Жил-был Нарцисс^{127}. Имел он приятнейшую внешность.

Жил без любви, не зная, что без любви — нельзя.

И вдруг объяли разом его и страсть, и нежность:

Узрел он два алмаза — в ручье свои глаза.

Но отличили боги его не только ликом, —

И торс был прям, и ноги на диво хороши.

И вот он, бесподобный, воспламенившись мигом,

Горстьми бросает воду в костер своей души.

К себе он вожделеет, и жадными руками

Он рвет остервенело свой образ из ручья,

И, точно мост, до ночи висит меж берегами,

И плюхается в воду, от ярости крича…

Но можно ли такою любовью насладиться?

Нет повести печальней, чем эта, о Нарциссе.