Глядел я в бездонное небо дня

И в небо ночное, звездами горящее.

Кто-то сказал мне:

«Вот эти светила —

Нечто непреходящее».

Под этим морем далеких огней

Можно любить, сомневаться, верить,

Но вот не дано мне их никогда,

Л им — меня своим веком мерить.

И я свой взгляд опустил долу,

Глядя на кроны ив шелестящие.

Кто-то сказал мне:

«Ивы тоже —

Нечто непреходящее».

Знаю, они все снова и снова

Стремятся в зеленый наряд обрядиться.

Их соки могли бы течь в моих жилах,

А кровь моя —

В их стволах струиться.

Я взгляд опускал все ниже и ниже,

Туда, где толпа растекалась гудящая.

Кто-то сказал мне:

«Там братья твои,

Люди тоже — непреходящее».

Ах! — я печально развел руками, —

Поверив в движение, люди не помнят

О смерти, но я-то не раз видел,

Как этих людей в могилах хоронят.

Не раз я слыхал их грустную песню,

Спетую перед последней чертою:

«Я строю дом себе дерева белого,

Крою крышу себе муравою».

Мой собеседник умолк на мгновение,

Потом сказал: «Что же, время умеет

Сгибать нас, но в людях есть нечто такое,

Что никогда не стареет:

Свои мечты, уходя из мира,

Передают они в мир приходящим.

Есть всегда в любом человеке

Частица непреходящего».

Я слышал, как девушка песню пела,

Я видел, как яблоньку дед растил,

Они какую-то тайну знают

И ей пути пролагают в мир.

К ним я пойду, и пойду я с ними

Дорогою полдня, от зноя звенящего.

Я знаю: в светилах, ивах и людях

Пульсирует непреходящее!