— Тихо, — прошептал Коди. Шедшие сзади Миранда и Сержант остановились. — Я вижу впереди свет.

«Свет» было слишком сильно сказано: скорее, в дальнем конце перехода, по которому они шагали последние десять минут, висел светящийся фиолетовый туман. Коди прикинул, что до тумана футов сорок, хотя понятие расстояния уже потеряло реальный смысл. Покинув помещение, где их заключили в клетку, они очутились в темноте и ощупью пробирались по коридору, стены и пол которого казались сделанными из пропитанной водой кожи. Коди думал, что они постепенно спускаются вдоль витков пологой спирали. Никаких других проемов, никакого другого света они не встретили.

Держа Миранду за руку, Коди осторожно вел ее вперед. Девушка тянула за собой Сержанта. Они перебрались через два или три дюйма густой слякоти, покрывавшей дно коридора, добрались до светящегося тумана и разглядели, что коридор сворачивает вправо. Впереди был круглый портал, за которым виднелось что-то вроде большой комнаты, залитой нездоровым лиловым светом.

— Пошли, Бегун! — прошептал Сержант, оглянувшись. — Не отставай!

Они вышли из коридора. Коди остановился, ошеломленный открывшимся зрелищем.

В воздухе, возможно, в ста футах над ними, завис огромный клубок пурпурного тумана, излучавший свет, подобно солнцу иного мира. К далекой верхушке корабля по стенами поднимались другие дверцы и платформы. Коди тут же пришло в голову, что так должен выглядеть внутри муравейник, однако никаких признаков жизни парнишка не заметил. Примерно в шестидесяти футах над полом висела еще одна черная пирамида величиной с гусеничный трейлер, которую соединяли со стенами две массивных рукояти. От пирамиды к стенам, уходя в них, тянулась сеть, сплетенная из тысяч серебряных кабелей, но Коди гораздо сильнее ошеломило то, что оказалось прямо перед ними.

На другом краю площадки длиной и шириной пятьдесят футов расположились сотни конструкций — сферы, восьмиугольники, массивные плиты и даже изящные и загадочные, как абстрактные скульптуры, композиции. Все они были черными как смоль и казались чешуйчатыми. Они были выстроены длинными рядами и соединены серебристо-синими прутьями. Некоторые достигали в высоту двадцати, а то и тридцати футов.

— По-моему, машины. — Поначалу Коди подумал, что здесь, должно быть, находится машинное отделение корабля, но ритмическая пульсация шла не отсюда, а откуда-то снизу, с другого уровня. Одну черную стену покрывали тысячи тускло светившихся лиловых геометрических фигур. Вероятно, это язык Кусаки, догадался Коди. На другой стене расположились длинные ряды треугольных экранов. На них виднелось что-то вроде сделанных под различными углами рентгеновских снимков человеческих скелетов, черепов и органов. Каждые две-три секунды появлялся новый набор изображений, словно экраны были видеоатласом анатомии человека.

— Боже правый! — Сержант уставился наверх. — Тут искусственное солнце!

Но свет, исходивший от туманного шара, был холодным, а от вида этого сгустка мглы у Сержанта заболела голова.

— Тут должен быть выход. — Не выпуская руки Миранды, Коди двинулся по черному кожистому полу. Повсюду стояли лужи слизи, как будто по залу только что проползла огромная улитка. Коди рассудил, что здесь должен быть еще один портал — может быть, на противоположной стороне корабля.

Они пошли между рядами машин. Коди услышал медленные вздохи и, покрывшись гусиной кожей, понял, что некоторые машины дышат. Но они не могли быть живыми. Не могли! Тем не менее, их чешуйчатые поверхности расширялись и сжимались, каждая немного в другом ритме. Коди подумал, что сейчас пальцы Миранды сломают ему руку.

С одной из конструкций — большой, ощетинившейся иглами плиты, похожей на инопланетную швейную машинку, — свисали какие-то лоскутья и клочки. Возможно, человеческой плоти… или хорошей ее имитации. На другой конструкции помещалось огромное веретено с обмоткой из тонко сплетенных проводов, уходивших к соседнему механизму — желобу, на котором грудой ненужного хлама лежали обрывки ткани, клочья волос и то, что когда-то могло быть костями. Коди сообразил, что именно эти машины делают Кусаке репликантов. Помещение представляло собой мастерскую, до жути похожую на мастерские Мэка Кейда. остановился.

— Что такое? — сказала Миранда, едва не налетев на него.

— Вот, смотри. — Коди ткнул пальцем. Над самым полом, уходя в открывшийся перед ними проход, тянулись самое малое тридцать шнуров, сделанных из чего-то, напоминавшего эластичную красную мышечную ткань. Коди оглянулся, чтобы увидеть, к чему они подсоединены. Пересекая зал над самым полом, мясистые волокна уходили в самую большую из черных дышащих машин. Тогда у Коди возник следующий вопрос: к чему эти волокна прикрепляются другим концом?

Выбора не было. Надо было идти в переход.

— Пошли, — сказал Коди, в основном, чтобы стронуться с места. Он сделал по илистой поверхности три шага — и услышал высокий ноющий звук, словно кто-то быстро сматывал рыболовную леску: это завибрировали, втягиваясь в дышащую машину, проходящие над полом тяжи. Коди понял: по лежащему перед ними проходу что-то движется. Послышался шум, быстрый топот когтистых лап. Судя по звуку, на марше была целая армия Кусак.

— Назад! — сказал он Миранде и Сержанту. — Назад! Быстро!

Шум от движения чего-то массивного раздавался уже совсем рядом. Коди отвел своих спутников под прикрытие конструкции, похожей на гигантскую наковальню, а сам припал к полу, наблюдая за порталом. Тяжи без остановки убегали в глубины дышащей машины, и по спине у парнишка пошли мурашки.

И вот оно проскользнуло из отверстия в помещение. Под фиолетовым солнцем заблестело влажное крапчатое тело. То, что топало, как целая армия, оказалось одним существом, но вид столь богопротивной твари наполнил Коди ужасом. Парнишка почувствовал, что внутри у него все съежилось. Он понял, на кого смотрит: на сей раз его глазам предстал не очередной репликант, а то самое существо, которое избороздило пустоты космоса, охотясь за Дифин. То самое существо, которое, посадив в Инферно свой звездолет, прорыло под городом тоннели и в поисках человеческих тел врывалось сквозь полы в дома. Оно было здесь, отделенное от Коди двумя десятками футов.

За стенами корабля Дифин миниатюрным джаггернаутом продолжала свое наступление по тоннелю. Остальные с трудом поспевали за ней. Керт поскользнулся на слизи и поднялся, чертыхаясь и счищая с себя эту дрянь. Дифин слушала пульс систем корабля, не зная, отключено ли уже силовое поле. После отключения двигатели получили бы огромное количество энергии.

Замыкавший группу Рик сделал еще четыре широких шага — и был схвачен руками, пробившимися из земли у его ног. Пальцы сомкнулись на распухшей лодыжке паренька, вонзая когти в тело. Вскрикнув «Иисусе!», Рик наставил винтовку в голову чудовищу и начал стрелять. Полетели клочья мяса. «Отвали!» — рявкнул Керт, приставил к темноволосой голове твари ствол кольта и спустил курок. Голова раскололась, разбрызгивая свое содержимое. Но монстр упорно лез из земли, одной рукой стискивая лодыжку Рика, а другой нашаривая ноги Керта. Керт подпрыгнул, словно угодил босиком на раскаленную сковороду. Рик упал, направил свой фонарь твари в лицо и увидел, как глаза убрались в складки кожи, задымились и лопнули. Лицо исказилось то ли от боли, то ли от ярости. Когти выпустили Рика. Трепыхаясь, монстр снова зарылся в землю и исчез.

— Все целы? — Дифин остановились в пятнадцати футах впереди. Джесси направила лампы назад, чтобы осветить остальных.

Керт помогал Рику подняться. Оба дрожали.

— Идти можешь? — спросил Керт. Рик для пробы перенес вес тела на больную ногу. Давление оставленные когтями глубокие царапины частично сняли, но лодыжка кровоточила. Мальчик кивнул:

— Ага, справлюсь.

— Тихо. — Увидев что-то, Том ткнул фонарем в ту сторону, откуда они пришли. по Его глаза за стеклами очков расширились. — О Господи, — проговорил он.

Быстро перебирая лапами, молотя шипастыми хвостами, к ним бежали четыре человекоскорпиона. Попав на свет, они дрогнули, загораживая глаза, но не остановились.

Том вскинул винтовку и начал стрелять. Керт сказал:

— Не трать зря пули, мужик. — Он чиркнул зажигалкой и поднес огонек к шнуру динамитного патрона. — Все целуемся с землей! — Шнур выгорел, Керт швырнул динамит в монстров и кинулся плашмя.

Бежали секунды. Взрыва не было.

— Господи! — Керт поднял глаза. Монстры топали по самому динамиту. Взрыва все не было. — Не иначе, эта чертова…

Тоннель озарило ослепительное сияние. Сотрясший подземелье громовой раскат отшвырнул четыре тела на стены. На Керта с товарищами палящим ветром пустыни дохнула взрывная волна. Дифин тоже лежала на животе. Поднятый взрывом ветер ерошил ей волосы.

Джесси приподняла лампы и увидела, что два чудовища закапываются в стены. Третье лежало, подергиваясь, а четвертое не шевелилось совсем.

— Очко, — сказал Керт.

Дифин встала.

Тут из тоннеля за ее спиной метнулась какая-то фигура, схватила ее сзади за шею и оторвала от земли. Два когтя рассекли кожу, вырвав у Дифин крик боли. Ее держали на расстоянии вытянутой руки так, что ноги болтались над землей.

— Кончено, — прошептал Кусака голосом Мэка Кейда.

Услышав крик Дифин, Джесси начала оборачиваться, светя лампой над головой. Но голос Мэка Кейда резко скомандовал:

— Бросить оружие! Всем! Не то я сломаю ей шею!

Джесси замялась. Взглянула на Тома. Тот пристально смотрел на нее, прижимая карабин к груди.

— Бросить оружие, — повторил Кусака. Репликант держал ребенка между собой и светом. На груди у него корчилась от боли собачья голова. — В переход, как можно дальше от себя! Ну!

— Господи Исусе! — Керт упал на колени в слякоть, раскачиваясь из стороны в сторону. — Не убивай меня! Пожалуйста… Умоляю тебя! — Глаза Локетта-старшего стали дикими от ужаса. — Пожалуйста, не убивай меня!

— Вот вам клопиная смелость! — Кусака встряхнул Дифин, и из порезов на шее сорвалось несколько капель крови. — Посмотри на них! Вот тебе твои защитники!

Керт, всхлипывая, продолжал раскачиваться вперед-назад.

— Вставай, — сказал Рик. — Ну, мужик. Нечего этому куску говна видеть, что ты валяешься у него в ногах.

— Не хочу умирать… не хочу…

— Теперь мы все отправимся на чудесную, долгую прогулку, — сказал Кусака. — Если будете делать, что велено, я вас не убью. Бросьте оружие в переход. Сейчас же.

Том пригнул голову, набрал полную грудь воздуха и отшвырнул винтовку. Когда она плюхнулась в слизь, он поморщился. Керт бросил кольт. За ним полетела винтовка Рика.

— Фонари тоже! — крикнул Кусака. — Нашли дурака!

Первым бросил свой фонарь Керт. Потом на земле оказались фонари Рика и Тома. Скрученная проводом связка ламп, которую отшвырнула Джесси, приземлилась около убитого взрывом скорпиона.

— У вас осталось еще кое-что, — спокойно сказал Кусака. — Оружие, которое оглушает и сжигает. Как оно называется?

— Динамит, — ответила Джесси, прижимавшая руку к лицу.

— Ди-на-мит. Динамит. Где он?

Все молчали. Сжавшийся в комок, съежившийся Керт не издал ни звука.

— Где? — настойчиво повторил Кусака и встряхнул Дифин так сильно, что она хмыкнула от боли.

— Керт, отдай, — сказал Том.

Керт распрямился и медленно снял рюкзак.

— Динамит тут, внутри, — сказал он и кинул сумку в Кусаку. Она приземлилась у ног Джесси.

— Вынь динамит и дай мне посмотреть, — сказал Кусака.

Джесси подняла рюкзак, засунула руку внутрь и вместо двух последних динамитных патронов нащупала пачку «Лаки».

— Давай, показывай! — потребовал Кусака.

— Валяй. — Тон Керта был взвинченным до предела. — Пусть посмотрит, раз приспичило.

— Но это… не…

— Покажи, — перебил Керт.

И тут Джесси поняла. Или, по крайней мере, подумала, что поняла. Она достала сигареты и на ладони протянула пачку Кусаке. Монстра следил за ней из-за плеча Дифин.

— Вот, — сказала Джесси. Горло было сухим, как наждак. — Динамит. Видишь?

Кусака не издал ни звука. Голубые глаза Мэка Кейда уставились на лежавшую у Джесси на ладони пачку «Лаки». Моргнули. Потом еще раз.

«Передает информацию, — подумала Джесси. — Может быть, обыскивает языковые центры каждого мозга из тех, которые успел украсть. А вдруг он узнает, что такое динамит или как выглядит взрывчатка?» Из горла Кусаки вырвалось свистящее шипение.

— Это упаковка, — неожиданно сказал он. — Вскрой и покажи мне динамит.

Джесси трясущимися руками разорвала пачку и подняла три последних сигареты так, чтобы Кусаке было видно.

Наступило долгое мгновение. Джесси казалось, что сейчас она закричит. Если Кусака располагал какой-нибудь информацией о динамите, она должна была совпадать с известным Дифин определением: «взрывчатое соединение, обычно имеющее форму цилиндра и взрывающееся при поджигании запального шнура». Сигареты имели цилиндрическую форму. Как Кусака мог отличить одно от другого? Джесси явственно видела, как за поддельным лицом репликанта быстро крутятся шестеренки.

Кусака сказал:

— Положи динамит на землю. Топчи, чтоб он сдох.

Джесси бросила сигареты и глубоко вдавила в слизь.

По губам твари промелькнула быстрая улыбка. Кусака опустил Дифин, но продолжал сжимать ее шею.

— Теперь я чувствую себя лучше! Снова хорошие флюиды, слышьте? Все пошли впереди меня. Марш!

Затаившая было дыхание Джесси перевела дух. Керт Локетт сыграл на том, что Кусака никогда прежде не видел динамита. Но куда девались два последних патрона?

Керт поднялся. Красная ковбойка была застегнута почти до горла. Держа руки по швам и слегка сутулясь, как собака, опасающаяся трепки, он двинулся по тоннелю вслед за Риком.

Кусака толкнул Дифин в слякоть, поднял, грубо пихнул вперед. Она уже заметила, что собака держит в пасти ее жизнеспору. Кусака забрал в горсть волосы Дифин.

— Я знал, что клопы притащат тебя. Нам предстоит чудная долгая совместная прогулка. Ты, я и клопы. Подумай об этом. — Он опять пихнул Дифин и, дергая шипастым хвостом, последовал за остальными пленниками в темноту.