе Хеу— холм Поике. Захватив земли, они начали обрабатывать поля и постепенно дети восьмидесяти побежденных мужчин и женщин заселили эти районы. В последующие годы бывало много праздников, так как юноши хоту-ити женились на девушках с холма Поике, а юноши, жившие на Поике, женились, в свою очередь, на девушках из Хоту-Ити. Каинга и Токе Хеу строго следили за тем, чтобы их люди не женились внутри мата.

[36] Хотя счастье и успех царили на этих землях, Каинга только и думал о том, как бы встретить Поио и отомстить ему. В то время, когда Поио правил в Хоту-Ити (после временной победы над Каингой), он жил с красивой девушкой Маи Куку[465], из побежденного мата тупахоту. После того как он бежал в Ханга-Роа, девушка искала его повсюду, чтобы снова соединить свою жизнь с ним; спустя много времени она нашла Поио в его убежище. От этого брака родился сын, названный Поио Поки[466], но миру, оставшиеся в живых после кровопролитной; войны, ненавидели этого мальчика, потомка тупахоту. Мать очень страдала, видя их презрение к сыну, и даже Поио предпочитал ему других своих детей; постепенно у нее зрела мысль отомстить за себя. Однажды она попросила у мужа разрешения пойти в Хоту-Ити и повидать там своих родственников. Воспользовавшись удобным случаем, она зашла к Каинге, чтобы поговорить с ним, и предложила ему свою помощь, чтобы Каинга смог отомстить Поио за все. Она открыла ему место, где скрывались ее муж и его братья, и обещала дать сигнал, когда Поио пойдет удить рыбу. Они условились так: если Маи Куку будет спать, положив голову за порог дома, это будет подходящий момент для нападения: без вождя жители Ханга-Роа не окажут большого сопротивления.

[37] Выслушав планы женщины, Каннга с радостью принял их, так как почувствовал, что настало время отмщения. Воины Каинги и Токе Хеу вновь соединили свои отряды и засели а окрестностях Ханга-Роа. Спустя пять ночей лазутчики, которые следили за хижиной Маи Куку, увидели, что она легла спать, высунув голову наружу. Когда сын спросил ее, почему она легла так странно, Маи Куку ответила ему, что у нее очень болит голова.

[38] Как только Каинга узнал, что Маи Куку подала сигнал, как условились, он напал и убил всех жителей Ханга-Роа, которые не смогли убежать, поджег их дома, а затем скрылся, На рассвете следующего дня Поио со своими братьями возвратился с рыбной ловли. Каинга, который подкараулил его на дороге, предложил ему сразиться, но утомленный работой Поио отклонил вызов и со всех ног побежал вместе со своими к Ханга-Пико. Каинга со своими воинами опередили его, перерезав ему путь к этому месту. Собрав последние силы, преследуемые бросились в воду, чтобы уйти вплавь, но Каинга и его люди сделали то же самое. И те и другие безуспешно пытались первыми добраться до пещеры Ана-Каи-Тангата: арики Поио и его братья, арики паки, хотели там скрыться. Каинга разгадал их намерения и снова преградил им путь. Преследуемые изменили свои планы и вышли из воды, чтобы подняться на Рано-Кау и спрятаться в одном из многочисленных домов Оронго, в котором можно было легко защищаться. Но на вершине вулкана их ждала смерть. Каинга, поднявшись первым по крутому склону, вдруг выскочил им навстречу. Поио побежал по склону вниз, к берегу моря, но Каинга убил своим копьем четверых его братьев; только пятому брату, самому младшему, удалось скрыться, спустившись по отвесному склону вулкана к морю.

[39] Между тем воины Токе Хеу настигали Поио, который был утомлен поисками убежища. Они свалили его на землю и потащили в Оронго, чтобы передать его своему вождю. Увидев трупы своих братьев, кровь которых лилась потоком, Поио плача воскликнул: «Пири нуи тутаки нуи те мото енга хоае!» («Смешалась и бежит кровь моих братьев!»). Каинга и Токе Хеу решили, что Поио должен умереть, и, чтобы показать свое презрение к нему, они предложили воинам взять его (на растерзание), но никто из них не хотел убивать его. Честью было убить врага в открытом бою, а не безоружного пленника. Наконец один четырнадцатилетний мальчик согласился убить Поио и таким образом отомстить за своих отцов и дедов, убитых во время войны. Вырвав у Поио брови и ресницы, он приказал ему лечь на краю обрыва, головой в сторону .моря. Юноша нанес внезапно удар, и тело арики Поио полетело вниз и разбилось о скалы. Со смертью Поио закончилась одна из самых кровавых войн, какие только помнили жители, но небольшие войны еще случались.

[40] Пятый брат арики Поио, по имени Така а Уре[467], которому удалось бежать, улиткой прополз между скалами Рано-Кау и спрятался в пещере на морском берегу. Спустя некоторое время, полагая, что души тупахоту успокоились и гнев их прошел, он вернулся в Ханга-Роа. Противники не беспокоили его, он женился на одной из немногих оставшихся в живых девушек его мата, прожил с ней несколько лет, а потом умер. От этого брака родилось двое сыновей. Однажды оба мальчика предприняли путешествие с целью познакомиться с островом. Проходя около вулкана Рано-Рараку, они увидели старичка, который сидел около пещеры. Тот в ужасе спросил их, не сыновья ли они Така а Уре и племянники Поио. Те утвердительно ответили на вопрос старика, и он сказал им: «Я, Кири Рева, и убил вашего дядю Поио, когда был молодым; я принадлежу вам, согласно нашим древним обычаям; вы можете сделать со мной все, что хотите, только разрешите мне умыться». Он тщательно умылся, надел свою лучшую одежду из тапы и последовал за ними.

Вое трое пришли в Ханга-Роа. Братья позвали мать, рассказали ей о том, что произошло, и спросили разрешения убить старика и зажарить его в очаге. Мать помешала сыновьям исполнить их намерения. Она рассказала им о том, сколько лет прошло со смерти их дяди Поио, и сказала, что не стоит больше проливать кровь, тем более что родственники старика рано или поздно наверняка отомстят за его смерть. Тем не менее они решили перерезать ему горло, но, видя твердое решение матери не проливать больше крови, они бросили старика в яму, накрыли сухими банановыми листьями и подожгли их. Так погиб Кири Рева, последний оставшийся в живых участник войны. Ветер разнес пепел по всем районам острова.