Нет последствий без причины, как любит говорит Эркюль Пуаро, — впрочем, не слишком оригинально. И прибавляет, что яснее всего это проявилось в деле с похищением Рубенса.
Он никогда не проявлял большого интереса к Рубенсу. Во-первых, тот не принадлежит к числу художников, которые восхищают Эркюля Пуаро, и потом, обстоятельства этого похищения были совершенно обычными. Он взялся за это дело, чтобы сделать одолжение Александру Симпсону, который считался его другом, — и по собственным личным причинам, имеющим некоторое отношение к античной литературе!
После этого похищения Александр Симпсон послал за Пуаро и выложил ему все свои горести. Этот Рубенс был недавним открытием, до этого не известным шедевром, но в его подлинности не было никаких сомнений. Полотно выставили в галерее Симпсона — и похитили среди бела дня. Это произошло в то время, когда безработные в качестве протеста ложились на уличных перекрестках и проникали в «Ритц». Небольшая их группа вошла в галерею Симпсона и улеглась там с лозунгом «Искусство — это роскошь. Накормите голодных». Послали за полицейскими, все столпились вокруг, охваченные нетерпеливым любопытством, и только после того, как демонстрантов насильно увели представители закона, заметили, что нового Рубенса аккуратно вырезали из рамы и тоже увели!
— Понимаете, — объяснил мистер Симпсон, — это была маленькая картина. Человек мог взять ее под мышку и выйти, пока все смотрели на этих несчастных безработных идиотов.
Этим людям, как оказалось, заплатили за их невинное участие в ограблении. Они должны были устроить свою демонстрацию в галерее Симпсона. Но они ничего не знали о цели этой акции, пока все не закончилось.
Эркюль Пуаро считал, что это был забавный трюк, но не понимал, что сам он может сделать. Расследование обычной кражи, сказал сыщик, вполне можно доверить полиции.
— Послушайте меня, Пуаро, — возразил Александр Симпсон. — Я знаю, кто украл эту картину и куда она отправится.
По мнению владельца галереи, ее украла шайка международных мошенников по поручению определенного миллионера, который не гнушался приобретением произведений искусства по удивительно низким ценам — и не задавал никаких вопросов! Картину, сказал Симпсон, контрабандой вывезут во Францию, где она станет собственностью миллионера. Полиция Англии и Франции предупреждена, но тем не менее, считал Симпсон, они потерпят неудачу.
— А когда она перейдет в собственность этого грязного пса, положение станет еще более сложным. К богатым людям приходится относиться с уважением. Тут-то вы и вступите в игру. Положение будет деликатным. И вы как раз тот человек, который с ним справится.
В конце концов Пуаро был вынужден согласиться выполнить это поручение, хоть и без энтузиазма. Он согласился немедленно выехать во Францию. Его не слишком интересовало его приключение, но благодаря ему он познакомился с делом о пропавшей школьнице, которое его очень заинтересовало.
Впервые он услышал о нем от старшего инспектора Джеппа, который зашел попрощаться с ним в тот момент, когда Пуаро выражал одобрение тем, как камердинер уложил его чемодан.
— Ха, — произнес Джепп. — Собираетесь во Францию, не так ли?
— Mon cher, — ответил Пуаро, — вы в Скотланд-Ярде невероятно хорошо информированы.
— У нас есть свои шпионы, — смеясь, сказал Джепп. — Симпсон нанял вас на поиски этого Рубенса. Кажется, он нам не доверяет. Ну, это не имеет значения, но я хочу, чтобы вы сделали нечто совсем другое. Так как вы все равно едете в Париж, я подумал, что вы могли бы убить сразу двух зайцев. Детектив-инспектор Хирн находится там и работает вместе с французишками. Вы знаете Хирна? Добрый малый, но ему, возможно, не хватает воображения. Я хотел бы услышать ваше мнение об этом деле.
— О каком деле вы говорите?
— Пропала девочка. Об этом будет в газетах сегодня вечером. Похоже, ее похитили. Дочь каноника из Кранчестера. Кинг, ее зовут Уинни Кинг.
Далее он рассказал, что Уинни ехала в Париж, дабы поступить в высококлассное элитное заведение для английских и американских девочек, школу мисс Поуп. Уинни выехала из Кранчестера ранним поездом. В Лондоне ее встретила сотрудница компании «Старшие сестры Лтд.», которая берет на себя сопровождение девочек с одной станции на другую. Она доставила ее на вокзал Виктория и передала мисс Бершо, помощнице мисс Поуп, а затем Уинни, вместе с другими восемнадцатью девочками, выехала на поезде, который привез их на пароход. Девятнадцать девочек пересекли пролив, прошли таможню в Кале, сели на парижский поезд, пообедали в вагоне-ресторане. Но когда при подъезде к Парижу мисс Бершо сосчитала их по головам, она обнаружила всего восемнадцать девочек!
— Ага, — кивнул Пуаро. — Поезд где-нибудь останавливался?
— Он останавливался в Амьене, но в то время девочки были в вагоне-ресторане, и все уверенно утверждают, что Уинни была с ними. Они потеряли ее, так сказать, на обратном пути в свой вагон. То есть она не вошла в свое купе вместе с остальными пятью девочками, которые ехали в нем. Те не заподозрили ничего плохого — просто подумали, что она зашла в одно из двух других купе.
Пуаро снова кивнул.
— Значит, в последний раз ее видели… где именно?
— Примерно через десять минут после того, как поезд отправился из Амьена. — Джепп скромно кашлянул. — В последний раз ее видели… э-э… входящей в туалет.
— Вполне естественно, — пробормотал Пуаро. И прибавил: — Больше ничего?
— Да, еще одно. — Лицо Джеппа было мрачным. — Ее шляпку нашли у железнодорожного полотна, примерно в четырнадцати милях от Амьена.
— Но тело не нашли?
— Тело не нашли.
— А вы сами что думаете? — спросил Пуаро.
— Трудно понять, что думать! Так как нет никаких следов ее тела, она не могла выпасть из поезда.
— А поезд хоть раз останавливался после отъезда из Амьена?
— Нет. Один раз он замедлил ход, но не останавливался, и я сомневаюсь, что скорость упала настолько, чтобы кто-то мог спрыгнуть с поезда и остаться целым. Вы думаете, что девочка запаниковала и попыталась сбежать? Конечно, начался ее первый семестр, и она могла заскучать по дому, это правда, но все равно ей было пятнадцать с половиной лет — это разумный возраст, — и она всю дорогу была в очень хорошем настроении, весело болтала и тому подобное…
— Поезд обыскали? — спросил Пуаро.
— О да, они прошли по всему поезду перед тем, как тот прибыл на Северный вокзал. Девочки в поезде не было, это совершенно точно. Она просто исчезла — растаяла в воздухе! — прибавил в отчаянии Джепп. — В этом нет никакого смысла, мусье Пуаро. Просто безумие!
— Что она была за девочка?
— Обычная, нормальная, насколько я могу судить.
— Я спрашиваю, как она выглядела?
— У меня тут есть моментальный снимок… Ее не назовешь будущей красавицей.
Старший инспектор показал снимок Пуаро. На нем была худая девочка с двумя тонкими косичками. Она не позировала для снимка, ее явно застали врасплох. Девочка ела яблоко, губы ее были полуоткрыты, обнажив слегка выступающие вперед зубы со скобкой дантиста. Она носила очки.
— Некрасивый ребенок, — сказал Джепп, — но, с другой стороны, они все в таком возрасте некрасивые! Вчера я был у своего дантиста. Увидел в журнале «Скетч» снимок Марсии Гонт, красавицы этого сезона. Я-то помню ее в пятнадцать лет, когда приезжал в Касл по делу об ограблении. Вся в веснушках, неуклюжая, зубы торчат, волосы висят как пакля… Они становятся красавицами за одну ночь; не знаю, как они это делают! Это похоже на чудо.
Пуаро улыбнулся.
— Женщины, — сказал он, — это чудесный пол. А что семья девочки? Они рассказали вам что-нибудь полезное?
Джепп покачал головой:
— Ничего, что могло бы помочь. Мать — инвалид. Бедный старик каноник Кинг совершенно раздавлен. Он клянется, что девочке очень хотелось поехать в Париж и она с нетерпением ждала этого. Хотела изучать рисование и музыку и тому подобное. Девочки мисс Поуп занимаются Искусством с большой буквы. Как вы, возможно, знаете, это заведение широко известно; много девочек из высшего общества учатся там. Мисс Поуп строгая, настоящий дракон, и очень придирчиво отбирает своих учениц.
Пуаро вздохнул:
— Мне знаком этот тип. А мисс Бершо, которая забирала девочек из Англии?
— Не отличается особенным умом. Она в ужасе — боится, что мисс Поуп скажет, будто это ее вина.
— Не замешан ли в этом деле молодой человек? — задумчиво произнес Пуаро.
Джепп указал на снимок:
— Разве такое на нее похоже?
— Нет, не похоже. Но, несмотря на ее внешность, у нее может быть романтичная душа. Пятнадцать лет — не такая уж и маленькая…
— Да, — согласился Джепп. — Если романтичная душа стала причиной ее исчезновения из поезда, я примусь за чтение дамских романов… — Он с надеждой посмотрел на Пуаро: — У вас не появилось никаких идей, а?
Сыщик медленно покачал головой и сказал:
— Случайно не нашли ее туфли у железнодорожной линии?
— Туфли? Нет. Почему туфли?
— Просто одна идея… — пробормотал Пуаро.
Эркюль Пуаро как раз спускался к своему такси, когда зазвонил телефон. Он взял трубку:
— Да?
Голос Джеппа произнес:
— Рад, что застал вас. Все отменяется, старина. Нашел в Ярде записку, когда вернулся. Девочка нашлась. На обочине главной дороги, в пятнадцати милях от Амьена. Она плохо соображает, и от нее не удалось узнать ничего связного; врач говорит, что ее накачали каким-то наркотиком. Тем не менее она в порядке. С ней ничего не случилось.
— Значит, вы не нуждаетесь в моих услугах? — медленно произнес Пуаро.
— Боюсь, что нет! Собственно говоря, прррошу пррррощения, что потррревожил вас.
Джепп рассмеялся над собственным остроумием и дал отбой.
Эркюль Пуаро не рассмеялся. Он медленно опустил трубку на рычаг. Лицо его выражало тревогу.
Детектив-инспектор Хирн с любопытством смотрел на Пуаро.
— Я не представлял себе, что вы так этим заинтересуетесь, сэр, — сказал он.
— Старший инспектор Джепп сообщил вам, что я, возможно, проконсультируюсь с вами по этому вопросу?
Хирн кивнул.
— Он сказал, что вы приезжаете по делу и что вы поможете нам с этой головоломкой. Но я не ожидал вас теперь, когда все выяснилось… Я думал, вы заняты собственным делом.
— Мое собственное дело может подождать, — ответил Пуаро. — Именно этот случай интересует меня. Вы назвали его головоломкой — и вы говорите, что дело закрыто. Но, по-видимому, головоломка все еще существует.
— Ну, сэр, мы получили девочку обратно. И она не пострадала. Это главное.
— Но это не решает проблему, как именно вы получили ее обратно, не так ли? Что говорит она сама? Ее осматривал врач. Что он сказал?
— Сказал, что ей дали наркотик. Она до сих пор не пришла в себя после этого. По-видимому, почти ничего не помнит после отъезда из Кранчестера. Все дальнейшие события будто стерты из ее памяти. Врач думает, что у нее могло быть легкое сотрясение мозга. На затылке у девушки синяк. Доктор говорит, что это объяснило бы полную потерю памяти.
— Это очень удобно для… кого-то! — заметил Пуаро.
Инспектор Хирн произнес с сомнением в голосе:
— Вы не думаете, что она притворяется, сэр?
— А вы?
— Нет, я уверен, что не притворяется. Она — милый ребенок, несколько отстающий для своих лет.
— Нет, она не притворяется. — Пуаро покачал головой. — Но я хотел бы знать, как она сошла с поезда. Я хочу знать, кто это устроил — и зачем?
— На вопрос «зачем» я бы ответил, что это была попытка похищения. За нее хотели потребовать выкуп.
— Но не потребовали!
— Испугались, когда поднялся такой шум, и быстро оставили ее на дороге.
— И какой выкуп они могли получить от каноника Кранчестерского собора? — скептически осведомился Пуаро. — Служители англиканской церкви не миллионеры.
— Мое мнение — они запороли это дело, сэр, — весело ответил инспектор.
— А, таково ваше мнение!
Хирн слегка покраснел:
— А какое ваше мнение, сэр?
— Я хочу знать, каким именно чудом она исчезла из этого поезда.
Лицо полицейского помрачнело.
— Это настоящая загадка, правда. Только что она была там, сидела в вагоне-ресторане, болтала с другими девочками… А через пять минут — бац! — исчезла. Это похоже на фокус.
— Вот именно, на фокус! Кто еще находился в вагоне поезда, где мисс Поуп забронировала купе?
Инспектор Хирн кивнул:
— Хороший вопрос, сэр. Это важно. Особенно важно потому, что это был последний вагон поезда; как только все возвращаются из вагона-ресторана, двери между вагонами запирают, действительно запирают, чтобы люди не набивались в вагон-ресторан и не требовали чаю раньше, чем успеют убрать столики после обеда и подготовиться. Уинни Кинг вернулась в вагон вместе с другими девочками, школа забронировала там три купе.
— А кто ехал в других купе вагона?
Хирн вытащил свой блокнот.
— Мисс Джордан и мисс Баттерс — две старые девы средних лет, следовавшие в Швейцарию. С ними всё в порядке, они весьма респектабельные дамы, их хорошо знают в Гемпшире, где они живут. Два французских коммивояжера, один из Лиона, второй из Парижа; оба почтенные пожилые люди. Молодой человек, Джеймс Эллиот, с женой — она броская штучка. У него плохая репутация; полиция подозревает, что он замешан в сомнительных сделках, но Эллиот никогда не занимался похищением людей. Во всяком случае, его купе обыскали и в ручной клади не нашли ничего, что указывало бы на его связь с этим делом. Не вижу, как он мог быть с ним связан. Единственной другой пассажиркой была американская леди, миссис ван Зойдер, едущая в Париж. О ней ничего не известно. На вид ничего подозрительного. Вот и всё.
— И это точно, что поезд не останавливался после того, как выехал из Амьена? — спросил Эркюль Пуаро.
— Абсолютно точно. Один раз он замедлил ход, но не настолько, чтобы можно было спрыгнуть, не рискуя серьезно пострадать или даже погибнуть.