Она разгладила как следует лежащий перед ней листок тонкой жёлтой бумаги. Поправила очки, прищурилась – печатный шрифт на листе был очень мелкий:

- «В результате дерзкого нападения был убит посол Российской империи в Берлине, граф Константин Граббе. Злоумышленники заложили бомбу в паровой грузовой экипаж, припаркованный у ворот посольства. Взрыв произошёл, когда автомобиль посла выехал на улицу и поравнялся с грузовиком. В результате взрыва погибли граф Граббе, сопровождавшие его водитель и охранник, двое случайных прохожих и гвардеец, охранявший ворота. Полицией Берлина начато расследование…»

- Ого… - Только и смог выдавить Николай.

- Это краткая сводка. Передал наш агент в одной германской газете, потому и слог такой… - Сыщица отбросила листок к пустым цилиндрам, придвинула к себе несколько других. – Тут у меня некоторые подробности от моих контактов в Москве и Рейхсштази. Совсем немного, но для одного вывода достаточно. Убийство посла нас непосредственно касается. И с нашим делом связано.

- Вы уверены? – Внешне абсолютно спокойная, Саша сбилась на «вы», с головой выдав своё волнение.

- Грузовые корабли в Ташкенте подорвали дистанционно. – Анастасия откинулась на высокую спинку своего роскошного кресла. – Мсье Маршан ошибался, на бомбе был не часовой механизм, а управляемый детонатор. Бомбы закладывались заранее, за много дней, а точной даты штурма никто не знал даже в штабе Третьего флота. К тому же, момент был выбран наилучший – когда флот открыл огонь. Здесь – похоже. Никто не мог знать, в какой момент посол выедет из резиденции. Даже начальник охраны посольства этого не знает – точное время определяется в последний момент. Останков бомбиста внутри грузовика не обнаружено. Выжившие караульные на воротах дали показания сразу, вот протокол. Они поглядывали на грузовик с утра, заметив, что он слишком долго стоит на обочине – к нему до самого взрыва никто не подходил. Бомбу подорвали с помощью дистанционного управления.

- Но… как такое возможно? – Николай, сдвинув брови, покрутил кончик уса. – Не тянули же они запальный шнур через всю улицу.

- Вполне возможно. – Настя резко подалась вперёд, упёрлась локтями в столешницу. Сверкнув очками, улыбнулась до ушей – ещё более зловеще, чем обычно. – Однако лишь с помощью таких методов, которые переводят эти преступления в сферу интересов Особой экспедиции. Подарки из Зазеркалья, Коля. Там такое могут.

С полминуты в кабинете царила тишина. Затем Саша кашлянула:

- Кхе… То есть, вы… ой! То есть, ты предполагаешь участие пришельца из другого мира?

- В убийстве посла – да, только предполагаю. В подрыве кораблей… - Старшая сыщица вдруг поднялась. – Давайте-ка я вам кое-что покажу.

На внутренней стене комнаты, меж двух шкафов, висела картина в простой рамке – немудрёный акварельный пейзаж, изображающий горы в закатных тенях. Сыщица сняла картину с гвоздя, вынула из стены замаскированную панель, скрывавшую потайной сейф. Из сейфа она достала два каких-то маленьких предмета, с которыми и вернулась к столу.

- Эти детали я извлекла из бомбы на «Галатее». – Пояснила девушка, выкладывая предметы перед Николаем и Сашей. Офицер и младшая из сыщиц наклонились к ним, чуть не стукнувшись лбами.

- Мсье Маршан всё-таки согласился их отдать? – Поинтересовался майор. – Он же хотел доставить всё на родину?

- Я не спрашивала. – Пожала плечами Настя. – Просто он отвернулся, когда бомба была у меня в руках…

- Ты их украла. – Констатировал офицер.

- Не говори чепухи. Что ты прицепился ко мне сегодня? Я была при исполнении, а это улики. Ключевые, прошу заметить. Улики не воруют, их изымают. Я даже бумагу нужную оформила… потом. С печатью.

- Ладно… и что это?

- Вот этот цилиндрик с пимпочкой… - Анастасия коснулась картонного цилиндра, запечатанного с двух концов металлическими заглушками. – Это источник электрического тока. Он питал устройство бомбы. У взрывателя был ещё один, отдельный. У нас таких компактных не делают, вольтов столб в Академии наук с мой рост высотой будет. А вот эта зелёная пластинка с серебристыми прожилками – часть принимающего сигнал приспособления. Я вытащила две, одну передала в центр, вместе с запросами. Так что наше дело сразу восприняли всерьёз…

- А почему не сказали нам? – С ноткой обиды в голосе спросила Александра. Анастасию она до сих пор считала своей наставницей, и доверяла ей совершенно по-детски – хотя это отношение не было взаимным. Старшая сыщица в своё время тяготилась навешенной ей против воли стажёркой, и была очень рада, когда та получила статус полноправного следователя.

- Хотела выждать, пока сложится более чёткая картинка. – Настя слабо улыбнулась помощнице – единственной своей не пугающей улыбкой. – Но знаете, что самое интересное? Пластинка, определённо, занесена с той стороны зеркала. А вот батарея питания… я не могу быть уверена, но мне кажется, её изготовили здесь.

- Здесь? – Саша и Николай переглянулись, не сговариваясь уставились на сыщицу в ожидании пояснений.

- Я видела батареи, попавшие к нам с людьми и устройствами… оттуда. – Девушка указала большим пальцем в потолок. – Эта – кустарная поделка на их фоне. Из простых материалов, встречающихся в нашем мире. Про внутреннее устройство не скажу, конечно, но… если существует вероятность того, что кто-то здесь научился копировать чужую технологию, это повод бить набат. А если этот кто-то использует зазеркальные технологии против нас – повод ставить на уши не только Особую экспедицию, но и вообще все спецслужбы Империи. И союзников из Рейха притянуть тоже.

- Значит, будем ставить? – Усмехнулся Дронов. Что у Анастасии получится, что начальство не отмахнётся от её доводов и подозрений – он не сомневался.

- Уже начали. – Настя сгребла бумаги к одному углу стола, бережно переставила технологичные «трофеи» к другому. Снова откинулась в кресле. – Вместе с запросами неделю назад я послала и письма своим знакомым в Москве, Петербурге, Берлине. Тем, кто лично меня знает в руководстве Третьего отделения и Рейхсштази. Просила – если случится что-то подобное, подключить меня к расследованию. Знакомые просьбу выполнили. Пятое отделение Имперского Министерства госбезопасности Рейха, аналог нашей Особой экспедиции, приглашает меня в Берлин. Начальство меня отпустит. Так что, Коля – едем за границу.

- Я тоже? – На всякий случай уточнил майор.

- Конечно. – Сыщица перевела взгляд на маленькую помощницу. - А ты, Саша, остаёшься на хозяйстве. Тебе в помощь уже выслали двух стажёров, но лучше отправь их сразу в Пишпек, где поспокойней, а ребят оттуда вызови сюда. У них хоть какой-то опыт имеется, тут будет слишком жарко для новичков. Цветы поливай, за садом ухаживай, шпионов лови. Пиши письма, я тоже буду тебя в курсе дела держать. Расследование у нас, считай, одно – так что не огорчайся, что тебя оставляю. Мне тут нужна вторая я, чтоб в двух местах разом быть, и ты на роль моей копии лучше всего годишься. Николай в плечах широковат, и кресло продавит своей тушей.

- Когда отбываем? – Дронов встал, отодвинув стул.

- Через полчаса. – Анастасия с видимым удовольствием пронаблюдала за тем, как округляются его глаза. Вытащила из стакана с остывшим чаем серебряную ложечку, крутанула её меж двух пальцев. – Подробности – в дороге. Когда агентам Третьего отделения нужно, они могут перемещаться очень быстро. Даже по такой глухомани. Много вещей не бери, маршрут стартуем на самолёте. А, Саша, и ещё. – Она ткнула ложечкой в бывшую ученицу. - Свяжись с военным комендантом города. Я договорилась, что библиотеку перенесут в бывший дворец ханского наместника и сделают общественной, а не платной, как раньше. Отбери немного книжек, которые захочешь оставить, и проследи, чтоб перенесли всё остальное аккуратно. Это будет наш вклад в культурное развитие региона…

* * *

Флот уже покинул Ташкент – его путь лежал на столицу Хокандского ханства, в самое сердце мятежа. Однако «Адмирал Киров» до сих пор парил неподалёку от городских стен, окружённый своей свитой из эскортных корветов и транспортов снабжения. Его гигантская тень пробегала по восточным кварталам города с каждым новым рассветом. За время осады воздушный авианосец растратил огромное количество авиабомб и самолётного топлива, а пополнить запасы с армейских складов не представлялось возможным – корабль был вынужден ждать прибытия каравана из главной базы Третьего флота.

Его задержка сыграла на руку Анастасии. Николай не знал точно, на какие рычаги она надавила (возможно, просто показала в штабе свой золочёный значок особого агента), однако капитан «Кирова» согласился помочь. Сейчас майор, Настя и солдат, которому предстояло отвести назад в город лошадей, верхами спешили к восточным воротам. Получаса на сборы Дронову не понадобилось – он за минувшие дни толком и не успел распаковать свой тощий вещевой мешок, на три четверти забитый одеждой и чистым бельём. Настя тоже ограничилась крошечным заплечным ранцем. Вообще, если не считать баловства с обустройством рабочего места, девушка имела склонность к лёгкому аскетизму – хотя за собой, безусловно, следила. Даже в самых нелёгких походных условиях она всегда оставалась чиста, свежа, опрятна, аккуратно расчесана и приятно пахла. Во время их первой совместной операции сыщица немало дней провела в седле, наравне с отрядом драгун, однако запах конского пота, такое впечатление, к девушке просто не лип, а её простая удобная одежда выглядела словно только что из-под утюга после чистки. Николай понятия не имел, как она этого добивается, но слегка завидовал.

- У нас это называют «зелёной улицей». – Сказала Анастасия, когда их троица выехала из Ташкента и прибавила рыси. – Прокладывается максимально краткий маршрут до цели, всем ответственным лицам на этом маршруте рассылается строгое указание содействовать находящемуся в пути агенту, придерживать для него транспорт, выполнять все его требования. Я сама ещё толком не знаю, на чём мы доберёмся до Берлина, в пути получу уточнения, однако моих полномочий достаточно, чтоб скорректировать маршрут в случае чего.

- Но начнём мы с дирижабля? – Николай чуть откинулся в седле, чтобы лучше видеть парящий в небе авианосец. Он был столь велик, что не смог подойти к ташкентским причалам – да и стоять на якорях было безопаснее для столь ценного корабля.

- Начнём мы с самолёта, как я и обещала. – Девушка тоже запрокинула голову. С «Кирова» их похоже, заметили – корабль что-то отсигналил корветам морзянкой и начал выбирать якорные цепи, снижаясь. – Капитан одолжит нам один. Самолёт перебросит нас к ближайшему пункту военной связи, где нас будет ждать скоростное судно или паровой экипаж. Оттуда мы доберёмся до крайнего узла железной дороги. Дальше проще. – Она вдруг привстала в стременах и помахала «Кирову». – По железной дороге – до крупного порта. Чем ближе к границе, тем лучше. Там нас примет первый же пассажирский корабль, идущий в Германию. За границей нас перехватит Штази, доставит в Берлин с ветерком.

- И сколько на это уйдёт?

- Обещают четыре дня, если не будет задержек. – Настя хмыкнула, не отрывая взгляда от дирижабля. – Но задержки бывают всегда, так что я бы рассчитывала на пять-шесть. Минимум.

Они спешились, передали поводья солдату. Тот коротко салютовал и, не тратя времени, поскакал обратно – люди в штабе теперь были нужны, как никогда. «Киров», тем временем, прекратил снижаться. С его борта к самой земле опустили занятное приспособление – толстую цепь, на нижний конец которой были закреплены… обычные кавалерийские стремена. Ещё несколько стремян крепились примерно на уровне лица человека среднего роста.

- Чего смотришь? Цепляйся. – Анастасия с усмешкой ткнула Дронова локтем под рёбра и шагнула вперёд. Встав одной ногой в свободное стремя, за другое, прикреплённое выше, она ухватилась двумя руками. Поняв, что надо делать, майор последовал её примеру – и импровизированный лифт тут же пошёл вверх. Вместе с кораблём – вбирая цепь, «Киров» одновременно отпускал якоря. Земля уходила вниз с пугающей скорость. Никогда не боявшийся высоты Николай сглотнул и едва не зажмурился. Сохранить остатки достоинства офицеру удалось лишь благодаря тому, что спутница смотрела ему прямо в лицо с хитрой ухмылочкой. Малахитово-зелёные глаза за тонкими линзами очков смеялись, в них плясали озорные огоньки. Дронов в ответ тоже кисло улыбнулся – и тут подъём кончился.

Они повисли на уровне мостков, опоясывающих выпуклое брюхо авианосца – прямо напротив проёма в ограждении. Стоящий в проёме матрос подтянул цепь поближе багром, снятым с обычного пожарного щита, подал Насте руку. Та приняла помощь, легко перескочила на шаткие с виду мостки, Дронов более осторожно перебрался следом.

- Вы, значит, наши пассажиры? – Поинтересовался матрос, упирая багор тупым концом в пол.

- Да. Анастасия Егоровна Агафьева со спутником. – Отрекомендовалась Настя, вытаскивая из-за пазухи бумагу с предписанием наземного штаба.

- Всё так. Идёмте, там почти готово.

Аэронавт провёл их вглубь сложной паутины хлипких дорожек, где, в самом её центре, на специальных крюках-зацепах, майора и сыщицу поджидала пара двухмоторных самолётов. Это были массивные ширококрылые бипланы, предназначенные для дальней разведки, бомбёжки или обеспечения фронтовой связи. Их корпуса покрывала серебряная краска, крылья и хвостовое оперение - жёлтая. На плоскостях и киле красовались чёрные имперские орлы.

Для вылета, очевидно, готовился аэроплан, подвешенный ближе к носу корабля. Кожухи его двигателей были откинуты, в них возились механики, за работой которых присматривал тощий мужчина в кожаной лётной куртке. Куртка была, к слову, точно такая же, как у Насти – только менее истрёпанная, и со знаками различия лейтенанта от авиации на воротнике.

- Доброго дня. – Приветствовал он пассажиров, кивком отпустив матроса. – Я – ваш пилот на сегодня. Мне велено не задавать никаких вопросов, а вот отвечать на ваши – настоятельно рекомендовано. Давайте сразу, пока я не занят – хотите что-то спросить?