От прежнего задрипанца не осталось и следа. Теперь на Киса глядела венценосная особа в расшитом камзоле, мантии и штанах с застежками под коленом. На ногах у персоны были туфли с серебряными пряжками, на голове – парик и сверкающая корона. Правда, волос кое-где повылазил из горностаевых шкурок на мантии, зато парик был присыпан пудрой весьма густо.

Король заговорщически подмигнул своему отражению и запел:

Как ни странно, мелодию его песенки нельзя было назвать бодрой, а припев:

несмотря на свое исключительно правильное содержание, и вовсе был наполнен грустными нотками.

И вдруг откуда-то донеслась веселая музыка, и в зал ворвались три пары мышей. Они были в одеянии серого цвета. Представители мужского пола – в котелках и смокингах, женского – в купальниках «бикини» и сапогах выше колен. Они принялись танцевать канкан и петь:

– Какого черта! – закричал рассерженный Кис. – Кто вас пустил и что это такое?

Мыши прекратили свой танец, в котором задирали ноги так, что король стал опасаться за люстру, и хором ответили:

– Репетиция, ваше величество.

– Какая еще репетиция?

– Для карнавала, ваше величество.

– А ну вас, – махнул рукой Кис. Ему ничего не оставалось, как допеть собственную песенку:

Меня повсюду флагами встречают.

Три пары снова пустились в пляс.

На этот раз им удалось-таки зацепить своими наглыми ногами люстру. Она качнулась, но не упала. Король собирался разгневаться, но ему доложили, что приближенные явились и ждут за дверью разрешения войти. Музыка смолкла, три пары мышей сдуло, как ветром.

– Пусть войдут, – молвил король.