Разумеется, рабочее настроение царило не только у команды Маркуса. Неделю вся база успокаивалась после возвращения «курортников» и доставки уникальных трофеев. Новый командир понемногу приводил в порядок «Альфу», танкисты, отлучённые от машины, занимались теорией и иногда отрабатывали взаимодействие с пехотой, выезжая на единственном вооружённом джипе - благо, снег немного сошёл. Двери биологической лаборатории и технического подразделения на сей раз не закрывались - сотрудники то и дело бегали из отдела в отдел, порой таская с собой куски новых пришельцев, с лёгкой руки одного из оперативников прозванных «летунами». Не все, впрочем, были заняты здесь - Гэллегер почти не вылезал из павильона, копаясь в нутре НЛО, низший техперсонал подобно муравьям суетился вокруг БМП-3, потихоньку заменяя штатные детали на продукцию техцеха...
А восьмого числа в небе над базой появился целый воздушный флот - с северо-запада в строю шли три Ми-26, эскортируемые звеном ударных Ка-52. Груз был настолько ценным, что российское правительство сочло нужным позаботиться о его безопасности. Когда летучая эскадра достигла цели, «Аллигаторы» заложили дружный вираж и умчались назад, не задерживаясь. Транспорты же пошли на посадку. Грузовой вертолёт направился к полянке у автомобильного въезда, два пассажирских опустились в ангар базы. Из первого тут же потоком повалили солдаты в разномастной повседневной форме - войск NATO, бывших стран ОВД, ещё непойми кого. Полный взвод, всего тридцать человек, которых внешне объединяло одно – «лысые» погоны. Несмотря на национально пёстрый состав отряда, принимавший пополнение Сикорски без труда построил бойцов шеренгами и повёл к казармам. Английским новички владели все, а сержантский рык и вовсе был интернационален.
Второй вертолёт всё это время ждал, заглушив моторы. Его пассажирский люк открылся, лишь когда волна людей схлынула, «всосавшись» в главный коридор как зерно в воронку. Пассажиров на борту оказалось меньше - где-то полтора десятка мужчин и женщин, треть из которых составляли азиаты. Все они были в штатском, многие при чемоданах и сумочках.
- Научный сектор - собираемся здесь! – Молодой ассистент из ведомства доктора Солнцевой помахал им рукой. - Я отведу вас к лабораториям!
Приглашённые потянулись к нему, причём как-то само собой вышло, что свежеприбывшие специалисты составили плотную группку во главе, а многочисленные лаборанты - длинный «хвост» позади них...
Последней с трапа на бетон площадки ступила миниатюрная пепельноволосая женщина средних лет – стриженная под каре, в больших круглых очках с тонкой серебряной оправой, с туго набитой спортивной сумкой на плече. Одета она была в серый брючный костюм, пиджак которого украшал, ни много ни мало, Серебряный Крест Заслуги Польского Красного Креста.
Присоединяться к основной группе женщина не стала - пропустила их вперёд и пошла следом, без особого интереса глядя по сторонам, словно на экскурсии, которую уже много раз посещала. В коридоре, возле двери с грубо намалёванным красным крестом (тот ещё пах краской) остановилась, смерила её взглядом и хмыкнула, скривив губы.
- Po prostu uroczy... - Вздохнув, женщина толкнула створку и вошла в комнату. Огляделась. Снова вздохнула. Набрав в грудь побольше воздуха, внезапно швырнула об пол свою сумку и рявкнула почти басом:
- Wstań! Uwaga! Zasalutował funkcjonariuszy!
Фельдшер Константин, дремавший на трёх сдвинутых стульях, подскочил, будто ужаленный и, не успев толком проснуться, вскинул руку в воинском салюте. Его не знающий польского напарник, который в этот миг сидел за компьютером, спиной к двери, отреагировал менее бурно - просто вздрогнул и развернулся на вертящемся кресле. Осторожно спросил:
- А-а... С кем имею честь?
- Я - майор Доминика Гигерсбергер, ваш новый хирург и начальник. - Ответила женщина, переходя на английский. - А вы - бездельники.
- П... простите, почему? - Не нашёлся, что ответить младший фельдшер.
- Мы же ещё ничего... - Начал его старший коллега и запнулся. - Ох... Простите, пани. Я хотел сказать - с чего вы взяли? Вы ведь только что пришли.
- Не распакованные ящики у стены. - Указала пальцем майор. - Хирургический стол просто стоит. Холодильники открыты и не работают. Половина приборов не приведена в рабочее состояние, остальные не включены в сеть. Розеток, кстати, недостаточно для всего оборудования. Когда я вошла, вы не распаковывали ящики и не подключали приборы. Довольно?
- Мы уже начали! Просто рук не хватает! - Пожаловался Константин.
- Ну так теперь на одну пару больше. - Доктор присела возле сумки и расстегнула её, вытащила томик в мягкой обложке. - Приступайте. Я разберу вещи и присоединюсь. Втроём управимся быстро, но с розетками нужно что-то решать...
- Позвольте, пани, а почему спешим? Намечается боевая операция? - Майор, чей взгляд минуту назад мог прожечь бетон, выглядела теперь спокойной, даже флегматичной, однако младший фельдшер на всякий случай сохранил осторожный тон. - Мы ждём раненых?
- Нет. - Полька продолжила копаться в сумке, вытаскивая одну книжку за другой и складывая их на пол. - Но вы можете мне гарантировать, что через пару секунд какой-нибудь идиот в мундире не подавиться сухим бубликом или не ударится виском о край стойки в столовой? А у нас ни черта не готово...
В инженерном встреча новоприбывших прошла куда теплее – наконец-то число рабочих рук соответсвовало числу срочных и важных проектов. После знакомства Маркус вместе с интендантом распределил их по комнатам и рабочим местам, не откладывая дело в долгий ящик. Тут уж пришлось потесниться старожилам - одиночных жилых комнат больше не осталось, все заселились парами, а двух лаборанток даже пришлось определить на постой к биологам. Учитывая, что инженеры-корейцы разругались еще в вертолете, японка-химик долго пыталась выбрать из одинаковых «номеров» лучший, а молодые ассистенты шумели и волновались, словно студенты на перемене, размещение затянулось до темноты.
Только наутро Штреллер объявил общий сбор. Заполнившая половину лаборатории толпа внушала бывшему офицеру бундесвера некоторую гордость - под его началом теперь находилось целое конструкторское бюро. Загадки иномировых технологий больше не казались непреодолимыми.
Не менее бурная активность с самой побудки наметилась и у медиков. Доминика, спавшая ночью в лазарете, на хирургическом столе, поднялась затемно, перекусила завалявшимся на дне сумки раздавленным печеньем, и продолжила обустраивать медицинский кабинет. Повозившись с час, она поручила продолжить работу вернувшимся из казарм фельдшерам, а сама, мрачная и зевающая, направилась в биологическую секцию, явно намереваясь побеседовать с Солнцевой. Однако судьба распорядилась иначе - у выхода из столовой женщина налетела на Мишель, вписавшись лбом ей в грудь. Капитан рассеянно извинилась и попыталась пройти мимо, но доктор загородила ей дорогу. Сунув руки в карманы пиджака, хирург посмотрела на канадку снизу вверх (немногие из персонала базы были на такое способны) и поинтересовалась:
- Мне кажется, или вы - Мишель Хенриксен?
- Не кажется. - Кивнула снайпер, удивлённо выгнув бровь. - А вас я, вроде бы, вчера на ужине видела?
- Да, вероятно. А я вас - нет. Но там было многолюдно.
- Вы ведь наш новый врач, верно? - Мишель улыбнулась и протянула ладонь для рукопожатия. - Доктор Гигерсбергер? Очень приятно.
- Мне тоже. О вас хорошо говорят солдаты. - Хирург ответила на рукопожатие, при этом легонько дёрнув девушку за руку. Та поморщилась, и Доминика криво усмехнулась. - Это ценно. А сейчас я предлагаю вам выбор - или вы идёте со мной в лазарет добровольно, или я заламываю вам руку и веду силой.
- Пожалуй, первый вариант. - Угроза прозвучала совершенно серьёзно, без намёка на шутку, однако Хенриксен улыбнулась шире, не пытаясь высвободить ладонь. - При условии, что вы объясните, зачем.
- Вчера я успела опросить часть солдат на предмет их самочувствия, и мне рассказали, что у вас были проблемы с плечом, которые вы игнорировали. - Майор сдвинула брови и чуть откинула голову, отчего её очки блеснули в свете ламп, став почти зеркальными. Уточнять имя «доносчика» она не стала. - Обследование неизбежно, вопрос лишь - пойдёте ли вы сами?
- Смею заверить, я в полном порядке. Но если вы настаиваете... - Канадка хмыкнула. Доктор начинала ей нравиться.
- Настаиваю. А то знаю я вас, героев мундирных - или зовёте санитара, занозив палец, или бегаете со шрапнелью в бедре, пока нога отваливаться не начнёт... - Гигерсбергер развернулась и потянула девушку за собой, так и не отпустив её руки. - Третьего не дано...
* * *
14 апреля 2014 года.
Российская Федерация, Якутия. База «X-UNIT».
В последние дни двери биологической лаборатории практически не закрывались – то и дело забегали сотрудники инженерного, носили туда-сюда образцы… Так что когда створка в очередной раз хлопнула, Елизавета Васильевна, работающая за компьютером, не стала оборачиваться. Однако гость направился не к боксам с образцами, а к рабочему месту Солнцевой – биолог без труда определила это по звуку лёгких шагов. Вздохнув, учёная свернула файл и оглянулась:
- Вам нужна моя помощь?
- Боюсь, наоборот. – Маленькая светловолосая женщина в медицинском халате поверх серого костюма опустилась в кресло рядом с Елизаветой, не спросив разрешения. – Возможно, вам нужна моя.
- А с кем имею честь, простите? – Глава лаборатории приподняла брови. Эту тоненькую незнакомку в круглых очках она, вроде бы, видела впервые, но лицо её казалось знакомым.
- Доминика Гигерсбергер. – Гостья наклонилась вперёд и протянула руку. Лиза пожала крошечную ладонь. – Можете считать, что я – официальный представитель Красного Креста, присланный проинспектировать условия жизни в вашем мини-освенциме. И хотя, на мой взгляд, внеземные разумные формы жизни тоже попадают под действие Женевской конвенции, больше всего меня интересует единственный ваш узник-человек. Вы сами. По моим сведениям, с начала проекта вы почти не общаетесь с персоналом и очень редко покидаете рабочее место, а с территории базы вообще ни разу не выходили. Как смотрите на то, чтобы исправить ситуацию?
- Приятно познакомиться, Доминика. - Солнцева пожала твердую ладошку. - Я Лиза. Можете обращаться так, без формальностей. Никогда не рассматривала себя в качестве узника, но, возможно, вы правы. Я действительно мало знакома с людьми, населяющими базу… Не очень умею знакомиться, если честно. И потом, работы много, и не только у меня. – Елизавета позволила себе улыбку. - Хотите кофе? Или чаю? Или вы собираетесь прямо сейчас вытащить меня на прогулку? Вы уверены, что нас выпустят с территории базы? Всё же это секретный объект.
Доминика сверкнула очками:
- А мы попробуем. А вот когда вернёмся, тогда можно будет и чай с кофе выпить, и разговоры разговаривать. Сейчас – гулять, дышать воздухом, вырабатывать витамин D.
Она поднялась и строго глянула на собеседницу. Солнцева тоже встала и сняла халат.
- Что ж, пойдемте.
- И не забудьте одеться потеплее - Сибирь, всё-таки. - Добавила доктор, вставая на пороге. - У меня отсюда дед вернулся, наслышана...
- Да, конечно. - Учёная нырнула в свою комнату, загремела там дверцами платяного шкафчика.
- Только не надевайте всё сразу, мы ещё по базе пройдёмся! - Крикнула ей от дверей Доминика.
Солнцева вернулась не скоро – похоже, её зимние вещи были серьёзно упакованы и хранились где-то в самых недрах шкафа. Но майор, при всём своём темпераменте, умела когда нужно проявлять терпение. В конце концов, они выбрались в коридор вместе.
- И куда мы сейчас? - Поинтересовалась Елизавета, шагая следом за полькой.
- Вы беспокоились, что нас не выпустят наружу? Так вот, не стоило. - Ответила та, не оборачиваясь. Несмотря на маленький рост, шагала женщина широко и быстро. - Мы идём к моим новым друзьям, которые нас и проводят.
Когда они миновали столовую, пустую в такой час, Солнцева уточнила:
- Ваши друзья живут в офицерском блоке?
- Ага. - Кивнула майор, всё также глядя вперёд. - Славные люди, вам с ними стоит больше общаться.
Она остановилась перед дверью квартиры канадок и замерла, к чему-то прислушиваясь. Хмыкнула, приподняв брови, и вдруг пнула створку ногой. Когда та распахнулась - шагнула внутрь комнаты и грозно сказала:
- Так.
Капитан Хенриксен делала упражнение в узком промежутке между койками - выполняла отжимания на одной руке, ухитряясь при этом читать книжку, которую держала в другой.
Увидев гостей, она тут же опёрлась на локти, отложила томик и встала. Виновато улыбнулась, потирая плечо:
- Доброе утро, Доминика. Здравствуйте, Елизавета. Я тут... Пока Энн нет, пользуюсь пространством комнаты.
- А рекомендации? - Майор сложила руки на груди. Кажется, улыбка Мишель пронимала даже её - тон доктор сбавила.
- Пью все витамины, что прописали. - Канадка наклонилась за книгой и положила её на кровать. Елизавета успела прочесть на обложке: «Marc Bloch. Apologia della storia». – И препараты для укрепления костей тоже.
- И заодно подвергаете повреждённое плечо критическим нагрузкам, ага. - Продолжила за неё полька. - Ладно, об этом ещё поговорим. Я к вам с просьбой.
- Всегда к вашим услугам. - Хозяйка квартиры выдвинула для себя стул из-за столика и жестом предложила гостям сесть на койку.
- Я бы хотела пройтись с доктором Солнцевой на поверхность, пока погода позволяет. - Врач кивком указала на учёную. - Вы нас проводите, покажете окрестности?
- Конечно! - Хенриксен восприняла идею с энтузиазмом. - Тут в трёх километрах протекает речка, до неё несложно добраться. А в четырнадцати километрах, в сторону аэродрома, есть прелестное озеро. Там у нас раньше каток был.
- Хм-м, нет... - Кашлянула в кулачок Доминика. - Четырнадцать - это многовато. А вот речка - то, что нужно. Ваша напарница пойдёт?