Много на боевых кораблях разных служб, много на флоте разных морских профессий: минер, бомбардир, рулевой, радист, электрик, механик. Десятки различных морских специальностей.

Любил пехотинец ефрейтор Наседкин определять по виду матроса его корабельную принадлежность, его профессию. Всегда угадывал.

Было это в городе Новороссийске незадолго до начала боев за город. Шел как-то Наседкин Приморской улицей с дружком-приятелем рядовым Клюшкиным. Краснофлотец идет навстречу.

Посмотрел Наседкин на краснофлотца.

– Минер, – шепчет Клюшкину.

Поравнялись они с матросом.

– Братец, скажи, какова у тебя боевая профессия? – спросил Наседкин.

Подивился матрос вопросу, однако ответил:

– Минер.

– А! Что?! Что я тебе говорил! – торжествует Наседкин.

Идут они дальше. Снова навстречу матрос шагает.

– Радист, – шепчет Наседкин Клюшкину.

Поравнялись они с матросом. Спрашивает Наседкин:

– Братец, какова у тебя боевая профессия?

Посмотрел удивленно матрос на солдата. Однако ответил:

– Радист.

– А! Что?! Что я тебе говорил! – торжествует опять Наседкин.

Третьего повстречали они краснофлотца.

– Этот бомбардир, – произнес Наседкин.

Верно. Оказался матрос бомбардиром, то есть морским артиллеристом.

Смотрит рядовой Клюшкин на ефрейтора Наседкина:

– Вот так волшебник! Волшебник и маг!

Не маг, не волшебник Наседкин вовсе. Просто наблюдательный он человек. Знает: минеру нужна осторожность. Смерть всегда рядом. Опасна поспешность. Вот и походка у минера плавная, степенная.

Знает: радист всегда в напряжении. Главное здесь – быстрота в работе. Вот и походка у радиста быстрая.

Прошло несколько дней.

Наседкин и Клюшкин снова шли по Приморской улице. Снова встречают они краснофлотцев. Вот первый идет навстречу.

– Рулевой, – шепчет Наседкин Клюшкину.

Поравнялись они с матросом.

– Братец, какова у тебя боевая профессия?

– Автоматчик, – ответил матрос.

– Что такое? – смутился Наседкин. – Как же так? По всему видать – рулевой. Вот ведь и шею вытянул, и смотрит поверх всего. Рулевой, конечно.

Снова навстречу идет матрос.

– Электрик, – шепчет Наседкин Клюшкину.

Поравнялись они с матросом.

– Братец, какова у тебя боевая профессия?

– Автоматчик, – ответил матрос.

Смутился опять Наседкин:

– Электрик, ведь по всему – электрик. Вона на пальцах, смотри, подпалины.

Новых встречают они матросов. И третий сказал – автоматчик. И четвертый сказал – автоматчик. И пятый, и шестой, и седьмой, и десятый. Стоит Наседкин, развел руками.

– Непонятное что-то, – твердит Наседкин.

И Клюшкин стоит, поражается: на боевом корабле и вдруг профессия – автоматчик, словно у них в пехоте.

Не знал Наседкин, не знал Клюшкин – повстречали они морских пехотинцев.

Покидали в те дни многие из краснофлотцев свои суда. Сходили на берег, на землю. Создавались для защиты Кавказа из моряков Черноморского флота в помощь наземным войскам специальные стрелковые роты и батальоны.

Много славных подвигов, защищая Родину, совершили в годы Великой Отечественной войны сухопутные моряки.

Идут моряки-пехотинцы, морская пехота. Автоматчик – главная здесь профессия.