Графиня, граф, Бежарс.

Граф (строго). Сударыня, мы одни.

Бежарс (всё ещё взволнован). Говорить буду я. Я готов подвергнуться допросу. Милостивый государь! Был ли когда-нибудь при вас такой случай, чтобы я изменил истине?

Граф (сухо). Я, милостивый государь… этого не говорю.

Бежарс (вполне овладев собой). Хотя я далеко не одобряю этого малопристойного дознания, моя честь, однако ж, принуждает меня повторить то, что я говорил сударыне, просившей у меня совета: «Всякий хранящий тайну не должен беречь бумаги, которые могут бросить тень на умершего друга, доверившего их ему. Как бы ни было горько с ними расстаться и какой бы интерес ни представляло их сохранить, — благоговейное чувство к памяти усопших должно возобладать над всем». (Указывая на графа.) Разве непредвиденный случай не может передать их в руки противника?

Граф дёргает его за рукав, чтобы он прекратил объяснения.

Или вы со мной не согласны, милостивый государь? Кто просит совета в некрасивом деле, кто взывает о помощи в минуту постыдной слабости, тот не должен обращаться ко мне! Вы оба знаете это по опыту, а особенно хорошо — вы, ваше сиятельство!

Граф делает ему знак.

Так вот что побудило меня, не допытываясь, что именно заключают в себе бумаги, дать графине совет, когда она обратилась ко мне, однако ж мне стало ясно, что для исполнения этого сурового долга у неё недостаёт решимости. Тогда я, не колеблясь, призвал на помощь всю свою решимость и преодолел безрассудную её медлительность. Вот из-за чего шла у нас борьба, и, что бы обо мне ни думали, я никогда не буду раскаиваться ни в своих словах, ни в своих поступках. (Воздевает руки.) Священная дружба! Ты всего лишь пустой звук, если не исполняются строгие твои веления! Позвольте мне удалиться.

Граф (в восторге). О лучший из людей! Нет, вы нас не покинете. Графиня! Скоро он станет нам ещё ближе: я отдаю ему Флорестину.

Графиня (с живостью). Более достойно, граф, вы не могли бы употребить ту власть, которую закон предоставляет вам над нею. Если вам хотелось бы знать моё мнение, то я вполне согласна. И чем скорее, тем лучше.

Граф (нерешительно). Ну, что ж… нынче же вечером… без всякой огласки… ваш духовник…

Графиня (с воодушевлением). А я заменяю ей мать, и я подготовлю её к священному обряду. Неужели вы допустите, чтобы только ваш друг проявил великодушие к этой прелестной девушке? Я льщу себя надеждой, что нет.

Граф (смущённо). Ах, графиня… поверьте…

Графиня (радостно). Да, граф, я вам верю. Сегодня день рождения моего сына, и отныне, благодаря совпадению двух событий, день этот будет мне ещё дороже. (Уходит.)