Заглох тот дом, что был моим гнездом,

Что вывел в мир и радость и беду мою.

Не вечно все под месяца серпом,

Хоть вовсе и не жнет он… Так я думаю,

Шагая по проселку с посошком.

Мой след, полсотни лет тому назад

Друживший с тропкой школьною, беспечною,

Зарос травой зеленой… И, конечно, я

Не попрекну траву. Она, сердечная,

Тут ни при чем. Я травам с детства рад.

Электростанция над речкой синею

С былою мощью в сорок киловатт

Не светит больше. Годы так летят,

Что, кроме мачт высоковольтной линии,

В ее судьбе никто не виноват.

Комбайн — властитель в мире полевом —

Привел серпы к полнейшей непригодности.

Не вечно все. Хоть конь и полон гордости,

Но ведь и он во власти безысходности —

Вчерашний всадник нынче за рулем.

Все изменилось — луг мой, лес мой лиственный,

Старею я. Здесь нет вины ничьей.

Так пусть плывет над местностью моей

Серп месяца, — давно уж не таинственный! —

Единственный на жатве наших дней.