Манит незнакомая дорога,

И себе ты скажешь: примечай.

А когда дорог на свете много,

Друг мой иван-чай?

Я своих смоленских не забуду —

Снег и слякоть, мокрое жнивье.

Трижды брали мы деревню Буду,

Трижды умирали за нее.

А под Будой — братские курганы,

А под Будой многие легли

Алексеи, Викторы, Иваны —

В глину, на сырую грудь земли.

Поднялись травой и горицветом —

То ли в сказке, то ли наяву?

Вот Иван стоит по-над кюветом,

Головой кивает мне: «Живу!

Не дивись, мои услышав стоны:

Восемь ран — я кровью весь истек…

Скоро осень. Каркают вороны.

Желтый возле ног лежит листок.

Угощу, коль хочешь, нашим чаем,

Я ж теперь навеки водохлеб».

Нет, Иван, мы с чаем заскучаем,

Закурить сейчас — вот хорошо б!

Мы цигарку скрутим по-былому,

Пустим сизый дым на провода.

Первая затяжка мне, живому, —

Столько в сердце горечи — беда.

…………………

Цвет багровый — смелость, правота.