Пасмурно было, промозгло,

капли, кружа на лету,

белые, как бы из воска,

падали ниц на плиту.

И с подступившей тревогой

я, по кладбищу пройдя,

вышел к реке неширокой,

встал под половой дождя.

Поле озимое ровно,

дождь превращается в снег…

Дивная Анна Петровна,

нежный его человек!..

И без особого толка

в памяти я ворошил

образы тех, что недолго,

но сумасшедше любил.

Чем уж рассказ ни дополни,

только одно оттени, —

как озарения молний,

были те краткие дни.

…Вымокший под ледяными

струями, думал тогда:

был я счастливым —

лишь с ними,

все остальное —

езда

в бричке, с лошадкой послушной,

чинно, а не во весь дух,

мимо толпы равнодушной

и любопытных старух.