Зря, парикмахер, ты льешь духи

Джамбулу за воротник:

В стареньком кресле твоем сидит

Не юноша, а старик.

Я черным когда-то и стройным был —

Согбенным стал и седым,

И нету в живых никого из тех,

Кто знал меня молодым.

Железо — как ты его ни точи —

Станет ли клинком?

И кляча — как ты ее ни холь —

Станет ли скакуном?

Так из Джамбула, что тут сидит,

Строки шепча стихов,

Может ли выйти лихой джигит,

Сколько ни трать духов?

Как в старых колодах бубновый король,

Я дряхлым по виду стал,

И буду таким же, какой бы огонь

В сердце моем ни пылал.