Лето в Париже и близко не было таким жарким, как в Баразбине, но приятная прохлада не могла уменьшить боль в сердце. Целых два дня Эмбер предавалась отчаянию, не выходила из квартиры, не желала есть. Наконец здравый смысл восторжествовал.

Этим утром она открыла окна, и шум улицы ворвался в комнаты. Подстегнутая тем, что Анни и Клод скоро будут дома, она решила навести порядок и начала с того, что распаковала вещи. Она вернулась навсегда, и давно пора разобрать все, что было упаковано в спешке. Эмбер добралась до дна чемодана, и ее пальцы коснулись красного шелка абайи – той, которую она надевала в последнюю ночь с Казимом.

Она поднялась, приложила к себе ткань и вдохнула запах пустыни – и Казима.

Почему она так сильно и болезненно любит его?

Та ночь в пустыне была смесью страдания и экстаза. Казим отказался признать ее любовь, но его тело приветствовало ее. А потом все изменилось. Эмбер прикрыла глаза, вспомнив, как покинула дворец. В Казиме не было ни капли сочувствия, и она вынуждена была спрятать под солнцезащитными очками слезы.

Казим разрушил их брак из чувства долга перед королевством.

Что ж, пусть будет так. Он сделал свой выбор. Все, что было между ними, следует спрятать глубоко внутри.

Пора двигаться дальше.

– Достаточно! – решительно сказала она своему отражению, расчесала волосы и собрала их в хвост.

Следует сосредоточиться на более важных вещах. Скоро прилетят Анни и Клод. Ее жизнь вернется в нормальное русло, и последние несколько недель забудутся, как плохой сон.

«Но это не то, чего я хочу!»

Она зажмурилась от боли, потом открыла глаза и погрозила своему отражению:

– Прекрати!

Бросив возню с багажом, она схватила сумку, вышла из квартиры и спустилась по ступенькам. Как только Эмбер распахнула уличную дверь…

– Ох! – вскрикнула она, отступив назад.

Что творит ее воображение? Эмбер моргнула несколько раз и снова посмотрела. На улице и правда стоял Казим, огромный, словно мир.

– Зачем ты явился на этот раз? – сердито выпалила она.

Он направился к ней.

Пульс Эмбер зачастил, и, хотя молодая женщина пыталась уговорить себя, что это от неожиданности, она знала, что причина кроется в нем. В ее муже.

Она злилась на себя. Но как уничтожить любовь к нему? Это невозможно.

– Нам нужно поговорить, Эмбер. – Черные как ночь глаза скользнули по ее телу.

– Не думаю. – Она порадовалась, что, стоя на порожке, возвышается над ним. Контролирует ситуацию. – Ты уже все сказал.

– Нет. – Он подошел ближе. – Я сказал лишь то, что должен был.

Недоуменно прищурившись, Эмбер теребила ремень сумки. Когда он перестанет говорить загадками?

– Мы можем зайти внутрь? – Казим взглянул на часы. – У меня мало времени.

Это покоробило ее.

– Ты решил ненадолго заскочить сюда и испоганить мою жизнь, так?

– Мы не можем обсуждать это здесь, – решительно проговорил он. – Зайдем.

– Прости, Казим, мне нечего тебе сказать. – Эмбер старалась сохранить веселый и жизнерадостный тон, хотя на самом деле внутри она таяла. – Связь будет осуществляться через моего адвоката.

– У тебя есть адвокат? – Он слегка повысил голос, его глаза сверкали, словно ледяные кристаллы.

– Пока нет! – почти прорычала она. Эмбер злило, что Казим пытается лишить ее почвы под ногами.

– Тогда как я могу общаться с тобой через адвоката?

– Очень остроумно!

Он хочет замучить ее? Она едва могла контролировать влечение, которое пронизывало ее.

– Эмбер…

Он потянулся к ней, но она отскочила назад.

– Не надо, Казим. Вообще-то я ухожу.

– Но сначала ты выслушаешь меня, даже если придется говорить на улице.

Эмбер покачала головой. Если Казим снова собирается распространяться о своем долге и обвинять ее в предательстве, она не будет это терпеть.

Она посмотрела в его глаза, и ее сердце едва не перестало биться. В их глубине Эмбер увидела что-то, чего не было раньше, – неуверенность.

– Пять минут, – уступила она.

Не оглядываясь, Эмбер поднялась в квартиру.

– Может потребоваться немного больше, – донесся до нее его глубокий голос, и тело отреагировало на сексуальный подтекст, скрытый, казалось, в каждом слове.

– Скажи, что собирался, Казим, а потом уходи. Навсегда.

Она вошла в маленькую квартиру и бросила сумку на стол.

Казим закрыл дверь, и Эмбер вспомнила, как они встретились в клубе. Он стоял тогда у двери, перекрывая выход и заставляя ее выслушать его.

Эмбер повернулась к нему с легкой улыбкой, маскирующей хаос эмоций.

– Идем.

Она привела его в маленькую гостиную. Эмбер надеялась, что здесь будет не так страшно, но, когда Казим вошел в комнату, она поняла, что это бесполезно. Он заполнил собой все пространство, и, к своему стыду, она не могла оторвать от него взгляд.

Казим снова посмотрел на часы, и это ее разозлило.

– Что ты хочешь мне сказать?

– Возвращайся в Баразбин.

Эмбер оцепенела. Только не это!

– Зачем? Великий Казим аль-Амед не может получить развод?

Она очень старалась скрыть боль в голосе, но ей словно вонзили нож в сердце. Почему она позволяет ему издеваться над ней?

Что хуже – Эмбер знала, что поедет, если Казим произнесет нужные слова. Но он это никогда не сделает. Казим не любит ее. По причине, ей неизвестной, он не позволяет ее любви проникнуть в его сердце, в его жизнь.

Эмбер направилась к двери квартиры, открыла ее.

– Нет! Ты сказал, что хотел, а теперь уходи.

Он, тяжело дыша, стоял на пороге гостиной, освещенный лучами солнца. Эмбер тщетно старалась не поддаться магии его черных глаз, которые словно проникали в душу.

– Поправь, если я ошибаюсь, Казим, но разве мы не все обсудили? Все дело в долге.

– Да, Эмбер. И долг привел меня к тебе.

Почему это не может быть любовь?

– Какой долг? – Ее голос был едва слышен.

Казим тихо закрыл дверь, посмотрел на Эмбер и снова ощутил вожделение, преследовавшее его со дня их свадьбы.

– Мой долг как твоего мужа. – Он подошел ближе и вдохнул ее аромат. – Долг, с которым я не справился.

– Да? – спросила она дрожащим шепотом.

Казим не удержался и убрал волосы с ее лица.

Вздох слетел с ее губ. Несмотря на браваду, Эмбер не могла устоять перед ним.

Влечение, которое кипело между ними, стало интенсивнее. Казим ощущал исходившее от нее напряжение, Эмбер все еще хотела его, и это придало ему необходимое мужество, чтобы совершить самую сложную вещь в своей жизни.

– Да. – Его голос звучал хрипло. – Я позволил посторонним суждениям повлиять на меня, позволил запятнать твое имя. Я подвел тебя.

На него снова обрушилась та боль, которую он испытал, когда Эмбер покинула Баразбин. Казим не ожидал, что она окажется настолько сильной, что он будет так переживать. Высоко подняв голову и даже не оглянувшись, Эмбер покинула его дворец и его жизнь. Ее уход был окончательным и бесповоротным. Казим немедленно отправился в пустыню, чтобы прокричать свою боль и ярость ветру.

– А теперь ты мне веришь? – Ее глаза изучали его лицо, в них лучилась надежда, и грудь мужчины сжало знакомое чувство.

– Да. – Он скользнул пальцами по ее волосам, мягким словно шелк. – Твой отец признался в содеянном и одновременно доказал твою непричастность. Искаженное понятие преданности дочери повело его по ложному пути.

– И все?

Эмбер пыталась отступить, но за спиной была стена. Это ее движение тревожным колокольчиком прозвенело в голове Казима. Он поверил ей, приехал извиниться. Чего еще она ждет от него?

– Чего еще ты хочешь? – спросил он резче, чем намеревался.

– Этого недостаточно, Казим. – Эмбер схватила его за руку. – Я никогда не смогу быть той, какой ты хочешь меня видеть.

Казим уронил руку и почувствовал, что его отталкивают. Об этом говорила ярость в ее глазах, которая пришла на смену короткой вспышке надежды.

– Так объясни, чего я хочу.

– Женщину, которая займет твою сторону, пока ты будешь править Баразбином, женщину, которая произведет на свет наследника, и, более того, женщину с незапятнанной репутацией. – Эмбер помолчала. – Я не такая женщина, Казим.

Он повернулся и ушел в гостиную. Там принц сжал виски, пытаясь ослабить боль в голове.

Эмбер осталась у двери. Казим понимал, что должен полностью открыться. Если он хочет ее, то сделает это. Если нет, он предаст и себя, и ее. Его сердце бешено билось. Что, если Эмбер отвергнет его? Теперь он знал, как она чувствовала себя в день свадьбы и в ту ночь в пустыне. Она дважды пережила его отказ, а он не в состоянии один раз справиться с ее отказом. Каким подонком это его делает!

Казим медленно повернулся, и грудь сжало сильнее, словно любовь к Эмбер выдавливала из него жизнь. Любовь… Он наконец мысленно произнес это слово. Но что, если он скажет об этом вслух? Эмбер холодно оттолкнет его, как он оттолкнул ее? Он это заслужил.

Казим повернулся к двери. Он обязан сказать ей о своей любви и смириться с последствиями.

– Я не могу вернуться, Казим. – Эмбер заставила себя говорить спокойно. – Я не та женщина, которая тебе нужна.

– Нет, ты больше, гораздо больше.

Она задержала дыхание. Дикий и неприрученный мужчина стоял перед ней. От его голодного взгляда колени подгибались, а в животе все переворачивалось.

– Ты моя жизнь, Эмбер. И я люблю тебя.

Сердце женщины замерло. Она не могла двигаться, не могла сказать ни слова. Она едва могла поверить в то, что услышала.

Казим не имел это в виду. Это невозможно – после того, что он сказал в пустыне. Это просто очередной способ очаровать ее и заставить делать то, что он хочет.

Казим подошел к ней, обхватил большими теплыми ладонями ее лицо. Эмбер все еще чувствовала себя как во сне.

– Слишком поздно, – прошептала она, почти теряя сознание.

– Слишком поздно? – резко выдохнул он, его глаза были полны любви и страсти. – Ты все, чего я хочу, – и даже больше.

Он опустил голову. Его губы легко коснулись губ Эмбер, и она закрыла глаза, но Казим отстранился.

– Я был глупцом. Слепым глупцом. – Он говорил так мягко, что ей хотелось плакать. – Я убегал от тебя и твоей любви слишком долго. Больше я не хочу бежать. – Она недоверчиво покачала головой, а Казим продолжал: – Я боялся любви, боялся, что, полюбив, причиню тебе боль, как мой отец причинял боль моей матери.

– Этого никогда не будет.

Он прижал ее к себе, и Эмбер затаила дыхание, надеясь услышать то, что увидела в его глазах.

– Я люблю тебя, Эмбер. Ты моя принцесса, и, куда бы ты ни направилась, что бы ни делала, я хочу быть рядом.

– Куда бы ни направилась? – Она едва слышала себя.

– Да, Эмбер, я готов для тебя на все. – Казим поцеловал ее так крепко, что она засомневалась, сможет ли когда-либо дышать.

Он обнял ее, и она поняла, что обрела все, о чем мечтала.

Эмбер таяла от любви и желания, которые сияли в глазах мужчины.

– Твоя любовь – это все, чего я когда-либо желала, Казим, но я никогда не заставлю тебя пожертвовать тем, для чего ты был рожден.

– Я был рожден любить тебя. – Он коснулся губами лба Эмбер и прижал ее к себе. Она слышала, что его сердце бьется так же громко и сильно, как ее, – в унисон с их любовью.

– Я люблю тебя, Казим. Я была рождена для того, чтобы быть принцессой, так что забери меня домой.

Он отодвинулся и заглянул ей в глаза.

– Я не могу сделать это.

– Извини, я забыла, что у тебя мало времени. Тебе нужно быть где-то в другом месте.

– Нет. – Казим прильнул к ее губам, снова разжигая огонь страсти. – Единственное место, где мне нужно быть, – рядом с женщиной, которую я люблю. Твоя подруга с сыном возвращается из Америки, так что мы останемся здесь, пока они не устроятся.

– Здесь? – недоверчиво переспросила Эмбер. – Ты останешься здесь?

– Где бы ты ни была, Эмбер, я буду рядом.

Казим прижал ее к себе и поцеловал со страстью и любовью.

– Я люблю тебя, Казим, и всегда любила.

Он улыбнулся:

– Я полюбил тебя с нашей первой встречи, но был слишком горд и упрям, чтобы понять это. Я не должен был слушать тех, кто был настроен против тебя. Мне следовало слушать свое сердце. Ты сможешь когда-нибудь простить меня?

– Это займет некоторое время, – поддразнила она его. – Но думаю, смогу.