«Камень тверже дерева. Дерево сгорает в огне, но огонь крепче камня, который трескается в огне. Все вещи имеют свои свойства. Изучив их, человек сумеет овладеть природой и заставить ее себе служить. Леса, луга, воды и звери покорятся тогда человеку. Один человек — властелин земли, и нет другого зверя или животного, который мог бы соперничать с ним.

Земля, как плодовитая женщина, рождает все — травы, зверей и даже людей. Она, как мать, дает им все для существования, она заботится о всех и кормит всех. Солнце-отец поддерживает жизнь всего существующего. Не будь солнца, неизвестно, что произошло бы с землей. Солнце рождает день и оно же посылает своего брата — луну светить в темные ночи. Лишь пауки и змеи, живущие в темных пещерах, боятся его. Солнце — великий жизнедатель, и огонь лишь отблеск его».

— Цок-цок-цок! — вытесывает Гай камень и думает о том, какие еще свойства скрывают в себе окружающие его предметы.

Гай выделывает новый каменный наконечник для своего копья и старательно оттачивает его, чтобы он был крепким, острым.

Цок-цок-цок! — под однообразные звуки ударов он медленно перебирает свои мысли. Благодаря им он все чаще наводит удивительные свойства во всем, что окружает его.

«Вот еще вода непонятная вещь, — думал Гай, — рыбы дышат ею, как животные воздухом, дерево плавает в ней, а земля и камень тонут. Вода гасит огонь, превращаясь при этом в белый пар, который становится затем снова водой, но в то же время огонь сушит мокрые вещи. Что сильнее — вода или огонь? Вода может потушить самый страшный огонь, например, лесной пожар. По-видимому, вода сильнее огня. А может быть, силы огня и воды равны? Интересно было бы поставить воду в зверином черепе на огонь.

Что из этого выйдет? И откуда берется все, что окружает нас, и мы сами? Чтобы узнать все это, надо дойти до края мира, до пропасти, куда прячутся солнце и его брат месяц.

Земля, как огромная ладонь, но где она начинается и где кончается? Сколько больших стран находится на ней? Возможно, что в этих странах имеются люди, которые знают об этом».

Какая-то тень вдруг заслонила солнце. Гай поднял голову и увидел, что над ним пролетает большая хищная птица. Птица поднялась высоко, а потом медленно исчезла за лесом.

«Вот, человек еще не умеет летать. Человек умеет плавать на челне, как рыба, куда захочет, дерево не тонет в воде, как птица не тонет в воздухе. Все остальное, кроме птиц, тонет в воздухе. Надо найти такую вещь, которая в воздухе не тонет, из нее надо сделать челны, на которых человек сможет летать, и тогда он станет настоящим господином мира. Люди будут летать, как птицы, и смогут быстрее передвигаться с места на место. Они долетят до конца мира и узнают все, что можно узнать. Они облетят всю землю, и не будет места, где бы они не побывали».

Гай снова поднял голову и с завистью посмотрел в ту сторону, куда улетела хищная птица. Потом глубоко вздохнул и снова взялся за работу.

«Люди многому уже научились, но еще больше скрыто от них. И вряд ли жизни одного человека хватит, чтобы узнать все. Лишь все люди, лишь орда, которая будет долго существовать, лишь дети и дети детей когда-нибудь узнают, что скрывает в себе каждая вещь. Узнают сущность вещей. Каждый в отдельности узнает про что-либо и поделится этим с другими. Последний человек будет знать все, что было раньше, что есть и что будет со всем, что его окружает.

Последний человек будет каким-то необычайным человеком. Его слов будут слушаться звери и неподвижные предметы. Он один будет властвовать над всем миром. Возможно, что его будет слушаться даже солнце.

Но вот, например, камень. Что скрывает он в себе, кроме твердости? Из чего он состоит? Разобьешь его, останется один песок. Но какая сила связывает отдельные песчинки? Какая сила держит их одну около другой? Ведь если взять песок и сжать его изо всех сил, ничего не получится — песок снова рассыплется, и песчинки отстанут одна от другой. Сила, которая связывает песчинки в камень, какая-то необычайная сила, которой нет равной. Если бы найти эту силу, можно было бы делать необыкновенные вещи. Ведь это сила, которая объединяет дерево, воду и решительно все.

Что это за сила, из чего она, имеет ли она какую-нибудь форму? Что умеет делать теперешний человек? Он умеет поддерживать огонь, умеет плавать, делать разные вещи из камня, дерева и звериных шкур. Он умеет охотиться на зверей. Нет, еще очень мало умеет делать человек. Еще очень много времени пройдет, прежде чем человек поймет все, что окружает его.

Человек не знает, из чего состоит он сам. Как же ему знать, из чего состоят разные вещи? Благодаря чему движутся звери, птицы, рыбы и он сам? Почему не передвигается дерево и другие растения? Почему зверь перестает двигаться, когда его убивают? Что-то, видно, портится в нем, расстраивается, и он лежит мертвый, покуда его не съедят другие звери или покуда он сам не сгниет и не смешается с землей.

Откуда берутся тучи и ветер? Кто их гонит? Откуда берется гром, напоминающий львиный рев? Откуда берется молния, зажигающая лес и срезающая, словно ножом, громадные дубы? Никто этого не знает. Старики говорят, что это высшие разумные силы природы, но если они такие умные, эти силы, то зачем им ломать деревья, чтобы они гнили? Зачем им диким воем пугать зверей и людей? Даже неразумные звери ничего не делают без определенной причины.

Вода размывает землю, песок, воюет с землей и образовывает целые острова. Все вещи влияют друг на друга. Все, что есть на земле, связано между собой. Не будь растений и травы, поумирали бы маленькие звери и птицы, кормящиеся ими. Не будь зверей, птиц и рыб, поумирали бы люди. В природе происходит бесконечная борьба. Все борется, все воюет, чтобы существовать. Даже орды людей и те воюют между собой.

Где-то существуют орды людей, которые разговаривают как-то иначе. Это люди имеют другой вид, другую внешность и другие законы. Старики помнят, как воевали люди. Встретятся две орды, и начинается война. Орда не может понять орды, люди не понимают друг друга, сталкиваются различные законы и начинается вражда».

— Цок-цок-цок!..

«Из этого камня должен получится острый и крепкий наконечник для копья. Он нужен для того, чтобы убивать зверей и кормить женщин и детей орды. Звери имеют крепкие мускулы, острые зубы и когти, а человек увеличивает свою силу умом. Он придумывает разные приспособления, которые помогают ему охотиться. У человека короткие руки. Он увеличивает их на сотни шагов быстрой стрелой. У человека нет острых зубов и когтей. Он заменяет их ножом и копьем. Вещи служат человеку, в то время как звери сами себе служат. Им никто не покоряется.

Звери делятся на добрых и хищных. Даже среди растений есть хищные. Они ловят мух и мотыльков и пожирают их. Сок некоторых растений смертелен даже для человека.

Странные явления окружают нас со всех сторон. Лишь успел осмотреться, как поспевай оберегаться. Сколько пришлось думать человеку, чтобы научиться обрабатывать камень. Когда-то люди могли только мечтать об этом. Они мечтали о том, чтобы научиться переплывать реки, поддерживать огонь или обделывать шкуру убитого зверя. А мы достигли уже этого. Культура пошла вперед, мы поднялись высоко. Мы не похожи на наших предков, мало чем отличавшихся от зверей. Мы стали властителями животных и растений».

— Цок-цок-цок!.. Черк!..

Гай вдруг откинулся назад и закрыл лицо руками. Он неожиданно ударил камнем о камень сильнее, и искра обожгла ему лицо.

— Это напоминает укус пчелы, — громко проговорил Гай, потирая рукой обожженную щеку.

В его подвижном мозгу возникли ассоциации.

Потом он поднял камень, упавший из его рук, и стал его внимательно рассматривать. Он теперь нарочно стал ударять камнем по камню, покуда не выбил огонь. Это занятие ему понравилось, и он несколько раз повторил свой опыт. Искры были большими, и когда падали на лицо или руки, кусались точно пчелы. Гай даже невольно закрывал глаза. Достигнув наибольшего эффекта, он бросил камень на землю.

— Что из этого, — проговорил он. — Я видел уже сотни раз такое. Даже дерево, если его тереть, становится горячим.

Он прилег на траву и снова задумался.

Его мозг напряженно работал.

И вот в его памяти встала лунная ночь.

Луна заливает своим светом небосклон. Гай стоит на горе, смотрит на реку, в водах которой играет лунный луч. Внизу, под горой, догорают костры орды, красным светом освещая тела. Свет падает далеко от костров, и большие тени дрожат на земле и в воздухе. Искры высоко подымаются от костров и падают у его ног.

Гай внезапно вздрагивает и оглядывается. В воздухе душно, солнце пылает и согревает его, землю и воду. Гай словно сумасшедший. Он что-то бормочет себе под нос и подымает с земли брошенный только что камень.

— Трава горит!.. Сухая трава!.. — громко вскрикивает он.

С этими словами он снова начинает бить камнем о камень. Ему кажется, что сейчас запылают камни и он будет держать в своих руках огонь. Его руки начинают гореть от напряжения, но, кроме искр, он ничего не видит и вдруг, обессиленный и разочарованный, падает на землю.

Он слышит, как сильно стучит его сердце, и весь он медленно потеет. У него такое чувство, что ему самому хочется вспыхнуть, как большой костер. Ему хочется, чтобы загорелись его руки, ноги, чтобы все тело вспыхнуло неукротимым пожаром. Он долго сидит на траве, а потом, немного успокоившись и что-то припомнив, подымается и внимательно начинает что-то искать на траве. Вот он нашел. Это тонкий стебель травы. Он очень сух, но гибок и не ломается. Это необычайно тонкая и нежная ниточка. Ее сотни раз мочили дожди и росы, опаляло солнце. Если бы найти соответствующий химический раствор, то из нее можно было сделать порох необычайной силы.

Гай терпеливо собирает эти сухие стебельки-ниточки и когда решает, что их уже достаточно, садится на свое место около камней и сплетает из травы что-то похожее на фитиль. Видно, что он немного волнуется, у него дрожат руки, и напряженная мысль блестит в глазах. Гай подымает с земли камень, прикладывает к нему фитиль, сжимает все это в одной руке, а в другую берет второй камень и начинает высекать искры.

Он высекает очень осторожно и поэтому искры очень малы и слабы. Он высекает сильнее, но искры не падают на фитиль. Тогда Гай иначе кладет фитиль, и искры падают прямо на него. Он снова начинает высекать и достигает наибольшего эффекта. Он уже умеет высекать большие искры, которые обжигают ему пальцы.

Фитиль начинает понемногу куриться. Еще удар камнем о камень — и фитиль начинает тлеть. Трепет охватывает все тело Гая, его руки дрожат, и он еле держит фитиль.

Он не верит своим собственным глазам. Неужели это он, Гай, вызвал из камня огонь? Неужели он открыл еще одно свойство, которое скрывает в себе камень? Это ведь необычайно! Это замечательно! Он забывает о фитиле, который тлеет в его руках и, внезапно вскрикнув, выпускает его из рук. Фитиль обжег ему пальцы, и сильная боль сливается с восторгом и невыразимой радостью. Он смотрит себе под ноги на фитиль и видит, как от него подымается тоненькая полоска белого дыма.

Тогда он наклоняется и осторожно подымает фитиль. Маленький живой огонек жадно пожирает сухой фитиль. «Какой он голодный и маленький, — думает Гай, любовно глядя на огонек, как на маленького ребенка. — Какой он нежный». И лицо Гая покрывается доброй, приветливой улыбкой.

Гай легонько раздувает огонек, и фитиль вдруг вспыхивает маленьким белым огоньком. Огонек быстро съедает весь фитиль и внезапно гаснет.

— Это необычайно! — громко вскрикивает Гай.

Потом он десятки раз повторяет эту процедуру от начала до конца. Его пальцы обожжены и болят, но он нежно улыбается и говорит:

— Живи, живи!.. Кусай!.. Кусай изобретателя Гая!..

Потом он садится на землю и, забавляясь, поджигает сухую траву. Трава начинает быстро гореть, и огонь окружает юношу со всех сторон. Гай пугается, вскакивает на ноги и голыми пятками начинает гасить огонь. Он комично подпрыгивает, когда огонь припекает его, и кажется, будто он исполняет какой-то сумасшедший танец. Наконец огонь добирается до сочной влажной травы и гаснет.

Измученный и обожженный юноша откидывает в сторону камни и бросается в свежую траву. Он уже не интересуется своим изобретением, он вполне доволен, даже больше, чем следует. Он чувствует, что сделал что-то очень большое, но по сравнению с тем, что еще предстоит открыть, его открытие невелико. Потом его охватило желание побежать в орду и показать всем, как из камня можно добывать огонь. Пусть удивятся все тому, что он, юноша Гай, додумался до такой полезной и интересной вещи. Но он поборол это желание и задумался.

«Что может дать его изобретение? Можно будет не поддерживать огонь. Когда случайно погаснет главный костер, не надо будет в поисках огня бегать искать какую-нибудь орду. К чему женщинам вечно собирать хворост, чтобы днем и ночью поддерживать жадный костер? Теперь уже достаточно будет ударить камнем о камень, и огонь запылает пожаром».

Но он сразу же испугался своих мыслей. Он был уверен, что никто не согласится погасить главный костер и вверить свою судьбу какому-то камешку.

«Разве можно так сразу отменить традицию, установленную предками. Ему самому будет неприятно, если перед пещерами не будет костра. Огонь — главная примета человеческой стоянки. Он признак могущества человека, он сигнал, который извещает всех об уютном месте, где можно поесть, отдохнуть и поговорить с людьми. Нет, сейчас гасить огонь нельзя. Это можно будет сделать только потом, когда люди привыкнут жить без него. Это произойдет постепенно, медленно и незаметно.

Он хорошо помнит, что было, когда он нашел новый способ приготовления луков. Палку, из которой делают лук, по открытому им способу, нужно было вначале мочить в воде, а затем сгибать перед огнем. Когда он рассказал об этом охотникам, они смеялись над ним, и лишь некоторые из них следуют теперь его примеру. Их луки выходят лучшими и более прочными.

Так будет и с этим изобретением. Нет, надо, чтобы прошло время, надо, чтобы люди как-нибудь на практике убедились в ценности его открытия.

Все зависит от отношения к нему старых охотников. Старики много знают, старики умнее всех остальных членов орды, но они недоверчиво относятся ко всяким нововведениям и неохотно отступают от старых обычаев. Они по-своему смотрят на мир и не изменяют своим принципам и традициям. Все им верят, так как нет никого, у кого можно было бы узнать что-либо об окружающем, нет никого, кто бы мог объяснить все.

Что, например, происходит с человеком, когда он умирает? Старики говорят, что человек становится землей, чем был и раньше. Из земли со временем вырастает трава или другое растение, и это растение съедает какой-нибудь зверь, зверя съедает человек, и умерший снова живет в новом человеке, т. е. начинает жизнь сначала, и поэтому с каждым разом становится смелее и разумнее. Благодаря этому люди увеличивают свой опыт и будут увеличивать его бесконечно.

Это хорошая сказка, но сказка для детей. Взрослый не должен верить таким басням. Это вовсе не так. Предки живут потому, что продолжается род. Они еще при жизни дают часть самих себя детям, и та сила, которая была в них, остается в тех вещах, которые они создали или открыли.

Дети умрут, и дети детей умрут, а вещи остаются. Они переживают всех. Та сила, которая раньше двигала людей, остается в их вещах, и вещи становятся полезными. Они открывают людям свою сущность. Не будет его, Гая и многих после него уже не будет, а люди еще долгое время будут добывать из камня огонь.

Каждый мужчина и каждая женщина вкладывает что-то новое в свою работу, и благодаря этому все становится красивее и совершенствуется. Об этом узнают дети и в свою очередь прибавляют от себя что-то новое. Люди начинают действовать на природу, и все окружающее человека покоряется ему.

Я отрубил шакалам хвосты, я нашел огонь. Теперь я — Гай — Изобретатель огня. Я должен открыть еще очень многое, я должен ускорить жизнь».

Его мысли уносились далеко. Он видел большую страну, покрытую густыми лесами и изрезанную быстрыми реками. В лесах бродили коровы и быки, в реках плескалась рыба. И всюду, куда ни посмотришь, люди живут мирной жизнью. Одних зверей уничтожили, других приручили. «Если можно приручить собак, — думал Гай, — то почему нельзя сделать быков и коров домашними, почему нельзя приручить и других зверей?»

Он видел, что люди жили уже не в пещерах и логовищах, а в каких-то особой формы землянках, подымающихся своими крышами над землей. Люди плавали по рекам на больших челнах, в которых могла поместиться целая орда, люди, как птицы, летали в воздухе и благодаря этому быстро переносились из одного места в другое.

Все это было фантазией. И если бы кто-нибудь из орды узнал, о чем думает юноша, то наверно подумал бы, что юноша очень болен или просто сошел с ума, пораженный чем-то невиданным.

Успех взволновал юношу, и он беспокойно возился в траве, вызывая все более и более удивительные представления. Наконец собака, которая нашла его в траве и подбежала к нему, отвлекла его от мечтаний. Гай вспомнил, что ему нужно закончить выделку копья, потому что его старое копье уже поломано, а без копья не могло быть всего того, о чем он мечтал. Поэтому нужно работать, а не лежать в траве, развлекаясь фантастическими мыслями.

Юноша погладил собаку, поднялся с травы и начал искать камни, которые он бросил куда-то в траву.