Дверь кабинета была тонкой, и позволяла слышать работающее в соседней комнате радио. Приглушённый голос диктора с неестественным энтузиазмом вещал: «Из-за ветров, дующих со стороны государственной границы с Нормандией, ожидается существенное повышение среднего радиационного фона. В южных и юго-восточных областях республики следует опасаться радиоактивной пыли, гражданам, проживающим поблизости от границы, рекомендуется не выходить из дома без респираторов либо иных средств защиты…»

    *                                                        *                                                      *

10 мая 1965 г.

В городе было неспокойно. Когда Анна выезжала с парковки у офиса Агентства, мимо неё по шоссе пронеслись две патрульные машины с включенными мигалками и бронированный фургон спецназа. На улицах, по которым лежал путь инспектора, у обочин и посреди тротуаров во множестве стояли брошенные авто, некоторые с распахнутыми дверьми. Редкие пешеходы двигались торопливо, часто озираясь и втягивая головы в плечи. В низком сером небе гудели моторы – полицейские дирижабли барражировали ниже обычного, чуть не задевая гондолами крыши домов.

Чтобы быстрее добраться до полицейского участка, где служил Майлз, Хелси нужно было свернуть на Шипъярд-стрит и пересечь Двенадцатую Восточную. Дорога, в принципе, была свободна от машин и даже не заблокирована патрулями, однако именно оттуда, со стороны пересечения Шипъярд с Двенадцатой, доносился шум, слышимый даже в закрытом салоне «протона». Очень характерный и узнаваемый. Слитный гул множества голосов, напоминающий рокот прибоя, приглушённый вой сирен, неразборчивое ворчание громкоговорителя, хлопки газовых гранат и длинные пулемётные очереди – Анна искренне надеялась, что стреляют поверх голов, а не как в прошлом месяце, при разгоне Рабочей Ассоциации. Постояв немного на перекрёстке и поразмыслив, она тронула машину вперёд – предстояло сделать немалый крюк, чтобы гарантированно обогнуть очаг беспорядков.

Затормозив у знакомых ступенек через полчаса петляний по грязным переулкам, женщина обнаружила, что на входе в участок вместо обычных постовых сегодня дежурят два солдата внутренних войск в полной экипировке. Значка НАР им оказалось мало, пришлось достать из нагрудного кармана служебное удостоверение. Один из охранников долго и придирчиво его изучал, глядя то в документ, то на Анну, потом попросил её распустить волосы, «чтоб было как на снимке, а то не похоже». Хелси, плохо спавшая ночью из-за кашля и лезущих в голову мыслей о расследовании, зло поинтересовалась, не съездить ли ей домой, за старыми очками в квадратной оправе, чтобы уж точно походить на фотографию, и солдаты расступились, не задавая больше вопросов. Инспектор попала, наконец, внутрь – только затем, чтобы узнать, что Тёрнер на выезде.

- Буквально перед вами уехал, с оперативной группой. – Сказала ей дежурная, прижимая плечом к уху телефонную трубку. Ещё два аппарата трезвонили на стойке, однако девушку это совершенно не волновало – она просто не обращала на них внимания. – В районе съезда от Пятой Северной к Адмиралтейскому скверу стряслось что-то, а патрули все на вызовах, пришлось детективам сорваться.

- Вы не знаете, туда сейчас можно проехать напрямую? – Анна машинально полезла в карман за сигаретами, но вспомнила, что пачка осталась в машине. – А то с этими беспорядками…

- Уже три недели как в лихорадке живём, хоть на службу не ходи. – Понимающе кивнула дежурная. – Но оперативная информация не к нам стекается, так что извините. Штаб по подавлению где-то в районе мэрии устроили.

- И на том спасибо. – Вздохнула Хелси, отходя от стойки. Собеседница тут же забыла о ней, переключившись на не умолкающие телефоны.

- Хоть дождя нет. – Захлопнув за собой дверцу авто, инспектор невольно улыбнулась – в салоне её ласково окутало тепло от постоянно работающей печки. Но улыбка тут же угасла, стоило женщине подумать о деле. – Впрочем, нет его как раз тогда, когда он нужен. Глядишь, разогнал бы всех по норам, в ливень на улицу даже за идею идти мало кому охота…

На сей раз ехать было недалеко – пришлось лишь сделать остановку на полпути, чтобы переждать очередной приступ кашля, навалившийся как всегда не вовремя. У Адмиралтейского сквера Майлза инспектор тоже не застала – там к её приезду всё уже закончилось. Лишь на углу Пятой Северной торчала одинокая патрульная машина, возле которой скучал экипаж – солдат при пистолете-пулемёте и двое полицейских. Старший из них, усатый сержант, охотно объяснил Анне:

- Пока эти охламоны заводские дерутся со спецназом, тут какие-то мерзавцы решили под шумок побить камеры «Тысячеглазой». Приехали на фургончике закрытом, вылезли – в масках, с палками… И ну объективы крошить. Операторы с районного поста вызвали патруль, тот подъехал – а у этих скотов не только палки оказались. Двоих наших прямо в машине из пистолетов и положили, насмерть. Даже вылезти не успели. Да не вертите головой, это там, в сквере, глубже. Ну вот нас и сдёрнули, вместе со всеми, кто под руку попался. Нет, драки не было, они раньше уехали, но «Тысячеглазая» их отследила. Нас сторожить поставили, а остальные сейчас по следу идти должны. Куда-то туда уехали, ещё севернее. – Он взмахом руки указал на дальний конец улицы.

Поблагодарив патрульного, Хелси вернулась в «протон» и включила рацию. Хотела было вызвать участок, но вспомнила дежурную с тремя телефонами, и переключила волну. Сказала в микрофон:

- «Око», «Око», это «Шепард-один», идентификационный значка…

- Слушаю вас, «Шепард-один». «Око-семнадцать» на связи. – Оператор городской системы откликнулся мгновенно, стоило ей произнести последнюю цифру личного номера.

- Запрашиваю информацию по передвижению… - Женщина замялась, вспомнив, что не знает позывной Майлза. - …по передвижению полицейских юнитов, задействованных в инциденте. – Она надиктовала адрес. – Мне нужно соединиться с ними как можно быстрее.

- Актуальная  информация требует дополнительного доступа. – Голос оператора оставался ровным и бесстрастным. - Назовите сегодняшний пароль.

- Э-э… - Хелси постучала пальцами по рулевому колесу, отпустив кнопку микрофона. Вспомнив, снова её вдавила. - Браво-танго-семь-альфа… Нет, не так, снова танго. Браво-танго-семь-танго-пятнадцать.

- Принято, «Шепард-один». Передаю вас резервному наблюдателю, следуйте его указаниям…

…Анна услышала канонаду ещё издалека, не доезжая до указанной оператором точки. Она остановила машину в тени высокого бетонного забора и огляделась. Вокруг была заброшенная часть северной промзоны – серое небо, серые каменные стены, серая, закованная в асфальт земля. Заводы и склады, переставшие функционировать более двадцати лет назад, но всё ещё внушающие уважение своими циклопическими размерами. Спящие громады образовывали лабиринт, в котором любые громкие звуки многократно отдавались эхом, однако не составляло труда определить, что заполошная пальба гремит где-то совсем неподалёку.

- День начался хорошо – день закончится хорошо. – Уверенно сказала себе Хелси, выбираясь из салона. Она сняла плащ и бросила его на сиденье, чтоб не стеснял движений, расстегнула жакет, вытянула из кобуры оружие – маленькую воронёную «серпенту». В руках Анны, женщины высокой, но довольно хрупкой, этот пистолет вовсе не казался игрушечным.

- Зря не подождала его в участке. – Запоздало пожалела инспектор, шагая вдоль заводской ограды и держа «серпенту» стволом вверх. – Холодно-то как…

Пройти потребовалось всего-то метров сто – проулок, образованный забором и стеной соседнего корпуса, оборвался, выведя Анну к цели. Осторожно выглянув из-за щербатой бетонной плиты, она увидела  перед собой двухэтажный корпус старого склада, окружённый редкой цепью полицейских машин. И около одной из них – наконец-то! – детектива Тёрнера. Облачённый всё в тот же мятый костюм, ещё более растрёпанный, он сидел прямо на земле, сжимая в руках огромный чёрный револьвер – кажется, армейского образца. Авто, за которым прятался следователь, накренилось набок из-за двух простреленных шин, от мигалок на крыше остались лишь осколки, боковые стёкла превратились в решето, белые пулевые отметины испятнали тёмно-синий корпус «патруля» - и другие авто в оцеплении выглядели не лучше. Тем не менее, сейчас по ним никто не стрелял – хотя внутри здания почти беспрерывно трещали пистолеты-пулемёты, басовито грохотали дробовики и звонко били винтовки.

- Майлз! – Решив, что выскакивать на открытое место будет не самым разумным шагом, Хелси помахала рукой, готовая в любой миг юркнуть под защиту солидного забора.

- Инспектор? – Тёрнер узнал её голос, обернулся. Увидев, даже привстал. – Откуда вы?

- Можно к вам? Это безопасно?

- Снайперов вроде нет, да им сейчас и не до нас. – Следователь приподнялся ещё выше и глянул поверх капота на массивное строение. Жестом велел офицерам у соседних машин изготовиться к стрельбе. – Но осторожней, я прикрою!

Пока он держал на мушке окна второго этажа, женщина в одну перебежку преодолела разделяющие их два десятка метров, плюхнулась на асфальт рядом, привалилась спиной к борту авто, тяжело дыша. Переведя дух, спросила:

- Что за война у вас тут? Мне сказали, какие-то типы побили камеры городской системы у сквера, убили патрульных и сбежали, вы им упали на хвост…

- Всё так. – Майлз тоже сел, большим пальцем опустил курок револьвера. Скривился. – Оказалось – таких нападений полдюжины по всему городу, в зонах ответственности разных участков. И все – одновременно. И все нападавшие отступили сюда, на этот склад. Дружно, чёрт… Там их человек двадцать, самое малое. Вооружены как бы не получше нас. Мы оцепили периметр, спецназ пошёл внутрь…

- Я не видела их фургонов.

- Это не наш спецназ. – Детектив скривился, как будто отведал свежего лимона. -  Не полицейский.

- А… То есть, наш? – Хелси вскинула брови. – В смысле, А-17, спецназ НАР?

- Берите выше, инспектор. – Ухмыльнулся Тёрнер. – «Оцелот», спецгруппа Бюро Национальной Защиты. И такое впечатление, что они сюда без всякой связи с нападениями приехали, по какой-то своей наводке. Вернее, прилетели, на собственном дирижабле. Ох-х, ладно, что вас-то принесло?

-  Меня… - Анна вдруг закашлялась, и тревожно глянула на ладонь – алых капель, к счастью, не было. Одного приступа ей на сегодня хватило. – Я, кажется, нашла ниточку в нашем совместно деле. Очень интересную, впервые за всё расследование. Она, возможно, даст повод связать его с делом о мартовских взрывах.

- Ниточка горит с нижнего конца? – Предположил следователь, поглядывая на громыхающий выстрелами склад. – Иначе чего вы так спешили?

- Да нет, просто… - Хелси не нашлась, что ответить – повода для спешки особого не было. Просто ей захотелось поделиться открытием с кем-нибудь, кто имел к нему отношение. – В общем, я взяла записи «Тысячеглазой» по всему кварталу, в котором жил покойный Боуи. Сделанные в ночь убийства и предшествующим днём. И отдала на обработку в лабораторию – чтобы все лица, зафиксированные на записях около места убийства… - Инспектор выдохнула. - …сличили с лицами, зафиксированными «Тысячеглазой» около мест терактов.

- И?

- И сегодня утром эксперты нашли совпадение. Материалы я оставила в машине, потом покажу – там стоп-кадры, результаты анализа походки и так далее. Один и тот же человек ошивался около дома Боуи в ночь убийства и появлялся возле одной из точек подрыва за пару дней до… Мужчина, средних лет, лицо удалось заснять, он пару раз проходил под работающими фонарями.

- Это может быть совпадением. – Заметил следователь.

- Безусловно. – Кивнула Анна, ёрзая на асфальте, чтобы сесть поудобней. - Но мы обязаны проверить, пока других версий нет. Нужно искать этого типа. И не хотелось бы поднимать шум, так что просто объявить в розыск по фотороботу – крайний вариант. Разослать ориентировку по постам «Тысячеглазой» мне не хватит оснований – там и без того сейчас все операторы перегружены, работать по чьим-то смутным подозрениям они не станут. Потому, я очень надеюсь, вы…

Её прервал оглушительный удар, перешедший в душераздирающий скрежет. Ржавые стальные ворота, закрывающие грузовой въезд склада, сорвались с петель – их вынес бампером тяжёлый грузовик с крытым кузовом. Прогромыхав шестью колёсами по рухнувшим створкам, он разметал оказавшиеся на его пути легковые машины, попытался развернуться и уйти в переулок, провожаемый беспорядочной пальбой патрульных. Но в итоге не вписался в узкий проезд, на полной скорости врезавшись в тот самый забор, за которым поначалу пряталась Хелси. Водителю, видимо, удара о бетон хватило – дверца смятой кабины осталась закрытой. Зато из кузова выпрыгнули сразу двое – в грязных рабочих комбинезонах и самодельных масках из шейных платков. Один из них вскинул карабин с обрезанным прикладом, выстрелил от бедра. Тяжёлая пуля ударила в капот многострадального «патруля», хотя стрелок явно метил в Тёрнера и Анну, ведь из полицейских они были к нему ближе всех. В ответ детектив упал на колено, прицелился и тоже вдавил спуск – револьвер бухнул едва ли не громче ружья, преступник пошатнулся, хватаясь за плечо… Но упал лишь после того, как инспектор всадила ему  в грудь ещё две пули из своей «серпенты» - в скорострельности и точности она превосходила ручную гаубицу Майлза.

Второй пассажир грузовика бросился наутёк, зажав под мышкой обычную охотничью двустволку, но далеко не ушёл – кто-то из офицеров оцепления достал его метким выстрелом в спину. Меж лопаток бедолаги брызнул тёмный фонтанчик, и он рухнул, нелепо взмахнув руками. Так и не пригодившийся ему дробовик лязгнул об асфальт.

- Чего стоите, к грузовику! Проверить груз и кабину! – Рявкнул Тёрнер, первым подавая пример. Хелси последовала за ним – лишь на миг обернулась, чтобы убедиться, что тыл чист, и из проломленных ворот уже высыпали бойцы «Оцелота» в чёрных мундирах.

Разумеется, детектив оказался на месте первым. Заглянул в кузов с револьвером наготове, дождался, пока патрульные окружат кабину, и только после это присел возле первого убитого. Словно зная, что увидит, медленно стянул с его лица платок. Грязно выругался сквозь зубы. Анна стояла рядом, с трудом сохраняя каменное лицо. Застреленный Майлзом… Нет, ею застреленный преступник оказался мальчишкой лет шестнадцати, от силы. На второе тело она старалась не смотреть – тот несчастный был ещё ниже ростом, ещё хрупче сложен. Хорошо, что он лежит лицом вниз…