Зной этой ночи нарушил мой сонный регламент.

Розами сад был укутан до самого горла.

Всюду виднелся разрушенных теней орнамент.

Море дремучее пело и камни прибрежные терло.

Медленно плыл я, и «Даланд» стоял над волною,

Словно Нарцисс, очарованный собственной тенью.

Темные лавры томили меня и влекли за собою,

Лунные лилии их стерегли в отдаленье.

Я возвращался на родину новой дорогой.

Поднят с постели, томился и хмурился малость.

Отчая кровля казалась такой бесконечно далекой.

Да и была ли она? Может быть, лишь вспоминалась?

Воспоминаний толпа вслед за мною летела.

Ленин, Москва, Петроград, Кремль… И в дрожанье и в стуке

«Даланд» волну рассекал, и Черное море кипело…

Взгляд затуманили первые слезы разлуки.