Я сел на коня и темную копоть

Костров азиатских с лица не смыл,

Впивался в сосны месяца коготь,

И теплый ветер на стремени стыл.

Я слышал гул веселых молений

В усталом шатре на белой горе.

Казалось, что конь мой, пеня колени,

Бредет по волнистой алой заре;

Так низко к земле закаты упали,

До серых каменьев, до лисьих нор.

На перекрестках меня встречали

Косматые люди зеленых гор.

«Он не заблудится в горных туманах!»

«Он в наших кострах душой закален!»

И радость гремела бубном шамана

На диких свадьбах горных племен.

На девичьих лицах лимонный глянец,

Запястий звон на смуглой руке.

Густой и теплый темный румянец

Крылом дрожал на моей щеке.

…Я бросил поводья в зеленой пене.

Вошел… Она играла кольцом

И, посмотрев на легкие тени,

Сказала: «Уйди, ты темен лицом!»

Меня боялись враги и звери.

Я меткость свою показать бы смог!

Но я лишь толкнул звенящие двери

Перешагнув через гулкий порог.