О пастух наш, я агнец заблудший,

От святого отбившийся стада,

Вся земля тебе правдою служит,

Всей земле твоя воля — отрада.

Постоянно в твоей благодати

Пребывать бы мне, слабому, надо,

Чтоб не встала меж мною и небом

Прегрешений глухая ограда.

Погружен я в Святое писанье,

Сердце голосу господа радо;

Дай мне силу подняться из грязи,

Дай избегнуть кромешного ада.

Я дитя твоей светлой купели,

Хоть со мною и не было слада;

Алый крест начерти своей кровью,

В знак того, что дана мне пощада.

Сделай мягким в груди моей камень,

Сделай добрым злонравного гада,

Дай мне слез неизбывные реки,

Дай росу с твоего вертограда.

Исцелять от недуга болящих

Ты любил мимоходом когда-то,

Так пошли же и мне исцеленье,

А не то я погиб без возврата.

По весне зеленеют деревья,

И весна их цветеньем богата,

Дай же мне расцвести, о всевышний,

Дай мне в каждом почувствовать брата.

Плохо рыбе, попавшейся в сети,

Бьется бедная, страхом объята,

Понимает — без моря не жить ей,

А сетям не сорваться с каната.

Я вне моря твоей благодати,

В этом слабость моя виновата,

Сын Марии, мне страшно, мне стыдно,

Сделай так, чтоб минула расплата.

Из-за многих моих прегрешений

Тьма лишь худшею тьмою чревата…

За меня на кресте умирал ты,

Так спаси меня от супостата.

Сотворил ты пресветлое солнце,

Мир согревшее ласковым взглядом,

О, сияющий свет первозданный,

Разреши мне побыть с тобой рядом.

Словно низкие черные тучи,

Что ползут нескончаемым рядом

Над землею и морем тревожным,

Обдавая нас гибельным хладом,

Застилают грехи мои небо,

Хлещут огненным яростным градом,

И от страха стучат мои кости,

И душа сметена огнепадом.

Я от мира сего отрекался,

Но отравлен был суетным ядом,

И в руках у разбойников плакал,

Расставаясь с богатым нарядом.

Лишь во злобе служил я примером,

Был порочен умом и укладом,

И дрожу перед мигом расплаты,

Что грозит мне, заблудшему, адом.

Сам я выстоять не в состоянье

И не верю случайным опорам.

Дай мне силы на узких тропинках,

Пробегает огонь по которым.

Я хотел бы, как Иеремия,

Зарыдать вместе с ангельским хором,

Над попавшими в лапы дракона,

Над достойными, ставшими сором.

Час пробил, мой кувшин раскололся,

Но напрасно ты смотришь с укором.

Вся земля мне заступницей будет,

Удостой лишь ее разговором.

Сын заблудший твой, Кечареци я,

Я уже захлебнулся позором,

Как Петру, свою длань протяни мне,

Чтоб не стал я убийцей и вором.

Пожалей меня, господи боже,

Пусть мне искусы кажутся вздором,

Ты надежда моя и опора,

Я нуждаюсь в спасении скором.

В Судный день, чтоб предстать пред тобою,

Даже мертвые встанут из тлена,

Сбереги мою грешную душу,

По которой тоскует геенна.