Небо, я, будучи раз навсегда сотворенным,

Неизреченно раскинулось сводом бездонным.

Отделены, как заметил еще Моисей,

Верхние воды от нижних стихией моей.

Соединило навечно пространство небесное

Оба начала: телесное и бестелесное.

Ибо, подобно стихии телесной, я зримо,

Как естество бестелесное — неощутимо.

Я покрываю собою четыре стихии,

Те, из которых возникли все твари живые.

Кроме всего, воплощаю я нечто такое,

Что различают не глазом, а только душою.

Я — полукругло, от прочих предметов отлично,

Хоть и в движенье всегда, я всегда безгранично.

Сущему в мире — всему я конец и начало.

И в пропастях и на кручах — везде я бывало.

Я неподвижным кажусь — неподвижность обманна.

В даль я стремлюсь, лишь в движенье своем постоянно.

Горы высокие, что вас страшат крутизною,

Скаты, глубокие пропасти — все подо мною.

Не прерывая движения ни на мгновенье,

Небо, я вечно в своем бытии и движенье.