Как уносятся птиц вереницы,

Поколенья уходят в отлет, —

Человечество то веселится,

То отраву смертельную пьет.

То в тисках, то ломая оковы,

Точно русла стареющих рек,

Изменяются снова и снова

И вселенная и человек.

Всех на счастье влечет изначала,

Но, над нами смеясь искони,

Подпускало к себе, ускользало

И звало на бегу: «Догони!»

О безумная, дивная пери,

Брось негодную, злую игру,

Я свидетельствую и верю:

Все живое стремится к добру.

Этой тяги таящейся ради

Окажи свою помощь живым.

Смерть — проклятое ада исчадье,

Жизнь — сияющий серафим.

С сотворения мира две силы —

Свет и тьма — в вековечной войне.

Тьма — зияющая могила,

Солнце — к воле взывает извне.

Зло досталось вселенной в наследье

В незапамятные времена,

Но, дыханье зимы обезвредя,

Настает в наших душах весна.

Между горестями и весельем

Нет похожего ничего.

На два мира особенных делим

Мы уныние и торжество.

Но крылит из столетья в столетье

Мысль, исполненная огня, —

И фантазия щелкает плетью,

Погоняя веками коня.

Утро счастья, таинственный гений,

Перелей благодать через край,

Осчастливь и направь поколенье,

Руку помощи людям подай.

Чем ты радовать станешь, стихия,

Если будешь, как камень, гола?

Как бездетности недра сухие,

Бесполезные гибнут дела.

Не сойди же со сцены в бесплодье,

Стань за новую правду горой.

Дай победу над рабством свободе,

Славой сторону нашу покрой.

Божество прошлых дней, угнетенье,

Нами вдоволь натешилось встарь.

Отжила и становится тенью

Эта подлая старая тварь.

Счастье — детище нашего века

И, как истинное дитя,

Улыбается человеку,

Солнцем будущего светя.