«Да так я тебе и позволю, конечно. – Мысленно усмехнулся Дронов, чувствуя в груди тёплый, разгорающийся уголёк симпатии и решимости. – Вместе в петлю пойдём, если что… Или даже я один, уж постараюсь. Ох, что-то понесло нас… Не успели приступить, а уже провал планируем». В слух же он сказал:
- Мы ещё план боя не набросали, а уже думаем о поражении. Так добра не выйдет. Не вешай нос, раз решила – сделаем. Только прикажи.
- Вообще-то, кое-какой план у меня есть и сейчас. – Ответила маленькая стажёрка, чуть расслабляясь – видимо, поддержка капитана и уверенность в его голосе пришлись к месту. – Но я хочу сперва переговорить с вашим «языком». Вы ведь оставили его в укрытии, с бойцами?
- Да. Не тащить же его было через полгорода, средь бела дня.
- Хорошо. Наверное, в самом деле легче будет мне сходить туда, чем привести его в библиотеку. Ты ведь меня проводишь?
- Разумеется. – Николай поднялся и галантно подал девушке руку. – Знаток десятка улиц, трёх площадей и двух дюжин переулков Ташкента к твоим услугам.
…Ефрейтор Саночкин, впустивший их внутрь, был хмур и чем-то заметно расстроен. Причина его дурного настроения выяснилась быстро. Подошедший Невский отвёл командира и юную сыщицу в подсобную комнатку, где держали шпика, мрачно буркнул:
- Вот, полюбуйтесь.
Пленник лежал на земляном полу в неестественной позе. Кажется, он бился в конвульсиях, прежде чем замереть. Руки ему, вероятно, развязали уже после смерти, и рубаху на груди порвали, пытаясь откачать… Неестественный цвет лица и следы засохшей пены на губах позволили даже далёкому от медицины Николаю влёт определить, что убило бедолагу.
- Яд. – Подтвердила его догадку Саша, сглотнув. – Был зашит в одежду, наверное…
- Вот же ж скотина… - Высказался за себя и за Дронова казачий урядник – Николай лишь на миг опоздал с аналогичным высказыванием. Потому от себя добавил:
- Во всяком случае, мои опасения, что мы на пустыре прихлопнули случайных людей, развеяны как дым. Тут уж ни каким совпадением не объяснишь. Что, Саша, начнём планировать ночной рейд?
- Начнём. – Негромко отозвалась стажёрка, и устало опустила веки. – Что ещё остаётся?...
* * *
- Ох, не зря здешние мудрецы в древности говорили: «Крепость нельзя считать неприступной, если в ней есть калитка, через которую можно провести осла, гружёного золотом». – Прошептал Дронов, наблюдая, как его бойцы, переодетые в гражданское, покидают Ташкент через неприметную служебную дверцу во внешней стене. Двое стражников из хокандского гарнизона, в обязанности которых входило эту дверь охранять, старательно стояли к ней спиной, и делали вид, будто ничего не слышат. Связи господина Марчелло пригодились и здесь…
- Да… но нам это на руку. К тому же, они не впускают посторонних, а выпускают, это не так опасно. – Заметила стоящая рядом с ним Александра. Для вылазки девушка стянула свои недлинные волосы чёрной тесёмкой в куцый хвостик и облачилась в серый дорожный костюм, делавший её довольно незаметной на фоне тонущих в лунном серебре городских построек. Николаю запоздало подумалось, что её кудри не помешало бы вовсе прикрыть платочком или шляпой, чтоб не «светились» зря светлым пятном – однако теперь этим заниматься было уже поздно, да он и не собирался пускать стажёрку в первые ряды.
- А если мы уносим… скажем, редкий алмаз, украденный из сокровищницы беклярбека? Хотя действительно, им-то что с этого… - Капитан вдруг запнулся. Сдвинув брови и вытянув шею, присмотрелся. – Саша, смотри, там же зарево, или меня глаза подводят?
- Да, зарево. – Подтвердила девушка, следуя его примеру. Она ещё и привстала на цыпочки. – Над складским районом…
- Над восточной его частью. – Уточнил офицер, скривившись. - Там, где был наш склад-убежище. Пожар, похоже, разгорается… Как думаешь, может быть такое совпадение?
- Может… но едва ли. – Вздохнула Настина подопечная. – Возможно, они не нашли нашу базу, но уверились, что она там, и решили… ударить по площади, чтоб с гарантией? Гори там один склад, мы бы отсюда не увидели, наверное. Надеюсь, до библиотеки не доберутся.
- Да, хозяин там не из приятных, но книги-то в чём виноваты… Жалко будет, если из-за нас такую коллекцию спалят. – Кивнул Дронов и закусил губу. – В общем, ушли мы вовремя. Лишь бы они в порту нам чего не подготовили…
Проникнуть тайком в порт, кольцом охватывающий старинное поселение, оказалось проще простого – ночные караулы местной стражи стояли на внешних постах, незваных гостей со стороны крепостных стен никто не ждал, и часовые на этих самых стенах вниз особо не глядели. Вереница движущихся гуськом тёмных фигур быстро скрылась в непроглядной тени плотной «рощицы» причальных мачт, сейчас пустующих. Двигаясь от тени к тени, стараясь преодолевать освещённые луной участки бегом, не приближаясь к местам, где даже в столь поздний час горели свет и слышались голоса рабочих, они за три четверти часа добрались до своей цели.
Грузовой дирижабль Халифата стоял у причального пандуса для большегрузных кораблей – эта гигантская конструкция из камня и дорогого здесь бетона была отгорожена от остальной части порта дополнительным проволочным забором. Но лазутчиков «торговец» и не интересовал – им был нужен причал поменьше. Тот, что принял эскорт грузового великана. Выглядел он куда более скромно – прямоугольная металлическая платформа, вознесённая на пару десятков метров ввысь при помощи восьми бетонных колонн, башенка портового крана на её краю, решётчатая шахта грузового лифта и шаткие с виду лестничные пролёты, крепящиеся к колоннам. Ну и сами корабли сопровождения. Два малых сторожевика висели по сторонам от платформы, прочно принайтованные к ней посредством стальных тросов. Иллюминаторы в их гондолах не горели, лишь мерцали на хвостовом оперении красные и зелёные габаритные огоньки. Зато подступы к причалу прекрасно освещались несколькими газовыми фонарями. А выглянув из-за угла маленького эллинга всего на секунду, Николай успел насчитать полдюжины вооружённых часовых в мундирах армии Халифата – двое у лифта, двое у ближайшей лестницы, и ещё пара патрулирует неспешным шагом периметр. Можно голову прозакладывать, что это далеко не все – тут ещё как минимум одна лестница наверх, которая тоже должна охраняться, да и патруль вряд ли единственный… И на борту самих канонерок кто-то должен быть. Увы, попытка незаметно устранить охрану и тихо пробраться внутрь выглядела бы чистым безумием. Впрочем, «громкий» вариант также был предусмотрен планом и обдуман до мелочей. Хотя в кратком изложении выглядел полнейшей авантюрой – взять причал внезапным штурмом, найти пленника-иномирянина и всей компанией скрыться в ночи. Потом забрать у человека Марчелло лошадей и гнать прочь от Ташкента во всю прыть – если получится, даже не дожидаясь рассвета. Хорош этот вариант был ещё и тем, что даже не окажись похищенного бедолаги на кораблях (а такая вероятность оставалась), ни единого пункта в списке действий менять не придётся – всё равно останется только бежать без оглядки.
- Джантай… - Капитан кивнул проводнику и указал глазами на один из газовых фонарей. – По моей команде.
Киргиз без лишних слов скинул с плеча короткий тугой лук, поправил колчан на бедре, мягко скользнул в сторону, к соседнему строению, и вскоре Дронов потерял его из виду. Впрочем, можно было не сомневаться, что сам-то воин-бугинец командира отлично видит.
- Теперь – остальные. Выдвигаемся. – Повинуясь его жестам, отряд разбился на мелкие группки и, не выходя на свет, пригибаясь, двигаясь перебежками, полукольцом охватил нужный причал. С Николаем остались Саша и драгуны, ещё три казака следили за тылом, чтобы их передвижения не раскрыл какой-нибудь случайный портовый грузчик или спешащий на встречу контрабандист. Прочие же ребята Невского заняли выгодные стрелковые позиции и теперь брали наизготовку карабины – благо, часовые Халифата в ярком свете ламп были как на ладони.
- Саша, тебе стрелять не обязательно. – Тихонько сказал капитан, не отводя взгляда от проходящего мимо патруля. Девушка промолчала в ответ, и Дронов, выждав ещё миг, коротко взмахнул рукой. Свистнула выпущенная Джантаем стрела, хрустально звякнуло бьющееся стекло фонарной лампы… Вопреки ожиданиям, дальний фонарь, в который метил киргиз, не погас – ровное до того газовое пламя лишь затрепетало на свежем ветерке, заставив тени вокруг причудливо изгибаться. Однако даже так выстрел киргиза свою роль исполнил – привлёк внимание. Часовые у входов на платформу дружно вскинули длинноствольные винтовки, двое припали на колено… Патрульные, бдительно озираясь, бросились к фонарю, держа ладони на рукоятях кривых сабель, но пока не обнажая их.
- Поехали. – Беззвучно, одними губами проартикулировал Николай, взмахивая рукой ещё раз. И тут же поднял к плечу ружьё. Залп хлопнул малость вразнобой, но четверо стражей рухнули, как подкошенные. Один патрульный свалился со стрелой в шее, второй выхватил клинок, ошалело вертя головой – и тут же получил пулю от Дронова. Три хлопка на правом фланге сообщили, что второй патруль таки был, и бросился на шум – но попался в прицел прикрывающей группе.
- Вперёд! – Рявкнул Николай, расстёгивая кобуру и срываясь с места. До лестницы он промчался как на крыльях, на бегу закинув за спину карабин и вытянув из кобуры револьвер. Вихрем взлетел по ступенькам, слыша за спиной топот сапог товарищей – и оказался у сходней первого сторожевика. Не задерживаясь, ворвался внутрь через распахнутый главный люк, едва не столкнулся с перепуганным, полусонным арабом во флотской униформе, вырубил его ударом рукояти по лбу, ринулся в носовую часть, к рубке, перепрыгивая через комингсы. Рубка тоже оказалась не заперта, а возле штурвала в ней нашёлся ещё один дежурный аэронавт, которого капитан без лишних церемоний отправил в нокаут мощным хуком справа.
- В гондоле чисто, идём в технические помещения! – Донёсся из-за плеча голос Черневого. – Казаки берут второй дирижабль, но вы говорили, нам нужен именно этот, с южной стороны.
- Да, так что проверьте каюты. – Ответил Дронов, оборачиваясь. Унтер козырнул и скрылся в коридоре, а на пороге рубки появилась Александра – каким-то чудом не отставшая от мужчин, и настолько запыхавшаяся, что ей поначалу не удалось выговорить и слова.
- Сейчас-то всё и выяснится, угадали мы или сглупили. – Сказал скорее себе, чем ей капитан. К счастью, долго маяться в неведении не пришлось – явившийся буквально через минуту Черневой с нескрываемым удовлетворением рапортовал:
- В машинном связали двух инженеров, больше членов экипажа нет. В лазарете на койке – человек без сознания, с перевязанной головой. По виду - европеец. Изволите посмотреть сами?
Лежащий на узкой койке молодой мужчина полностью подходил под устное описание пришельца, которого сам Николай прежде и не видел. К тому же голова его и впрямь была перевязана, а на белоснежных бинтах не обнаружилось и следа крови – стало быть, рана давняя. Всё сходится.
- Похоже, нашли нашу пропажу. – Чувствуя, как губы растягиваются в довольно глупой улыбке, Дронов посмотрел на Александру. Та, почему-то хмурясь, вытащила из нагрудного кармана маленькую квадратную бумажку, посмотрела на неё, потом на раненого. Кивнула:
- Никаких сомнений, это он.
- Стой… Это у тебя что, фотокарточка?
- Да, его снимок, сделанный в Пишпеке до похищения. В госпитале. Анастасия Егоровна дала.
- А почему она мне… Хотя ладно, не важно. Интересно, он в коме после травмы, что ли? Нам бы его разбудить…
- Боюсь, не получится. – Тоненькая стажёрка склонилась над кроватью. Пользуясь тем, что руки спящего лежат поверх одеяла, осторожно взяла правую за кисть, осмотрела от ладони до локтя. – Но это и не кома, наверное… Тут следы уколов. Ему что-то вводили. Вероятно, чтобы не просыпался. Будь время, осмотрела бы тут все пузырьки – я не медик, но кое-какие… специфические препараты по названиям и маркировке узнаю...
- Значит, придётся тащить как куль. - Скривился Дронов. – А он ещё и нездоров, как бы хуже не стало…
- Командир! – Прервал его возникший за спиной казак. – Кажись, проблемы!
…«Проблемы» офицер сперва услышал, и только потом увидел. Где-то на стене напротив причала выла механическая сирена, по всему гребню зажигались сигнальные костры, указующие, что наряды стражи поднялись по тревоге. С края причального пандуса Николай мог наблюдать, как от городских ворот, от одного из внешних постов и ещё откуда-то с севера движутся к ним через порт три петляющие огненные змейки – колонные людей с фонарями и факелами в руках. Передвигаться строем, да ещё столь целенаправленно и уверенно, в такой ситуации, естественно, могли лишь военные.
- Засада? – Скрипнул зубами Николай. – Нас всё-таки ждали?
- Будь это засада, пленника бы тут не оказалось. – Качнула головой стажёрка, необычайно спокойная и сосредоточенная. – Скорее, перестраховка – вывоз его шёл по старому плану, но дополнительные меры приняли… И по тревоге – вот, среагировали. Думаю, это солдаты гарнизона, а не арабы, но от того не легче.
- Попробуем прорваться и уйти, пользуясь темнотой. – Лихорадочно пытаясь найти лучший вариант действий, и остро осознавая, что без потерь со стороны русских теперь уже точно не обойдётся, Дронов окинул взглядом видимую с платформы часть порта. – Всё они осветить не смогут, но вот пришельца взять не выйдет, слишком обременит.
- А может… попробуем иначе? – Саша обернулась и посмотрела на захваченный сторожевик. – Если корабль на самом деле исправен, и готовился к выходу рано утром, котёл должен стоять под малым паром… Поднять давление и запустить двигатели – пара минут. Вы ведь управлялись с котлом броневика, тут не сильно сложнее, думаю. Халифатские машины примитивны, да и судно маленькое…
- А кто будет управлять? – Мысль о воздушном побеге капитану и в голову не пришла, а ведь это действительно был великолепный путь отхода – особенно учитывая отсутствие у Хоканда собственного флота. Мужчина с трудом удержался от того, чтобы хлопнуть себя по лбу.