Душа чему-то противостоит —

безверью ли, тоске иль вырожденью,

но ей, как одинокому растенью,

в чужую тень склониться предстоит.

Взгляни, как сладко ягоды висят,

но слаще среди них чужая ветка.

— Малина ваша проросла в наш сад, —

через забор мне говорит соседка.

Да что малина, если с давних пор

и сорняки опутали округу,

и поле с лугом тянутся друг к другу,

и безоглядно тянется простор —

куда? К чему? Не все ли нам равно! —

к земле чужой или к звезде горящей,

к неведомой, но чаемой давно

какой-то бездне противостоящей.

Что делать, мы горим по одному,

одной любовью души освящая.

Любимая моя, и ты чужая?

О, как тянусь я к сердцу твоему!