25 февраля 2014 года.
Российская Федерация, Якутия, база «X-UNIT».
К двум часам дня в зале собрались все приглашённые – офицеры оперативной части, лётчики, руководители команд техобслуживания, а также сам Николай Николаевич, выкроивший немного времени на визит. Штреллер уступил право начать презентацию своим подопечным, потому первым к экрану проектора вышел Малкольм. Авиаконструктор попытался было доходчиво и в простых словах объяснить, чем уникальны, по его мнению, сплавы, применяемые строителями НЛО, но достаточно быстро увлёкся и перешёл на термины. Пока он сыпал фразами вроде «бета-сплав титана» и «микроструктура», а на экране сменяли друг друга снимки кристаллической решётки, аудитория, состоящая преимущественно из военных, всё более заметно теряла интерес, а полковник начал выразительно поглядывать на часы. Маркус, следивший за реакцией присутствующих, собрался было уже прервать коллегу, когда в дальнем углу залы Мишель неожиданно пихнула локтем в бок сидящую рядом напарницу. Та вздрогнула, и взгляд её сделался осмысленным - по иным признакам вряд ли можно было понять, что последние минут десять рыжая канадка спала.
Сама Хенриксен, сделав страшные глаза нерадивой подчинённой, повернулась к Гэллегеру и вскинула руку:
- Можно вопрос?
- Э-э... Разумеется. - Кажется, учёного не обрадовало, что его перебили.
- Можем ли мы использовать трофейный металл с пользой для себя? – Капитан, не опуская руки, покрутила в воздухе кистью. - Не в перспективе, а вот прямо сейчас? Кажется, вы чем-то подобным занимались в последнее время...
Авиаконструктор перещёлкнул несколько слайдов и остановился на фотографии металлической двери с солидной дырой посредине:
- Попадание высокоэнергетического плазменного заряда в металлическую поверхность сообщает ей избыточную тепловую энергию, что приводит к взрывоподобному расширению и деформации металла. Поэтому приоритетным направлением была выбрана разработка новой брони. Температура плавления трофейного материала лежит в расчетных пределах для титанового сплава, но при этом он проводит тепло примерно как медь. Это свойство, при грамотном применении, даст солидные козыри. В настоящий момент мы можем изготавливать мелкогабаритные детали сложных форм и простые крупногабаритные. Мы попробовали заменить обшивку нашей БМП, имеющую сравнительно простую конструкцию – и это удалось. Заменен лобовой лист, повышена защищенность двигателя и десантного отсека. Хотя полевые испытания пока не проводились, но детали держатся не хуже родных. Следует отметить, что вес техники значительно снизился - у нас появилась возможность производить ее транспортировку по воздуху с помощью имеющегося крупнотоннажного вертолета.
- И если уж речь зашла о технике… - Перехватил у него слово Маркус, не давая конструктору шанса продолжить. – Мистер Вашингтон расскажет о боевом роботе, созданном для поддержки оперативной группы.
С этого момент доклад пошёл веселее – Иезикиль демонстрировал записи испытаний дрона, офицеры смотрели с интересом и задавали вопросы. После него слово взял сам немецкий инженер, выжидавший до последнего.
- Как уже сказал герр Гэллэгер, инженерный отдел успел немного поработать над внедрением инопланетных материалов в дело защиты наших организмов. – Штреллер запнулся на вызывающе казенной фразе, откашлялся. - В первом варианте мы просто изготовили комплекты бронепластин из трофейного сплава для трех бронежилетов ФОРТ Редут-Т5. Это позволило снизить вес полностью снаряженного изделия до 12 килограмм, значительно увеличить противопульную защиту и создать хоть какую-то защиту от выстрелов из термического оружия. Впрочем, в последнем случае не стоит рассчитывать на неуязвимость. - За спиной Маркуса появилось изображение обожженного жилета, надетого на слегка обугленный манекен. - Попадание между пластинами прошьет бойца насквозь, несколько попаданий в пластину сжигают весь сегмент брони разом. Учитывая, что изделие всё равно лучше штатных жилетов, два переживших тесты образца были переданы сержантам Вержбовски и Батисте для проведения полевых проб.
Сделав ассистенту знак поменять слайд, Штреллер продолжил:
- Второй вариант личной защиты – костюм штурмовика на базе бронекомплекта «Витязь». Учитывая, что земные материалы почти не способны защитить человека от вражеского оружия, мы решили вынести детали из сплава наружу. Получилась эдакая сегментная кираса с дополнительными модулями защиты конечностей. – В самом деле, облачённый в новую броню уоррент Сикорски, сменивший манекен на экране, более напоминал космического десантника из старомодной фантастики, нежели современного солдата. - Для крепления элементов использованы максимально термостойкие материалы, чтобы исключить ожоги бойца и потерю сегментов брони. Могу сказать, что данный образец выдерживает несколько попаданий из плазменного пистолета. Только в грудь – из-за веса почти в двадцать пять килограмм, защиту спины и конечностей пришлось ослабить. Кроме того, эргономика желает лучшего, шлем мы на нашем оборудовании сделать пока не можем, и подвижность солдата ограничена… - Маркус глянул на довольно ухмыляющегося с экрана уоррента. - Но мистеру Сикорски, похоже, нравится. А теперь – последний пункт…
Немец эффектно щёлкнул пальцами, и возле него как из-под земли появился Ишер со свёртком в руках.
- Фройляйн Хенриксен, можно Вас на минутку? - Как заправский ведущий телешоу, Маркус вывел смущенную канадку к экрану. - Инженерный отдел подготовил вам небольшой сюрприз. Как мы установили вместе с коллегами-биологами, зелёная шкура гиганта, уничтоженного в последнем бою, является скорее биокомбинезоном, соединённым с эпителием. По защитным характеристикам он превосходит любые земные образцы боевых комбинезонов, при этом не стесняет движений и отлично держит температуру. Правда, по размеру он несколько великоват даже самым крупным нашим бойцам… - Штреллер улыбнулся. - Так что мы его немного ушили, сделали мягкую подкладку, добавили систему термоконтроля на электропитании и нормальные застёжки… Можете примерить. Одевается прямо на голое тело, больше ничего не нужно.
- Если вы всё это задумали ещё до собрания, то могли бы организовать раздевалку. – Заметила девушка, принимая свёрток. Сунув его под мышку, двумя пальцами поправила очки, глядя немцу в лицо.
- Да, пожалуй… - Инженер закашлялся, отвёл взгляд. – Простите, не подумал как-то.
- Переоденусь в арсенале, он ближе всего и там нет камер. – Вздохнула снайпер, покачав головой. – Надеюсь, наша ирландка меня впустит…
- Ну а пока - пару слов об оружии. – Продолжил Штреллер после того, как за канадкой закрылась дверь. - Кроме новой брони, БМП получил новое вооружение. Рельсотрон герра Ишера обладает очень высокой точностью и пробивной силой, способен эффективно уничтожать среднебронированные цели, в том числе вертолеты и легкие танки. По крайней мере, теоретически. Скорострельность три выстрела в минуту, энергии хватит на 40-45 выстрелов. Силовая установка заняла часть десантного модуля, так что максимальное число пассажиров в БМП теперь четыре. – Немец перевёл дух, сглотнул. - И последнее. Нам удалось обойти идентификатор владельца в трофейных пистолетах и провести первые испытания этого оружия. - На сей раз на экране проектора сам Штреллер стрелял по многострадальному бронежилету. - Это самые настоящие ручные плазменные пушки, по убойной силе превосходящие все имеющееся на базе лёгкое вооружение. Конечно с дальностью стрельбы, скорострельностью и боезапасом у них не очень, но в качестве личного оружия настоятельно рекомендую. Пока перепаяны только три образца, учитывая дефицит батарей к ним, пожалуй этого вполне достаточно. Я предлагаю раздать их старшим офицерам обоих взводов.
Как только он умолк, скрипнула дверь - Мишель вернулась. Аккуратно сложенный мундир она несла подмышкой, а лёгкую гражданскую куртку, в которой явилась на собрание, набросила на плечи.
Чтобы не мешать работе проектора, в брифинговой горели лишь слабые вспомогательные лампы, и в их свете материал комбинезона почему-то казался розоватым. Кроме того, куртка скрывала крошечный треугольный ранец энергосистемы, вшитый в костюм на спине, между лопаток. Но в целом было видно, что над экипировкой поработали на совесть... А ещё - что герр Штреллер очень точно определил размеры капитана Хенриксен – комбинезон облегал фигуру как перчатка.
- Э-э... Что сказать... - С неуверенной улыбкой протянула девушка, потирая затылок. - Термосистему ещё надо проверить... Мы с Энн сегодня устроим внеплановую ночную вылазку на поверхность, как раз погода плохая... Но сидит отлично, и движений не стесняет, вы правы. Спасибо.
Кивнув Маркусу, она быстро прошла к своему месту, запахивая куртку. Впрочем, особого смысла в этом не было - выступление инженерной группы уже завершилось…
* * *
Комнату для брифингов Мишель покинула, прислушиваясь к новым ощущениям. Комбинезон, подаренный инженерами, немного жал в бёдрах и талии, но за этим исключением носить его было не просто удобно, а приятно – во всяком случае, приятней обычной полевой униформы. Внутри не ощущалось никаких швов, материал мягкой подкладки плотно прилегал к коже, а включенная для пробы система терморегуляции поддерживала комфортную температуру. Лежать в таком костюме в засаде, пожалуй – сплошное удовольствие, нужно только нанести камуфляж… Правда, мысль о том, что костюм ещё недавно, по сути, был чьей-то шкурой, вызывала определённый дискомфорт.
- Следующего мутоида постараюсь застрелить точно в глаз, чтобы ребята Маркуса и тебе такую же штуку пошили. – Сказала она Энн в коридоре. Та не успела ответить – вышедший следом Краснов вдруг тронул снайпера за плечо и негромко произнёс:
- Капитан Хенриксен, пройдёте сейчас со мной в биологическую лабораторию. Капитан Лайтман, вы тоже.
- Да, сэр. А что-то случилось? – Старшая канадка отдала свёрнутый мундир напарнице, кивком показала ей возвращаться в квартиру. Откинув полы лёгкой куртки, застегнула на талии пояс с кобурой.
- Случится. – Таинственно усмехнулся полковник и первым зашагал в сторону научного блока. Капитаны переглянулись за его спиной, но поспешили следом, не задавая больше вопросов. Уже у дверей биологического отдела командующий сказал, берясь за дверную ручку:
- Мне кажется, мы сегодня сможем побеседовать с нашим пленником. Я бы хотел, чтобы вы понаблюдали и, возможно, поучаствовали.
- Он заговорил, сэр? – Приподнял брови Джеймс. – Не буду спрашивать, как биологи его заставили, однако – на каком языке?
- О, всё не так просто, капитан… - Хмыкнул Николай Николаевич.
Доктор Солнцева явно ждала гостей – услышав скрип створки, она встала из-за компьютера, за которым что-то печатала, кивнула им:
- Всё готово. Субъект бодрствует.
- Прошу прощения, но всё же – как мы собираемся с ним общаться? – Мишель решила поддержать любопытство сослуживца.
- Если всё получится – без помощи языка. – Ответила вместо Краснова учёная, взмахом руки приглашая пройти к бывшему чулану в дальнем углу ангара. Тесное помещение снабдили запирающейся снаружи стальной дверью, превратив в импровизированный изолятор.
- Простите? – Чуть наклонила голову канадка.
- Во время тревоги, устроенной недавно господином Лайтманом, я, кажется, сильно напугала нашего пленника, войдя в камеру с пистолетом в руке. – Пояснила доктор, лязгая засовом. – У него случился… наверное, эмоциональный всплеск. И я ощутила его страх. В прямом смысле. Несколько следующих дней мы проводили опыты и убедились, что сектогит… скажем так, может ограниченно передавать свои мысли и эмоции окружающим.
- Телепатия? – С нескрываемым скепсисом уточнил Джеймс. – Знаете, поверить в инопланетную жизнь не так сложно, но вот это уже скорее по части мистики и эзотерики…
- А я и не говорю, что мы разобрались, как это работает. – Солнцева с натугой потянула на себя толстую створку, мужчины поспешили ей на помощь. Хенриксен в это время отступила назад и положила ладонь на кобуру, внимательно следя за открывающимся проёмом. – Просто… уф-ф, спасибо… это есть, от фактов не убежишь. Он нас понимает, а мы в некоторой степени понимаем его.
- И этим нужно пользоваться. – Добавил Николай Николаевич, первым переступая порог. Щуплая серая фигура поднялась ему навстречу с лежанки. Полковник остановился, пропустив в камеру капитанов, заложил руки за спину. Медленно, раздельно произнёс:
- Итак. Начнём с малого. Кто вы такие?
Серокожий гуманоид несколько секунд смотрел на Краснова своими огромными, немигающими глазами. Потом перевёл взор на его спутников - Лайтмана, сохраняющего завидную невозмутимость, и Хенриксен, которая так и держала ладонь на талии, поближе к пистолету. Поизучав немного их, встретился взглядами с Елизаветой Васильевной... и абсолютно по-человечески развёл руками. Пришелец несомненно понял, что к нему обращаются, но вот был ли это ответ на вопрос?
- И что это было? - Полковник обратился к Солнцевой, не отводя глаз от сектогита. - Он не понял или не знает?
Прежде, чем доктор успела открыть рот, пленник сделал шаг к командующему и тот… часто заморгал с откровенно растерянным выражением лица. Мотнув головой, вдруг усмехнулся и произнёс с непонятным удовлетворением:
- Я чувствую голод, хотя обедал недавно. Но какой-то… призрачный. Не грани сознания. И мне вспомнилась отбивная, которую я ел, наверное, с месяц назад. Просто вертится перед глазами – прожаренная, аппетитная. Хотя теперь, когда я сосредоточился, образ размывается, уходит на второй план… Немного мешает думать.
- Вы полагаете, это… он? – Серьёзно спросила Мишель, переводя взгляд с полковника на сектогита и обратно.
- Да. – Краснов повёл плечами, ещё пару раз моргнул. – Мне кажется, он не просто голоден, а хочет награду за сотрудничество. Жареного мяса. Что ж… Елизавета Васильевна, пошлите лаборанта в столовую.