Жоэль, немного обиженный, подошел к братьям. Они продолжали копать, не обращая на него никакого внимания.

— Думаешь, найдем еще голубого? — спросил Ноэль у Ситроена. Жоэль навострил уши.

— Вряд ли. Я же говорил, они очень редко попадаются. Всего один на пятьсот миллионов слизняков.

— Вранье, — решил Жоэль и с удвоенным пылом принялся за работу.

— Жаль, что он его съел, — сказал Ситроен. — Если бы не он, может, мы бы тоже сейчас летали.

— Хорошо, что не мой его съел, мне бы не хотелось с ним расстаться.

И Ноэль демонстративно обнял своего плюшевого медвежонка.

— Мой Демюзо! — нежно сказал он.

Жоэль, упрямо не поднимая глаз, продолжал ожесточенно работать в своем гравийном рудничке. Но сердце его заколотилось, когда он услышал эти намеки на медвежонка. Где-то сейчас его мишка? Жоэль по-прежнему упорно смотрел в землю, но глаза у него защипало.

— Смотри-ка, он, вроде бы, недоволен, — издевался Ноэль.

— Что, ликсиры были невкусные? — иронизировал Ситроен.

Жоэль молчал.

— А от него все еще попахивает. Чего ж удивляться, что Пуарогаль улетел, — сказал Ноэль.

Жоэль знал, если он заговорит, у него задрожит голос, а поэтому продолжал молчать. Перед глазами сгущался туман, он почти ничего не видел, но все равно старался сосредоточиться на своих камнях. И вдруг Жоэль забыл обо всем на свете, забыл своего медвежонка, братьев, окружающее перестало для него существовать. Толстый, яркого, чистейшего кобальтового цвета слизняк спокойненько полз по камню на дне вырытой Жоэлем ямы. У Жоэля горло перехватило от волнения, некоторое время он смотрел на слизняка, потом осторожно схватил его дрожащими пальцами и незаметно поднес ко рту. Сквозь радостную дымку, окружившую его, насмешки братьев почти не проникали. Он проглотил голубого слизняка и выпрямился во весь рост.

— Я прекрасно знаю, где это вы его спрятали, — уверенно сказал Жоэль.

— Ничего подобного, — ответил Ситроен, — он сам улетел туда, потому что не захотел оставаться с папочкой, от которого так скверно пахнет.

— Ладно, какая разница, — сказал Жоэль, — все равно пойду его искать.

Он довольно быстро нашел лестницу, лежавшую неподалеку от дерева и само дерево, в ветвях которого удобно устроился Пуарогаль, мирно беседуя с зеленым дятлом. Теперь пришло время взлететь. Жоэль смело раскинул руки и стал махать. Так учил Ситроен.

Когда пятки Жоэля проплыли перед носом Ноэля, тот схватил за руку Ситроена и взволнованно зашептал:

— Он нашел голубого...

— Отлично, — ответил Ситроен. — Видишь, они существуют, я же говорил.

Дятел не проявил ни малейшего беспокойства, увидев подлетающего Жоэля. Мальчик уютно расположился на ветке рядом с медвежонком и обратился к братьям.

— Ну что же вы? Давайте сюда, — насмешливо позвал он.

— Да ну, что-то не хочется, чего там интересного, — ответил Ситроен.

— Как раз очень даже интересно, правда, дятел?

— Чрезвычайно интересно, — подтвердил дятел, — а знаете, ведь голубых слизняков полным полно в ирисовых зарослях.

— Правда? — сказал Ситроен. — Да я бы и так их нашел; а потом, любого слизняка можно взять да и выкрасить голубой краской...

И Ситроен направился к ирисовым зарослям; Ноэль засеменил следом. По дороге их догнал Жоэль. Он оставил Пуарогаля одного на дереве.

— Съедим их много-много, — сказал Жоэль, — и сможем летать очень высоко.

— И одного хватит, — ответил Ситроен.

Клементина вышла из дома и сразу же увидела стремянку, валявшуюся на лужайке. Она подбежала, стала беспокойно оглядываться вокруг. Затем подошла к дереву и обнаружила спокойно сидящего в ветвях игрушечного медвежонка. Клементина схватилась за сердце, бросилась со всех ног в сад, отчаянно громко призывая своих детей.