Надрывалась земля

В своей муке исконной,

Человеческим голосом

Умоляла ты нас:

— Засевайте меня,

Убирайте любовно,

Чтобы жар в груди моей

Не погас.

Мы же рвали ее

На клочки,

На делянки,

На полоски худые

Межой раскроив.

Подрастали

Сымоны, Рыгоры да Янки

И делили полоску

Одну на троих.

А декабрь приходил,

Посиневший от стужи,

Вихрь в амбарах пустых

На цимбалах играл,

Мы же только, ремень подтянув,

Да потуже,

Хлеб свой горький пекли

С лебедой пополам.

Из мякины тот хлеб

Был и горек и жесток,

Застревал

На распухшей цинготной десне.

Выходили

Под стать мертвецам на погостах

И недолю встречали свою

По весне.

Много бед мы узнали

В нашей длинной дороге

И голодной тоски

За порожним столом,

Черный ветер бил в стекла,

И днем на пороге

Часто смерть появлялась

С холодным челом.

Но пришел наш черед,

Расквитались мы с ней,

Мы прогнали царя,

И жандармов, и пристава,

Чтобы ты нам,

Земля,

Расцвела покрасней,

Чтоб хватало для всех

Хлеба чистого.

А теперь мы избавим тебя

От невзгод,

С новым плугом идем,

Кормим калием.

Чтоб дарила ты нас

Каждый год,

Каждый год

Не одним,

А тремя урожаями.