– Не люблю госпиталей, – говорил Суворов. – Тот их любит, кто не радеет за здоровье солдата.

Принял Суворов командование над войсками, стоявшими на северной русской границе, и узнал, что в тамошних госпиталях находится сразу тысяча человек хворых.

Явился Суворов в госпиталь, стал ходить по палатам.

Зашел в первую, спрашивает у солдат:

– Чем больны, чудо-богатыри?

Молчат солдаты. Сказать неудобно.

– Чем больны? – повторил Суворов.

– Животами мучаемся, – наконец произнес какой-то солдатик.

– Позвать сюда провиантмейстера, – приказал Суворов.

Провиантмейстер прибыл.

– Чем солдат кормишь? – спрашивает фельдмаршал.

– Так, разным… – начинает провиантмейстер.

– Чем – разным?

– Кашей, ваше сиятельство, мясом.

– А еще?

– Капустой.

– Так, – произнес Суворов и приказал принести капусту.

Принесли, попробовал, а та тухлая.

Посмотрел Суворов на провиантмейстера злыми глазами, закричал:

– Под арест! На гауптвахту! На десять суток!

Вошел Суворов во вторую палату.

– Чем больны, чудо-богатыри?

Растерялись, молчат солдаты.

– Они поотмороженные, – проговорил санитар.

– Позвать сюда каптенармуса[8], – распорядился Суворов.

Каптенармус прибыл.

– Во что солдат одеваешь?

– Как положено, ваше сиятельство, – отвечает каптенармус. – В мундиры, в башмаки, в чулки.

– В чулки! – закричал Суворов. – Север. Морозы. Почему валяных сапог не завезли? Где рукавицы?

Почувствовал каптенармус свою вину. Молчит, переминается с ноги на ногу.

– Под арест, на гауптвахту, на десять суток! – отдал приказ Суворов.

Пошел Суворов дальше. Входит в третью палату.

– Чем больны, чудо-богатыри?

– Это раненые, – отвечает за солдат санитар.

– Какие еще раненые? – удивился Суворов.

Войны в это время никакой не было.

– Это из батареи поручика Кутайсова, – объяснил санитар. – На учениях пушку разорвало, ваше сиятельство.

Кликнул Суворов поручика, отругал, что за снарядами и пушкой плохо следит, и тоже под арест, на гауптвахту, на десять суток.

Прошло около месяца. Появились у солдат и валенки и рукавицы. И в помине не осталось тухлой капусты. Кутайсов и другие офицеры стали собственноручно проверять снаряды и пушки.

Прошелся Суворов вновь по госпиталям. Ходит по палатам, а палаты пустые. Вместо прежней тысячи человек с трудом сорок больных насчиталось.

Ходит Суворов – доволен. Не любил фельдмаршал госпиталей.