Не в мастерской художника, где краскам

Дано грустить и радоваться, нет, —

В глухом лесу, в становье партизанском

Тот необычный создан был портрет.

Когда над лесом проносились грозы

И гром гремел на языке чужом,

Среди поляны на коре березы

Его разведчик вырезал ножом.

И стало вдруг светло под небом хмурым,

И сразу все поверили — он здесь.

Глядит сквозь чащу точный глаз

с прищуром,

И мир пред ним — как на ладони весь…

К нему тянулись тропки по оврагу,

Где шепотком деревья говорят,

Ему спешили принести присягу

Все, кто отныне приходил в отряд.

Что были им фашистские угрозы,

Кто мог их след невидимый найти,

Когда в лесу из-под шатра березы

Сам Ленин им указывал пути!

И час расплаты видел мститель грозный,

Одним его присутствием согрет…

Не зря теперь меж мрамором и бронзой

Поставили в музее тот портрет.