- Значительно больше. Даже если забыть, сколько коней мы перебили при нападении – такое облако могут поднять разве что два-три кавалерийских полка, а в лагере стояло не больше батальона. – Обеспокоенный Дронов машинально пересчитал аморфные войска бунтарей в привычные военные единицы. - Возвращаемся к машине, поторопим бойцов. Нужно развести пары и приготовиться к движению.
* * *
Сломанная створка нещадно дребезжала – находчивые казаки заперли её и с помощью найденной в ящиках проволоки примотали за ручку и раму окна к бойнице, таким образом худо-бедно зафиксировав. Получилась замысловатая плетёная конструкция, мешающая сидеть в пассажирском кресле – однако всё лучше, чем отламывать многострадальную дверь окончательно. Двигатель, по счастью, работал исправно – броневик-ветеран, этой ночью, возможно, получивший больше попаданий и выпустивший больше пуль, чем за всю прошлую службу, держался бодро, грозя развалиться на детали от тряски, но не собираясь глохнуть. И Николай, сменивший китайца за рулём, гнал авто по тракту на предельной скорости, стремясь выиграть побольше форы – а Алим вручную регулировал котёл, добиваясь максимальной эффективности. Караван они увидели вскоре после полудня, когда солнце висело в самом зените.
Очевидно, обоз только что остановился, и ещё выстраивал вагенбург, однако дозорные уже работали – «Роллс-Ройс» заметили издалека. Ему навстречу двинулись всадники эскорта, и Дронов на всякий случай высунулся в окно, помахал фуражкой. Охранники в ответ отсалютовали ему ружьями, пристроились впереди на манер почётного эскорта…
- Николай Петрович! – Как только Дронов вылез из кабины, к нему подбежала Саша, схватила за руку. Глаза маленькой девушки подозрительно блестели, к тому же она часто шмыгала носом.
- Можно без отчества? – Смущённо проворчал капитан – такая бурная встреча отчего-то стала для него сюрпризом, хотя он мог бы догадаться... Что Александра – не Настя. – Мы же вроде уже решили, нет?
- К… конечно! Вы знаете, как мы… и я… все за вас переживали! За всех вас! – Стажёрка глянула ему за спину – там из машины вылезали остальные пассажиры. Джантай, заметив девушку, улыбнулся ей и подмигнул. – Ведь все живы?
- Что-то мне сомнительно, что прям уж весь караван волновался… - Протянул офицер, всё ещё малость сконфуженный. – Но живы все, как видишь. И даже здоровы, по большому счёту. – Он обернулся. - Алим! Вы сейчас к своим?
- Да, можете пока передохнуть. – Подтвердил китаец, покинувший броневик последним. – Вы заслужили. Будете нужны – пришлю кого-нибудь.
Не сказав больше ни слова, китайский «специалист» поспешил к ожидающим его охранникам обоза. А Дронов заметил, что маленькая Саша проводила его взглядом с очень серьёзным выражением лица.
- Что-то случилось? – Поинтересовался мужчина.
- Да не то чтобы… - Юная сыщица задумчиво куснул губу, посмотрела на капитана снизу вверх. - Давайте отойдём.
- Как скажешь. – Дронов обратился к станичникам и проводнику. – Ребята, пошли, трофей без нас обиходят.
Во «внутреннем лагере» русской экспедиции, который так и ютился у самой линии обороны, в тени телег, их ждал куда более тёплый и шумный приём. Казаки обнимались, хохотали, хлопали друг друга по плечам и спинам, заваливали друг друга вопросами. Капитану тоже перепала своя доля – но он быстро улизнул и смог, наконец, переговорить со стажёркой с глазу на глаз, всего лишь отведя её в сторонку.
- Ну вот, тут нас этим гамом никто не услышит. – Сказал капитан, убедившись, что стражи и обозников рядом нет. – О чём ты хотела поговорить?
- Я, правда, очень рада за всех, и за вас тоже. – Повторила Александра, теребя серебряную застёжку своего коротенького серого плаща. – Мы когда ночью ехали, слышали шум боя, страшно было… Кажется, даже пушки стреляли.
- Стреляли. – Согласился капитан. – Но не попали. Ничего особенного, на самом деле. Спасибо, что беспокоилась о нас. И больше не переживай. Мы уже здесь, так что нечего волноваться. Теперь если и попадём в беду – то только вместе. А уж вместе – выкрутимся.
Чувствуя, что слова нужно как-то подкрепить, он не придумал ничего умней, кроме как положить ладонь девушке на плечо, успокаивающе улыбнуться. Вопреки обыкновению, та не вздрогнула, и не попыталась сбросить ладонь. Лишь коротко кивнула:
- Да, конечно.
- Ну раз так – скажи, что тебя столь обеспокоило в нашем китайском друге… И не случилось ли чего в обозе, пока нас не было? – Николай убрал руку и опёрся о край телеги. Присесть на него желания не было - оказалось, что жёсткое водительское кресло «Роллс-Ройса» натирает зад похлеще драгунского седла.
- Мы ведь говорили о том, что Алим почти наверняка – кадровый агент разведки Китая? – Переход к деловом разговору помог стажёрке усмирить эмоции лучше чего бы то ни было. Она стала спокойной и собранной.
- Угу, говорили. Я в этом уже и не сомневаюсь.
- А вас не насторожило, что он так легко оставил конвой, даже не зная, вернётся ли?
- Может, он по натуре авантюрист…
- Или на самом деле не главный здесь. – Девушка прищёлкнула пальцами – жест, явно подцепленный у наставницы, Дронов помнил его ещё по первой встрече с Настей, полуторалетней давности.
- Не Алим… А кто тогда? – Николай выгнул бровь.
- В ваше отсутствие хозяин каравана, Насреддин-ака… - Саша запнулась, одёрнула плащ и украдкой огляделась, прежде чем продолжить. – В общем, он на себя не очень похож был. Уверенно распоряжался, и все его слушались беспрекословно. У него даже лицо изменилось – жёсткое стало, решительное.
- Ага. – Капитан потёр колючий подбородок. – А при Алиме каким рохлей казался, будто вообще тут для мебели… Думаешь, он только прикидывается хокандцем?
- Нет. – Стажёрка мотнула головой. – Уверена, он действительно узбек, и действительно хокандец.
- Тогда что…
- Но это вовсе не противоречит тому факту, что Алим – не единственный здесь кадровый, хорошо обученный и высокопоставленный китайский агент. – Девушка вновь щёлкнула пальцами. - Просто Алим – приезжий, только на одну миссию. Сопроводить груз. А вот…
- Понял, не продолжай. – Дронов поднял ладонь. – Если так, то открытие серьёзное. Надо будет учитывать.
- И узнать побольше о нём при случае. – Стажёрка ударила кулачком по ладони. - После операции я подам запросы в соседние отделы, связанные с регионом, и если ни у кого он под наблюдением не значится – попрошу организовать.
- Не переложишь на наставницу, а сама подашь и попросишь? – Николаю показалось, что он сумел сдержать улыбку, однако тон его явно выдал.
- Постараюсь. – Саша принялась внимательно разглядывать носки своих сапожек, щёки её чуть покраснели. – Доступа стажёра, наверное, недостаточно, я как-то не подумала… Но у Анастасии Егоровны и без того дел невпроворот, более актуальных. И ей надо выздоравливать.
Капитан не стал вслух отмечать, что девушка вновь собирается опекать собственную наставницу. Вместо этого он сказал:
- Подумай лучше вот о чём – ты уже мыслишь категориями полноценного сыскного агента, не ученика-стажёра. И у тебя получается. Только каждый раз, когда ты это замечаешь – чуть ли не пугаешься. С чего вдруг? Это же здорово.
Будущая гроза иномировых пришельцев и заграничной агентуры неопределённо фыркнула, так и не подняв глаз, заправила за ухо выбившуюся светлую прядь. Ответа Николай так и не дождался – его окликнули, позвав в «штабную» палатку.
- Надеюсь, вы успели перевести дух и проведать своих спутников? – Заходить в шатёр не потребовалось, с Алимом капитан столкнулся на пороге. Тот куда-то спешил, сопровождаемый парой сипаев, но на его фирменную вежливость спешка не повлияла.
- Да, с ними всё хорошо. – Алим прошёл мимо, и Дронов пристроился рядом, отметив, что на поясе у китайца висят плоская кобура и ножны с прямым мечом. А ведь он даже на вылазку не брал боевого оружия. – Хотелось бы, чтоб и дальше так было. Будущее меня в данный момент беспокоит больше всего, если начистоту.
- Я мог бы вам процитировать по этому поводу что-нибудь из китайской классической философии, но лень ворошить в памяти остатки образования. – В центре лагеря Алим остановился. Внезапно обнажив меч, воздел его и почти басом рявкнул что-то по-узбекски. Караванщики и солдаты вокруг на мгновенье обратили к нему взгляды, а потом засуетились с удвоенной прытью. Китаец же бросил клинок в ножны и на том же языке, уже негромко, обратился к сопровождающим его сипаям. В спокойном голосе сына Поднебесной временами лязгали стальные нотки, а переодетые ханские гвардейцы стояли перед чужеземцем навытяжку – не требовалось знать узбекскую речь, чтобы понять, что Алим отдаёт приказы. Выслушав до конца, кавалеристы по очереди кивнули и ринулись исполнять.
- Не похоже, чтобы мы готовились сниматься с места и бежать, сломя голову. – Заметил Николай, стоило солдатам удалиться.
- Тягловые животные устали после ночного прорыва. – Как ни старался посланец Срединной империи сохранять беспристрастный вид, губы он поджал весьма красноречиво. – Если погнать их сейчас - не смогут идти быстро, передохнут. Груз бросить нельзя. Но даже если спасать только людей – придётся брать двух на одно седло, а у преследователей, если там кочевые племена, может быть наоборот. По две лошади на одного человека. Не уйдём.
- Хотите принять бой в оборонной позиции?
- Всяко выгодней, чем на марше. – Угрюмо подтвердил Алим. – Мы не знаем, что за войска идут за нами, хотя очевидно, что это подкрепление мятежников. И разведать численность не успеваем. Если их не слишком много – мы отобьём атаку, отгоним противника, рассеем и продолжим движение. До Чимкента рукой подать, там стены и сильный гарнизон с лояльным хану руководством.
- А если их окажется… слишком много?
- Ну-у… - Китаец приподнял брови, сложил губы трубочкой. - При удаче, наши имена лет через сто, когда спадёт печать тайны с документов, навечно войдут в имперские летописи Пекина и сохранятся на сотни веков для жаждущих знаний потомков. Да-да, ваше тоже, если кто-нибудь из выживших его правильно запомнит.
- Считаете, всё настолько плохо? – Дронов так и не понял, шутит ли его низкорослый собеседник.
- В худшем случае постараемся отразить только первую волну. – Алим повёл плечами, окидывая оценивающим взором вагенбург. – Должны справиться. Потом уничтожим груз, посадим на коней всех, кто сможет сидеть, и пойдём на прорыв. Его… будет, чем прикрыть, если уж речь пойдёт об уничтожении груза. И к слову, тут я попрошу вас, Николай…
- Да? – Кажется, китаец впервые назвал русского офицера по имени, и тот насторожился.
- Бронеавтомобиль сейчас приводят в порядок – на скорую руку. Заливают воду, заправляют мальварином из наших запасов, меняют изношенные трубки в паровой системе и так далее. Вы ведь понимаете, что при наихудшем развитии событий у машины больше шансов пробиться?
- Угу. – Дронов мысленно прикинул расстояние – к Чимкенту ехать километров сорок, полного бака воды и одной заправки топлива «Роллс-Ройсу» хватает на сотню с копейками. Лёгкая конница мало что может ему сделать, особенно если не забывать про пулемёты в башенке.
- Перед боем я думаю посадить внутрь ценных, но бесполезных в драке людей. В первую очередь, это Насреддин-ака и пара его приближённых. А вас прошу доставить туда вашу юную спутницу, госпожу Ларину. Если хотите – сами будьте с ней или приставьте охрану. В любом случае, кто-то должен будет управлять авто и отстреливаться, ваши люди подойдут как никто другой. Если оборона не выстоит – машина прорывается, ваши солдаты прикрывают её, мои солдаты – ваших. А я с оставшимися обеспечиваю отвлекающий маневр. – Алим кивком указал на ближайшую цистерну высокого давления, полную огнеопасного мальварина. Дронву сразу стало ясно, что за это за маневр, да ещё сопряженный с уничтожением груза.
- Что ж… - Капитан помолчал, наблюдая, как трое сипаев скатывают по деревянному пандусу с повозки громоздкую «кытайчи», предварительно её расчехлив. Пушка была в точности как та, что ночью погибла под колёсами «Роллс-Ройса», только новенькая, блестящая медными боками.
- Ищете подвох? – Алим понимающе прищурился.
- Не без этого. – Протянул Николай, решаясь. – Ладно, пусть будет по-вашему. Но я лично намерен постараться, чтобы до резервного плана не дошло.
- Вы думаете, я не намерен? – Вздохнул китаец. – Для меня доставить груз в целости – вопрос не карьеры, и даже не чести. Жизни. Поэтому-то я не планирую спастись отдельно от него. У нас, знаете, очень простые порядки в некоторых вопросах…
* * *
- Извини Саша, но спорить тут не о чем. Ты будешь в авто, я – верхом. – Устало сказал Дронов, следя за маленьким манометром в рукояти револьвера. Тонкий шланг тянулся от оружия к баллону со сжатым газом – шла заправка встроенной ёмкости. Капитан хотел быть уверен, что газ не кончится в разгар боя. Это у новомодных пистолетов баллончики сменяются влёт, как магазины с пулями, резервуары револьверов неотъёмные. Зато и отвалиться сами по себе они не могут, а то видывал Николай конфузы у любителей оружейных новинок…
- Прекратите выглядеть так флегматично! – Александра говорила всё более взволнованно, сжимая кулачки. Уже минут десять она пыталась доказать, что им нельзя разделяться. – Вы мне сами сказали, что если вернётесь в Пишпек без меня – Анастасия Егоровна вас съест с сапогами и саблей! А думаете, если я вернусь без вас – иначе будет? Думаете, она обо мне беспокоится, а о вас нет?! Думаете, я о вас не беспокоюсь?!
- Саша, ну хватит уже! – Убедившись, что стрелка манометра в зелёной зоне, Дронов закрутил вентиль баллона и отсоединил шланг. Сунув оружие в кобуру, выпрямился. Продолжил, надеясь, что говорит не слишком резко. – В отличие от нашего желтокожего друга, я не собираюсь героически жертвовать жизнью в обороне чужого добра. Запахнет жареным – организованно отступим все вместе. Но руководить отрядом из броневика я не смогу, а вести «Роллс-Ройс» кроме меня и Алима сумеешь только ты. Сама ведь обмолвилась, что вас в Третьем отделении учили управляться с машинами. Я надеюсь, под «машинами» имелись в виду не заводские точильные станки?