Кобурн сдержал слово. Три дня и три ночи он не беспокоил Диану, не давил на нее, не заводил серьезные разговоры. Он обсуждал с ней лишь погоду и планы на день.

Они гуляли пешком или плавали на яхте. А устав от палящего солнца, спешили к кристально-чистой воде и коралловым рифам, окружавшим остров. Диана была готова постоянно плавать в окружении разноцветных рыбок, забыв о своих проблемах. И все же постепенно, позволив себе расслабиться, она ясно осознала свое положение.

Жизнь ее безвозвратно изменилась, когда они с Кобурном зачали ребенка. Судьба дала им второй шанс. У них появилась возможность забыть о разногласиях и обидах и, быть может, обрести некое подобие счастья.

Однажды, когда она сидела с книгой возле бассейна, а муж работал в библиотеке, Диану охватил страх. Внутренний голос громко и настойчиво твердил, что ее отношения с Кобурном очень похожи на отношения ее матери с отцом. Кобурн бабник и волокита, а она, невзирая на это, страстно привязана к нему. Станет ли она такой же жертвой, как ее мать, которая поклоняется мужу?

Здравый смысл напоминал, что она рискует разбить себе сердце. Но Диана оптимистично уверяла себя, что муж испытывает к ней гораздо более сильные чувства, чем он готов признать, и они смогут построить на этом свои отношения.

Кобурн подошел к бассейну, когда солнце начало клониться к закату и тени заиграли на поверхности воды. Вид у него был невозмутимый. Диана с трудом узнавала своего мужа. Она привыкла к Кобурну, переполненному эмоциями, позитивными или негативными. Он был экстравертом, человеком открытым – в отличие от нее, постоянно стремившейся спрятаться.

Подплыв к краю бассейна, Диана ухватилась за бортик и внимательно вгляделась в его лицо.

– Я думала, ты просидишь в библиотеке целый день.

– Прости. Много дел накопилось. – Он окинул взглядом ее фигуру в коралловом купальнике. – Ты загорела.

Диана взглянула на свои плечи. Они стали темно-розовыми. Протянув руку, Кобурн помог ей выйти из воды. Она прикусила губу, когда он накинул на нее полотенце.

– Мог бы позагорать со мной.

– Не хочу отвлекать тебя, ведь ты должна принять решение.

– Я очень хочу, чтобы у нас получилось, Кобурн. Мы должны использовать этот шанс, или нам придется расстаться. Но я выросла в обстановке войны между матерью и отцом и не хочу, чтобы наш ребенок испытал нечто подобное.

Лицо его стало напряженным.

– Ты не доверяешь мне?

– Я не собираюсь бросать работу. И это серьезный вопрос. Я хочу воспитывать ребенка, но не готова отказаться от карьеры на долгий срок. Я потеряю квалификацию.

В его потемневших глазах вспыхнул воинственный огонек.

– Ты не доверяешь не только мне. Ты не доверяешь нам.

– Речь не об этом. Я говорю о любимом деле. Мне надо практиковаться.

Плотно закутав жену в полотенце, Кобурн отпустил ее.

– Хорошо. Считай, что мы достигли компромисса. Мы многое испортили, Диана, но я обещаю тебе, что это мы не испортим. Это слишком серьезно.

Заставив себя кивнуть, Диана ощутила панику.

– Я знаю.

– Приехал Артур, – сказал Кобурн. – Он приглашает нас на ужин со своими друзьями. Ты готова?

Диана скривила губы.

– Сначала ты призываешь меня расслабиться, а потом велишь собраться?

Он окинул ее пристальным взглядом:

– Я тоже предпочел бы забыть о цивилизованном обществе и уединиться с тобой. Но так как Артур – мой друг, с этим придется подождать.

Одеваясь к ужину с Кентами, Диана вздрагивала, вспоминая о взгляде Кобурна. Все недвусмысленно говорило о том, в какое русло вскоре повернут их отношения. Она не понимала, почему так нервничает при мысли о близости с мужем. Ей казалось, что она заплыла далеко в море, и надо еще долго плыть, чтобы выбраться на берег.

Непослушными руками Диана расправила легкое шелковое платье. Оно было того же цвета, что и глаза ее мужа, бездонные и завораживающие.

Кобурн ждал ее на террасе, в белой рубашке и черных брюках. Она уже давно не видела его таким. Он окинул взглядом ее фигуру в сексуально облегающем платье с глубоким декольте и удовлетворенно кивнул. Диана почувствовала, что у нее подогнулись колени.

Нетвердым шагом подойдя ближе, она остановилась в нерешительности.

– Ты выглядишь… неподражаемо.

Она облизала пересохшие губы:

– Спасибо.

Кобурн, поднявшись на две ступеньки, приподнял ее голову за подбородок, другой рукой обхватив ее талию.

– У меня появилось ощущение, что моя всегда спокойная жена немного нервничает.

– Совсем нет, – возразила Диана, однако дыхание, помимо ее воли, участилось.

Он погладил ее затылок:

– Если бы я был откровенным с тобой, то сказал бы: «Давай не пойдем на ужин и займемся любовью».

Диана вспыхнула.

– Кобурн…

Он наклонился к ее уху и прошептал:

– Я хочу исследовать каждый изгиб твоего тела.

Упершись ладонью в его грудь, Диана отпрянула.

– Мы должны идти. Было бы невежливо отказаться от ужина.

Кобурн внимательно посмотрел на нее:

– Да, должны. Но сначала я поцелую свою жену.

Сердце ее забилось быстрее. Она по-прежнему упиралась рукой в его грудь, однако не знала, хочет ли оттолкнуть Кобурна или стремится прижаться к нему. Он прильнул к ее губам. Диана замерла, губы ее были неподвижны. Это было все равно что добровольно шагнуть в эпицентр бури. Она сомневалась, что способна на это.

Кобурн крепче сжал ее подбородок.

– Открой рот, – скомандовал он. – Пусти меня.

Диану раздирали противоречия, в мыслях царил хаос. И вдруг она почувствовала, что больше не может бороться. Губы женщины приоткрылись. Яростный поцелуй чуть не свел ее с ума. Она ощущала лишь пряный мужской запах и большое мускулистое тело, прижимавшееся к ней. Прикосновения Кобурна были до боли знакомыми и все же какими-то другими. Он изменился, став жестким и деловым человеком, и это сказалось даже на поцелуе.

Диана упивалась им, наслаждаясь изгибами его чувственных, красивых губ.

Кобурн прошептал ее имя. Крепко сжав ягодицы Дианы, он прижал ее к своим мускулистым бедрам, и она страстно подалась ему навстречу. Только Кобурн умел так сказочно целоваться.

Но вдруг его руки замерли.

– Ты не надела трусики?

Диана покраснела до корней волос.

– Под облегающим платьем их нельзя носить.

Кобурн взглянул на нее так, что она затрепетала.

Диана прикусила губу. Как она могла забыть, на что он способен?! Ей вспомнился один совместный ужин на Манхэттене. Был душный вечер. Кобурн только что вернулся из поездки в Германию. Не успев отдышаться, он переоделся и пошел вместе с ней на коктейль-вечеринку. Чрезвычайно сексуальный по своей натуре, он весь вечер старался не прикасаться к жене, однако недельная разлука дала о себе знать. Когда Диана направилась в туалетную комнату, Кобурн пошел за ней, запер дверь и, прижав ее к стене, овладел ею жестко и страстно. Он нашептывал ей на ухо, как скучал по ней, как ему недоставало ее в пустой гостиничной постели…

– Тебе жарко? – Его срывающийся шепот заставил ее поднять глаза. Кобурн любовался ее пылающими щеками. – Такой раскованной я тебя никогда не видел.

Диана судорожно глотнула воздух.

– Веди себя прилично.

– Постараюсь, – хищно улыбнулся он. – На этот раз я хочу заставить тебя разговориться, моя милая, чтобы удовлетворить тебя во всем.

Желудок ее сжался. Отказ от ужина неожиданно показался ей хорошей идеей, потому что она боялась умереть под его откровенным соблазняющим взглядом.

– Но сначала, – медленно произнес ее муж, отступив назад и засунув руку в карман, – надень на палец вот это.

Диана уставилась на кольцо, лежащее на его ладони. Это было простое золотое обручальное кольцо, символ счастья и муки. Если она наденет его, пути назад не будет. Честно говоря, это было уже второе обручальное кольцо. Первое Диана потеряла, когда тщательно мыла руки, готовясь к операции, и Кобурн никак не мог простить ей это.

– Носи его. – Он надел кольцо ей на палец. Отныне она принадлежит ему. – На этот раз ты его не потеряешь, Диана. Ты будешь носить его в радости и в горе. – (У нее промелькнула мысль: чего у них будет больше, горя или радости?) – Не думай ни о чем, – добавил Кобурн. – Просто порадуйся этому вечеру.

Он повел ее к машине, и они поехали в горы, к шикарной вилле Кента, красовавшейся на скале. Оттуда открывался потрясающий вид на море и песчаный пляж, на который накатывали пенистые волны.

Дворецкий провел их на веранду, обращенную к морю. Там прогуливались гости с бокалами шампанского в руках. Это были сливки общества. Красивые женщины с изящными прическами носили эксклюзивные платья с такой непринужденностью, будто, собираясь на вечер, открыли платяной шкаф и надели первое, что попалось под руку. И драгоценности, сверкавшие на безупречно загорелой коже, они носили точно так же.

К ним подошел высокий, элегантно одетый мужчина. У него были тонкие черты лица и нос с горбинкой – все признаки аристократической внешности. Артур Кент тепло приветствовал Кобурна, а потом, слегка поклонившись, расцеловал ее в обе щеки.

– Наконец-то я познакомился с прекрасной Дианой.

– У вас чудесный дом, – тихо сказала она. – Спасибо за приглашение.

– Я всегда рад вас видеть. Я постоянно твердил об этом Кобурну, но он был поглощен обязанностями генерального директора.

– Сегодня мне понадобятся твои мозги, – заметил Кобурн, усмехнувшись. – Если не возражаешь.

«Наверное, Кобурн хочется посоветоваться с Артуром насчет корпорации», – подумала Диана. Там что-то произошло, недаром муж ее стал рассеянным. Но ей не удалось ничего выяснить, потому что к ним подошла жена Артура, Дейна, с детьми. Два мальчика, семи и девяти лет, Майк и Джеймс, были очень похожи на темноволосую мать-англичанку. Дейна была на двадцать лет моложе мужа. Можно было подумать, что он женился на ней, ценя ее молодость и красоту, но вскоре Диана поняла, что дело не только в этом. Кенты были дружной и счастливой семьей. Было видно, что они владеют секретом жизни, и секрет этот заключается совсем не в том, сколько денег у них на банковском счете.

Артур сказал сыновьям, которые были одержимы спортом, что Кобурн был лучшим футболистом в школе, и они стали умолять его поиграть с ними в футбол. Кобурна не пришлось долго уговаривать. Передав свой бокал Диане, он пошел за ликующими мальчишками.

– Ты ничего не пьешь, – заметила Дейна. – Хочешь бокал шампанского?

– Нет, спасибо. Лучше апельсиновый сок.

В глазах хозяйки мелькнула догадка, но она была слишком хорошо воспитана и потому промолчала. Пока Дейна ходила за соком, Диана и Артур наблюдали за тем, как Кобурн играет с Майком и Джеймсом. Он ловко водил мяч и обходил противников. Мальчики смеялись от восторга, пытаясь догнать его. Кобурн смеялся вместе с ними, и впервые за много дней с лица его исчезло напряжение.

– Как он хорошо играет с детьми. – Облокотившись на перила, сказал Артур. – Он любит жизнь и если чем-то увлекается, то отдает всю душу и сердце, не думая о последствиях.

Да, Кобурн умел радоваться жизни, что было чуждо Диане, серьезной и сдержанной. Он умел жить настоящим, наслаждаясь каждой секундой, а она уже в юности научилась планировать свою жизнь на несколько недель вперед.

Но в последнее время Диана подмечала в муже усталость и раздражение. Он взвалил на себя управление гигантской корпорацией, а теперь еще должен заботиться о ребенке, которого не хотел. Не слишком ли велика нагрузка?

Диана сглотнула комок в горле. Нельзя допускать негативные мысли. Она должна быть веселой и оптимистичной. Лишь бы это помогло.

– Они тебя загоняли?

Артур вышел на просторный газон, когда Кобурн поднял руки вверх, возвестив об окончании импровизированного футбольного матча.

– Это маленькие дьяволята, – заявил Кобурн, взяв у Артура кружку пива, которую тот ему протянул. – Я не был в тренажерном зале с тех пор, как возглавил корпорацию.

Артур чокнулся с ним.

– Это затягивает, не так ли? Как ты думаешь, почему я отошел от дел? Секрет заключается в балансе, мой друг, а его нелегко найти.

Сделав большой глоток, Кобурн посмотрел на бесконечный голубой горизонт.

– Ты сталкивался когда-нибудь со снятием с продажи некачественной продукции?

– Чаще, чем хотелось бы. Тебе это грозит? – поинтересовался Артур.

Кобурн кивнул. Это была конфиденциальная информация, но он не сомневался, что дальше Артура сведения не пойдут.

– Да, грозит. И это будет большой скандал. Можешь дать совет?

– Трезво взгляни на факты, оцени обстановку, и, если надо взвалить вину на себя, сделай это, подставив широкие плечи. От этого зависит репутация твоей компании. Она может укрепиться, но может и разрушиться.

Кобурн это знал. Потому и не спал ночами.

Он беседовал с Артуром, выслушивая его мудрые советы. Диана стояла с женой Артура и еще двумя дамами в дальнем конце веранды. Они обсуждали недвижимость на Карибах.

– У моих родителей там дом. Жалко, что я не могу жить на Карибах из-за своей профессии, – улыбнулась Диана.

– О! Вы работаете?

Она напряглась, когда Кобурн подошел и обнял ее за талию.

– Да. Я хирург.

– Хирург? – Жена владельца корпорации «Софт» изумленно изогнула бровь. – Значит, вы режете людей?

– Именно так, – подтвердила Диана. – С определенной целью, конечно.

Ее собеседница вряд ли оценила юмор.

– Это… невероятно. Могу поспорить, Кобурн преклоняется перед вами.

– Конечно! – Кобурн прижал жену к себе. – Красота и ум меня несказанно возбуждают.

– Конечно, возбуждают! – Подтвердила яркая блондинка, супруга еще одного соседа Артура, такая юная, что ее можно было принять за его дочь. Она украдкой бросала взгляды на Кобурна, как только он появился. – Муж сказал, что вы владеете одной из самых известных компаний по производству автозапчастей, но я не представляю, что это такое, потому что все это находится внутри машины.

Кобурн улыбнулся:

– Отлично сказано.

– А вы работаете? – поинтересовалась Диана.

– О нет, – надув губки, ответила блондинка. – У нас двое детей. Женщины должны заниматься семь ей. Воспитание детей – самое важное дело на свете.

– Если бы не было женщин-врачей, – заметила Диана, – то хирургов не хватило бы, и кто тогда лечил бы ваших детей?

Блондинка дернула плечиком:

– И все-таки женщины должны сидеть дома. О, я не имею в виду вас, – примирительно добавила она. – Несомненно, вы невероятно талантливы. Однако женщины иногда слишком далеко заходят, забывая о своих приоритетах.

Диана вцепилась ногтями в бок Кобурна. Почувствовав приближение взрыва, он учтиво улыбнулся дамам.

– Не возражаете, если я похищу у вас свою жену? Мне хотелось бы кое-что ей показать перед ужином.

Не дождавшись ответа, он увел Диану.

– Не слушай ее, – прошептал Кобурн. – Она никогда не работала и ничего не умеет делать.

– А ты хотел бы, чтобы я была такой же, как она, – пробормотала Диана. – Чтобы я сидела дома на диване и ждала твоего возвращения.

– Не надо подсказывать мне идеи. – Опустив руку ниже, он прижал ладонь к ее ягодицам. – Конечно, я был бы не против, но, думаю, ты принесешь много пользы людям.

В ее прекрасных глазах вспыхнул гнев.

– Не надо льстить мне, пытаясь успокоить. Я не кнопка, на которую можно нажимать.

– Да, да, конечно, – ласково сказал он. – Но все-таки я нажму одну кнопку сегодня вечером, когда мы останемся вдвоем.

– А почему бы тебе не понажимать кнопочки у той блондинки? Она с радостью согласилась бы.

Кобурн разозлился:

– Я говорю это в последний раз, поэтому выслушай меня внимательно, Диана. Меня не интересуют другие женщины. И не будут интересовать, даже когда ты будешь на последнем сроке беременности. Единственная женщина, которая может меня возбудить, – ты. И только ты будешь спать в моей постели.

Обессиленная Диана прижалась к перилам. Блеск в ее глазах недвусмысленно свидетельствовал о том, что она хочет его так же страстно, как он хочет ее.

– Прошу к столу, – пригласил их Артур и слегка улыбнулся. – Если только вы не хотите заняться чем-то другим.

Щеки Дианы стали пунцовыми. Кобурн провел ее к столу, накрытому под звездным небом. Его жена возбудилась, она хотела его. И это было хорошо, потому что сам он изнемогал от желания.

Диана сидела по правую руку от Кобурна за длинным столом, освещенным канделябрами. Но около своего горячего, сексуального мужа она не могла расслабиться. Он использовал любую возможность, чтобы прикоснуться к ней. Желание росло с каждой минутой.

Диана отчаянно пыталась сосредоточиться на словах хозяйки дома, которая, будучи талантливой художницей, рассказывала о своих картинах.

В какой-то момент, когда салат и закуски были убраны, но горячее еще не подали, она почувствовала, что рука Кобурна легла на ее бедро. Диана напряглась. Рука медленно спустилась к колену, а затем задрала подол ее платья. Диана сверкнула на него глазами, но он продолжал разговаривать с Дейной, будто не соблазнял жену в присутствии двадцати человек.

Но хотела ли она, чтобы он остановился? Диана с трудом сглотнула, когда он раздвинул ее бедра. Все внутри напряглось и задрожало от предвкушения, когда Кобурн принялся мозолистыми пальцами гладить ее нежную кожу. Ей стало трудно дышать, и она утратила способность поддерживать даже самый простой разговор. Жар волнами накатывал на нее.

– Кобурн, – прошептала Диана, – прекрати.

– Звучит убедительно, – выдохнул он, – сейчас.

Она не вынесет этого. Палец его проник в ее лоно.

О боже. Нет! Она попыталась ответить на какой-то вопрос Дейны, когда Кобурн нащупал ее самый чувствительный бугорок и стал гладить его. Дыхание женщины застряло в горле, пальцы судорожно сжались. Ласки Кобурна стали более интенсивными. Сжав бедрами его руку, Диана боролась с собой. Вернее, ее разум боролся с телом. Она не должна позволять ему делать это. Не должна!

Опустив руку, она схватила его за запястье. Их взгляды встретились, и, увидев огонь в глазах мужа, Диана на секунду забыла обо всем. Он был возбужден так же, как и она.

Кобурн убрал руку, и она облегченно вздохнула. Заправив ей за ухо выбившийся локон, он прошептал:

– Ты хочешь меня, малышка. Не думай, что я остановлюсь.

Нервы Дианы были на пределе. Блондинка с любопытством посматривала на нее, но Диана сконцентрировалась на своем дыхании. Когда подали кофе и десерты, она не смогла съесть ни кусочка. Тело ее трепетало от предвкушения.

Артур уже спрашивал гостей, не хочет ли кто принять рюмочку на ночь, когда на террасу выбежал Майк и бросился к отцу. Он принялся что-то шептать Артуру на ухо, и все встревожились.

Глаза мальчика были расширены. Отец посадил его на колени, пригладил ему волосы и велел глубоко дышать.

– Джеймс ушибся, – всхлипнул Майк. – Мы решили построить крепость. Только Джеймс упал и расшибся.

Кто-то тихо ахнул. Артур обхватил ладонями лицо мальчика:

– Джеймс на скале?

– Д-да. Папа, у него кровь.

Диана вскочила.

– Вызывайте скорую помощь, – велела она и повернулась к Майку: – Покажи нам, где Джеймс.

Кивнув, мальчик спрыгнул с колен отца. Они выбежали во двор и быстро добрались до края скалы, обнесенного высоким ограждением. Майк пролез в какую-то дыру, и Диана последовала за ним. Сердце ее сжалось, когда мальчик указал на крутой каменистый склон и уступ, расположенный пятью футами ниже. Джеймс лежал там, едва видимый в темноте, и тихо стонал.

– Нужен свет, – распорядилась Диана.

Кто-то передал ей фонарик. Посветив вниз, она увидела ужасную картину. Мальчик, скорчившись, лежал на самом краю уступа, и под ним растекалась лужа крови. Диана сразу поняла, что он повредил артерию.

– Уступ надежный? – спросила она Майка.

Тот кивнул. Кобурн выругался:

– Неизвестно, выдержит ли он тебя.

– Сейчас выясним, – отрезала Диана.

Он схватил ее за руку:

– Я пойду первым. Если все в порядке, ты спустишься.

– Кобурн…

– Не возражай.

Затаив дыхание, она смотрела, как муж карабкается по камням с ловкостью альпиниста, покорившего не одну вершину. Кобурн добрался до уступа и проверил, надежен ли он.

– Иди ко мне.

Он помог жене спуститься. Занявшись побледневшим мальчиком, Диана заставила себя не думать о том, как высоко над морем они находятся. Нащупав пальцами рану, она зажала ее. Это была бедренная артерия. Самая главная. Плохо.

– Снимай рубашку, – сказала она Кобурну. – Мне надо перевязать рану.

Он продолжал смотреть на лужу крови.

– Кобурн, – выдохнула Диана. – Мне нужен перевязочный материал, срочно.

Муж ее, выйдя из транса, снял рубашку и стал рвать ее на полосы. Схватив первую, Диана перетянула бедро мальчика, чтобы остановить кровотечение. Джеймс громко застонал.

– Еще, – приказала она Кобурну. – Давай все.

Взглянув на белое как мел лицо ребенка, она испугалась, что он потеряет сознание.

– Джеймс, – мягко сказала Диана, – я доктор. Я умею лечить людей. Ты поранил ногу. Это поправимо. Мы отвезем тебя в больницу, ты полетишь туда на вертолете. Здорово, да?

Мальчик слабо кивнул, и это был хороший знак. Диана взяла полоски ткани, которые протянул ей Кобурн.

– Сейчас я свяжу твои ноги вместе, чтобы они не очень болели. Ты потерпишь, ведь ты храбрый мальчик?

Джеймс всхлипнул. Диана стиснула зубы. Это была болезненная процедура, но необходимая. Как профессионал, она не должна была реагировать на детские слезы, но стоны Джеймса, когда она фиксировала его сломанную ногу, были душераздирающими.

Кобурн вскарабкался наверх, и тогда Артур спустился к сыну, чтобы поговорить с ним и успокоить его. Послышался рокот приближающегося вертолета. Диана тоже поднялась наверх, чтобы помочь бригаде скорой помощи.

Только когда мальчика увезли, ее ноги подкосились. Кобурн подхватил жену, обняв за талию.

– Я ужасно боюсь высоты.

– Я знаю. Ты храбрый человек, Диана Грант.

Диана не считала себя храброй. И сейчас она находилась на грани нервного срыва, слишком много эмоций ей пришлось испытать.

Кобурн посадил Диану в машину, и они поехали вниз по извилистой горной дороге.

– Если бы он вел себя осторожнее… – пробормотала она.

Кобурн искоса взглянул на нее:

– Случилось то, что случилось. Не надо проживать свою жизнь по принципу «если бы…».

– Ты думаешь, я так жила? – тихо спросила Диана.

– Да.

Она пребывала в оцепенении, пока они не приехали в свой коттедж. Открыв дверцу, Кобурн взял жену на руки. Она не стала возражать. Просто прижалась головой к его груди, когда он поднимался с ней по лестнице. Войдя в спальню, Кобурн сразу же понес ее в душ. Диана взглянула на свое платье, оно все было в крови.

Дрожавшими руками она попыталась расстегнуть молнию на спине, но ей это не удалось. Подойдя сзади, Кобурн отвел ее руки. Почувствовав прикосновение его губ к чувственной ямочке между шеей и плечом, Диана затрепетала.

– Сегодня ты герой, – сказал он.

Она покачала головой:

– Это моя работа.

Он расстегнул молнию:

– Спускаться по скале, когда ты боишься высоты, – это не твоя работа. Но ты сделала это, чтобы спасти мальчика. Даже глазом не моргнула.

Диана еще раз поежилась:

– Я очень боялась, что мы рухнем в воду.

– Тем не менее это не остановило тебя. – Спустив платье с ее плеч, Кобурн обхватил ладонями ее груди и вновь поцеловал ту ямочку, которая сводила женщину с ума. – Я никогда никем так не гордился.

Сердце ее сжалось.

– Я многое знаю и умею, Кобурн. Мне нужно использовать свои знания.

– Я понял это. – Взяв Диану за плечи, он повернул ее к себе. – Я недооценивал твою работу. И только сегодня, увидев тебя с Джеймсом, я понял, насколько важна для людей твоя профессия.

Искра надежды вспыхнула в душе Дианы. Может быть, у них все получится? Может быть, ей надо перестать все анализировать и просто следовать велению сердца?

Кобурн расстегнул ее бюстгальтер и бросил его на пол. Увидев его вожделенный взгляд, Диана задрожала.

– Клянусь, тот эпизод за столом чуть не свел меня с ума, – пробормотал он, сжав ее набухшие соски. – Но ты не позволила мне закончить.

Она вспыхнула:

– Это было недопустимо.

– Зато сейчас допустимо, – шепнул он ей на ухо. – Иди под душ, Диана.

Она встала под душ, едва держась на ногах. Кобурн присоединился к жене и, взяв душистое лимонное мыло, принялся намыливать ей спину, ягодицы, которым уделил самое пристальное внимание, а затем – ноги.

Наклонившись, он повернул Диану и, раздвинув ее бедра, сжал пальцами нежную плоть. Она застонала. Тогда Кобурн припечатал ее к стене своим мощным телом. Его пальцы погрузились в ее влажные волосы, а губы прильнули к ее губам. Возбуждение нарастало.

– Я хочу ощутить тебя в полной мере, малышка. – Оторвавшись от Дианы, он пронзил ее взглядом, полным вожделения. – Хочу ощутить твою сладость… и то, как ты изнемогаешь от моих прикосновений. Я мечтал об этом, когда ласкал тебя под столом.

Колени Дианы готовы были подогнуться. Выключив душ, Кобурн завернул ее в полотенце. Она едва успела вытереть волосы. Муж подхватил ее на руки, отнес в спальню и уложил на огромную кровать. Диана почувствовала себя жертвой, за которой охотится хищник в джунглях, когда Кобурн, сверкая голубыми глазами, стал ласкать нежный бугорок.

Она вскрикнула, не в силах себя сдержать.

– Вот так, милая. Отдай себя мне. Ты потрясающая.

Диана содрогнулась в оргазме, а Кобурн, прижав ладонь к ее животу, наблюдал за ней, наслаждаясь ее хриплыми стонами.

– О боже, – прошептала женщина, сжимая его в объятиях.

– Всегда к вашим услугам, – ухмыльнувшись, бросил он, поцеловав ее в губы, а затем лег на бок рядом с ней. – Погладь меня, – произнес Кобурн низким голосом. – Почувствуй, как ты возбудила меня.

Она взглянула на символ его мужественности, касавшийся мускулистого живота, и губы у нее пересохли от предвкушения. Сейчас она сможет насладиться Кобурном без презерватива, впервые в жизни, и никакие барьеры не будут разделять их.

Кобурн подмял Диану под себя. Сердце ее замерло в груди. Он любил эту позу. Любил разговаривать с ней, доводя до умопомрачения.

– Скажи, – шепнул он ей на ухо. – Скажи мне, что ты хочешь меня…

Да, она хотела, она всю неделю боролась со своим желанием.

Крепко сжав ягодицы Дианы, Кобурн медленно вошел в нее. Ей хотелось видеть его глаза, но он покусывал нежную мочку ее уха.

– Мне нравится, как ты принимаешь меня, – пробормотал он. – Ты такая упругая, малышка. Ты будто создана для меня. На свете нет ничего более совершенного.

Слова его явились бальзамом для ее истерзанной души. Она протянула руку и прикоснулась к его лицу.

– Я хочу видеть тебя.

Кобурн проигнорировал ее просьбу. Дыхание его участилось, и это свидетельствовало о том, что он постепенно теряет свой железный контроль.

– Кобурн… Мне надо видеть тебя.

Он лег на спину и уложил Диану на себя. Глаза его стали темно-синими, когда он взглянул на нее.

Кобурн был сильным и мужественным, но ей этого было недостаточно. Она хотела его душу. Ей хотелось убедиться в том, что он полностью принадлежит ей.

Она провела пальцем по его красивым губам:

– Ты не целовал меня той ночью.

– Это было наказание.

Диана склонилась над ним:

– Сделай это сейчас.

Обхватив рукой затылок жены, Кобурн поцеловал ее так проникновенно, что у нее возникло ощущение, будто в мире, кроме них, больше никого нет. Это было волшебно. Ей хотелось, чтобы поцелуй длился вечность.

Только Кобурн мог доставить ей такое наслаждение. Он заставлял ее чувствовать себя драгоценностью, когда они сливались друг с другом.

Без сил упав на грудь мужа, Диана посмотрела в его сияющие глаза.

– Мне так недоставало тебя, – прерывисто выдохнула она. – Мне так недоставало этого.

Он погладил большим пальцем ее щеку, затем сжал подбородок.

– Давай повторим, малышка. Я хочу тебя.

Его взгляд был гипнотическим. Кобурн крепко сжимал ее ягодицы, а она, вцепившись в его крепкие бицепсы, вновь стала двигаться вместе с ним. И Диана достигла второго пика.

Она застонала и, закрыв глаза, отдалась все убыстряющемуся ритму. Наконец из груди Кобурна вырвался крик…

Диана прижалась к мужу, когда он, выключив свет, лег рядом с ней, однако эйфория ее рассеялась, потому что он мгновенно уснул, нашептав ей на ушко нежные слова любви.

Это явилось наглядным свидетельством того, что они сошлись только ради ребенка. Значит, он отдал ей только половину себя. И это было самое худшее.